Чёрный рыцарь - Kir Dianov

остался один во дворе, а на улице начался бой. Я попытался открыть ворота и вернуться к братьям по оружию, но две стрелы одновременно воткнулись по обе стороны от моей головы. Конечно, я был в шлеме, но стало страшно. Я обернулся и увидел лучников на крыше дворца. Их было не меньше десятка, и спорить с ними было невозможно. Тогда, я направил коня к входу во дворец. Пока не стреляют, значит, я им нужен. У дверей, пришлось слезть с коня. Я стучал в двери и орал:

— Выходи, мерзкий король, верни мою маму и мир в Аледонию!

Возможно, это было глупо так нарываться, но я не знал, что ещё делать. Наконец, двери открылись и навстречу вышли тяжёлые рыцари с большими двуручными мечами. Эти ребята порежут меня в капусту за пару секунд. Неужели, все зря? Но вот из темноты помещения показалась исполинская фигура в золотых доспехах. Прекрасной работы золотой шлем в виде волчьей головы, закрыл большую часть лица. Остальное лицо скрывала густая борода с лёгкой проседью. Низким густым голосом, начал он мне что-то говорить. Я не понимал ни слова и, перебив короля я крикнул:

— Верни маму, иначе я убью тебя прямо на глазах твоей стражи!

Король замолчал. Стражники, было, вышли вперёд, но он властным жестом вернул их в строй. За спиной затих шум боя. Я напрягся от той тишины, которая повисла над королевским двором. Через минуту ворота открылись и во двор стройными рядами стали входить солдаты, защищавшие вход. Стало понятно, что я остался один из нападавших. Мне стало страшно… И я побежал на короля, поднимая меч над головой. Король резко что-то крикнул охране и отбил мою первую атаку. Я уже был готов, что сейчас меня зарубят рыцари охраны, но все стояли спокойно, только пара лёгких воинов побежала вглубь двора. Тогда я снова пошёл в атаку. Король оборонялся, но не атаковал и что-то постоянно кричал. Из-за шума в голове и толстой брони шлема, мне в какой-то момент казалось, что он зовёт меня по имени, но не Тимофеем, а «настоящим именем». Я отбросил эти мысли, и вновь атаковал ненавистного узурпатора. Чувствовалось, что он устаёт. Постоянно кричал что-то, постоянно окриками останавливал охрану, все это я осознал позже, но сейчас я хотел его смерти. «Почему он не атакует?» Мой меч вошёл под нагрудный доспех короля, и бой прекратился. В этот момент я вспомнил про коробочку серости, которая всегда была со мной. Король, умирая, говорил мне, я забыл, что рядом его охрана, достал коробочку, открыл, оттуда вылетело серое облако и окутало нас.

— Люблю тебя сын! Прости, спасти успеть, прости. — эти слова ошеломили меня, в голове зашумело.

— Какой я сын? Мой отец совсем другой человек и он жив!

Но король не ответил, а снял шлем и я увидел там свое отражение. Это лицо я видел в зеркале последние дни, как очнулся в доме Нахмурки. Я был точной копией короля. Его сыном.

В этот момент, я вспомнил свою жизнь в этом дворце. Вот отец учит меня держаться в седле, вот он берёт меня с собой на охоту, вот мы с ним и с мамой бегаем по королевскому парку и смеёмся.

Во двор вбежали солдаты в компании пожилого человека в плаще. Тот быстро подбежал к королю, не обращая внимания на меня. Король открыл глаза и сказал мне:

— Простить, тебя любить! — в этот момент серый туман рассеялся и мой отец-король умер.

Человек в плаще что-то пытался сделать, шептал заклинания, но я ощутил душой, как папа покинул этот мир. Будто лёгкий ветерок коснулся лица под шлемом.

Охрана продолжала бездействовать, и я решил снять шлем. Видимо, наше сходство с королем было исключительным, большинство воинов заметно ахнуло.

Человек в плаще поднялся на ноги и подошёл ко мне. В его глазах были слёзы. Он сказал:

— Этого было не избежать. Идём со мной, сынок, нам есть о чем поговорить.

После, он громко отдал несколько распоряжений охране, и повёл меня вглубь дворца. Я не сопротивлялся. Я шёл домой.

Глава 12. Арджаил

Мы прошли по длинному коридору, и вышли в небольшой кабинет. Это был папин кабинет, я его узнал сразу. Книжные полки от пола до высокого потолка установлены прекрасными фолиантами. Отец гордился этими книгами. Вот его кресло. В детстве, папа сажал меня к себе на колени и читал интересные истории про железных монстров, которые в древности жили не только в глубине, но и на поверхности. Я любил предания глубокой старины. Папа рассказывал, что раньше люди умели летать на железных птицах. В одном из залов дворца даже стоял фрагмент такой птицы. Он рассказывал, что люди по своей неосмотрительности придумали много смертоносной магии, которую насылали друг на друга. Эта магия, в конце концов, уничтожила почти всё живое на планете. Те, кто выжил, сошли с ума. Долгие годы планету населяли мутанты, потом боги вновь заселили планету людьми, и так образовалась наша цивилизация. Я вспомнил каждое слово отца. Мне было очень тяжело. Слезы душили, хотелось кричать.

— Кричи, сынок, дай свободу боли своей.

— Почему, почему он не остановил меня? Мог дать приказ страже, потом потихоньку рассказать? — говорил я, всхлипывая.

— Тяжело жить, зная, что сын убьёт тебя рано или поздно. Он решил, что сейчас тот момент. Король был мудрым.

— Но почему?

— Ему было предсказана смерть от руки сына ещё в юношестве. А когда родился ты — он не смог сделать с тобой что-то страшное, поэтому любил тебя больше своей жизни. Тем более, что твоя мать не пережила твоего прихода на свет.

— Но как, же тогда мой папа, моя мама, брат Вася? Я же жил в России двадцать первого века и попал сюда через серую коробку.

— Я — великий магистр магии королевства Аледонии и я отвечу на все твои вопросы, мальчик мой. Расскажи мне все, что помнишь.

Я рассказал магистру про свою жизнь в Москве, про родителей и брата, даже про бабушку. Потом про почтальона и коробку, про Нахмурку и принцев. Все до момента моего входа на королевский двор. Когда я закончил, то колдун ещё какое-то время молчал, потом заговорил:

— Твое имя — Арджаил. Ты единственный сын Семерада — короля Аледонии. Ему предсказали еще в юности, что примет он смерть от сына своего. Когда он принял престол, то поклялся, что никогда не поднимет руки на сына, а когда придёт время — смиренно примет