Кошмар в академии почтовых магов - Настя Ильина

окончании обучения, до получения которого оставалась всего одна успешно доставленная посылка. Внутри всколыхнулась обида. Возможно, именно его появление спровоцировало магию, которая помогла похитителю оказаться незамеченным. До того, как в нашей академии появился огневик, никогда не случалось ничего похожего, а тут отправления словно начали сходить с ума. Скорее всего, они реагировали на ауру дракона и пытались противиться её мощи.

— Ты и теперь ничего не почувствовала? — голос Киллиана звучал приглушённо, а удары его сердце были слышны даже на расстоянии.

— Только сильнейшее желание размазать тебя о стенку! — ответила я и сделала шаг в сторону кабинета мистера Снадокса.

— Поверить только! Мой поцелуй не убил тебя и не превратил в послушную куклу… — выдохнул парень.

— Ну ты же не думаешь, что от твоих поцелуев все должны терять сознание?

Хотя… Признаться честно, мне немного понравилось, но только совсем немного, и это ничего не значит, скорее это просто была какая-то глупая реакция организма.

— Стой! Что ты сказал? Твой поцелуй должен был убить меня?

Я уставилась на Киллиана, ожидая услышать объяснения: он на самом деле пытался избавиться от меня?

— Поверить не могу! — прошептал Киллиан снова, напоминая всем своим видом безумца, заполучившего важный для него трофей.

— Файерсон, прекращай шутить со мной! Ты пытался убить меня? Именно это ты только что хотел сделать?

Я даже мысли себе не могла допустить, что он на такое способен, а теперь стояла, смотрела на огневика, и ощущала, как невероятно сильное чувство обиды разливается в душе. Шутки, конечно, шутками, но выглядел Файерсон на самом деле шокированным. Значит, не врал — он чуть было не отправил меня к праотцам.

— Слушай, почтовичка, я не понимаю, что с тобой не так, но теперь ты так просто от меня не отделаешься! — с некой угрозой, смешанной с возбуждением в голосе произнёс Киллиан и хитро улыбнулся.

— Я всё расскажу ректору!

Я никогда не была ябедой, но ведь это прямая попытка избавиться от меня! Лишить жизни! Залетев в кабинет мистера Снадокса, я тут же вылила на него возмущение, а мужчина лениво приподнял голову и несколько секунд смотрел на меня, никак не реагируя на услышанное.

— Мистер Снадокс, огневик опасен! Ему нельзя оставаться в академии! — с обидой всхлипнула я.

— Мирабель, хватит держать меня за идиота! Я всё могу понять и принять, но твои слова возмутительны! Для того чтобы снять с себя вину в утрате посылки, ты пытаешься обвинить Киллиана Файерсона в том, что он, якобы пытался убить тебя поцелуем? Хватит! Имей в себе силу признать, что ты целовалась с ним по собственному желанию, а когда он отвергнул тебя, то решила оболгать.

Часто-часто моргая, я смотрела на взбешённого ректора, и до самой начал медленно доходить смысл сказанных слов. Конечно же, никто не поверит мне. Разве поцелуем можно убить, вообще? Конечно, нет! Киллиан издевался надо мной! Скорее всего, он решил пошутить таким образом! Ему не сойдут с рук эти шуточки. Я нахмурилась и негромко пискнула от обиды. Ну и как мне оправдаться теперь?

— Я не считаю себя виновной в утрате посылки, мистер Снадокс! — помотала головой я. — Если бы вы позаботились о безопасности академии, то ничего подобного не случилось бы! Это именно ваша вина!

Я прекрасно понимала, что пожалею о своих словах, но сказанное не воротишь. Глядя в глаза ректора, я сказала всё, что думала о нём, и, кажется, мне даже стало легче. Пусть теперь мне следовало готовиться к исключению (и это ещё в лучшем случае).

Пунцовый цвет, в который окрасились щёки мужчины, говорил о том, что я точно перегнула палку. Мелкая дрожь пронзила всё тело, а ноги стали ватными. Нельзя идти на поводу у эмоций! Нельзя… Зря я всё это затеяла, и облегчение, которое появилось совсем ненадолго, теперь сменилось страхом перед неизвестностью.

— Прошу прощения, мистер Снадокс, но мне нужно срочно поговорить с Бель! — забежал в кабинет Киллиан, схватил меня за руку и вытянул в коридор.

Ректор начал кричать о том, что его кабинет не проходной двор, и мы с Файерсоном вылетим из академии за возмутительное поведение, а огневик негромко хихикнул и стал рисовать в воздухе уже знакомый мне знак.

— Что ты творишь? — спросила я, возмущённая поведением этого наглого парня.

— Я тебе всё расскажу позже. Ректору совсем необязательно знать о нашем поцелуе, и уж тем более готовиться к нашему исключению!

Перед глазами всё поплыло — уже знакомое ощущение.

Оказавшись в аудитории, я испуганно посмотрела на Аарона. Парень говорил мне что-то об их вчерашней попытке отыскать следы вора, а я слушала его и пыталась понять, на самом ли деле в очередной раз вернулась в прошлое. Дыхание сбилось, когда в аудиторию вошёл Файерсон.

— Аарон, ты извини, но я вспомнила, что меня пригласил к себе ректор. Скажи миссис Бефорт, что я уже ушла.

Я быстро стала собирать свои учебные принадлежности, прижала их к груди и двинулась навстречу ожидающему меня Киллиану. Парень не стал говорить ни слова, просто проследовал за мной. В спину полетели шепотки о том, что я связалась с огневиком и, возможно, именно из-за этого упустила важную посылку, но я никак не отреагировала на них.

Только приблизившись к магическому шкафчику, висящему на стене, который перенесёт мои книги и тетради в спальню, и, положив их туда, я медленно обернулась в сторону своего спутника и посмотрела ему в глаза.

— Ты должен перестать мне врать, если на самом деле хочешь, чтобы мы стали напарниками. Ты сказал, что поцелуй мог убить меня. Это правда?

— Отчасти! — признался Киллиан, а правая рука зачесалась от сильнейшего желания влепить ему оплеуху.

— Прекрасно… Зачем тебе нужно было это?

Я пыталась сохранять самообладание, потому что однажды уже пошла на поводу эмоций, и ни к чему хорошему это не привело.

— Ты не оставила мне другого выхода. Моя основная задача — найти посылку и сохранить её любой ценой. Любой, Мирабель. Если ты отказалась сотрудничать со мной по доброй воле, я хотел вынудить тебя сделать это силой! Вот только ты не такая как все… На тебя не