Видение неравенства: От Французской революции до конца Холодной войны - Бранко Миланович

движется назад, он далек от того образцового королевства, каким его считал Кесней. В одном из своих самых уничтожающих отрывков о стране Смит пишет: "Нищета низших слоев населения в Китае намного превосходит бедность самых нищих народов Европы. В окрестностях Кантона многие сотни, как принято говорить, многие тысячи семей не имеют жилья на земле, но постоянно живут в маленьких рыбацких лодках на реках и каналах. Пропитание, которое они там находят, настолько скудное, что они охотно вылавливают самый мерзкий мусор, выброшенный за борт любого европейского корабля".

Наконец, в самом низу лиги развития находятся внутренние районы Африки и "Тартария", включающая современные Сибирь и Среднюю Азию. Они считаются "варварскими". В этом "Тур дю монд" пропущены только Япония и Османская империя, последняя из которых упоминается во многих случаях, но только в связи с торговлей. Это затрудняет оценку уровня ее развития, хотя Смит отмечает, что, как и в Индостане, люди там вынуждены закапывать сокровища, чтобы убедиться, что они в безопасности от правительства и разбойников, подразумевая, что он не оценивает уровень ее развития как высокий.

В третью колонку таблицы 2.1 я добавил (после ранжирования стран в соответствии с моим прочтением Смита) самые последние данные проекта Мэддисона, которые дают сопоставимые показатели ВВП на душу населения для большинства регионов мира. Для сравнения используются данные за 1775-1776 годы, а в некоторых случаях - за ближайший год. Как видно из сравнения, рейтинги Смита очень близки к уровню доходов, который мы сегодня с определенной долей уверенности оцениваем для этих стран. "Богатые" страны Смита действительно были богаче остальных, и единственная ошибка в классификации - Португалия, которую Смит отнес к категории слаборазвитых. Возможно, он также переоценил доходы Польши, которая, согласно известной сегодня статистике, жила не лучше Китая. Состав групп Смита очень близок к современным данным, что говорит о том, что люди того времени были осведомлены об уровне развития разных стран, и Смит имел достаточный доступ к этим знаниям, а также здравый смысл, чтобы правильно определить положение различных частей света. С точки зрения глобального интереса и знаний Смит (наряду с Марксом), безусловно, стоит выше других экономистов, рассматриваемых в этой книге. Его достижения еще более впечатляют, если учесть скудость данных во второй половине XVIII века по сравнению со столетием или двумя позже.

 

Таблица 2.1 Уровни развития различных стран на момент написания книги "Богатство народов

Классификация Смита (предположительная)

 

Рейтинг стран по Смиту (предположительный и приблизительный)

 

ВВП на душу населения около 1776 года

Рич

 

Нидерланды

 

4,431

Северная Америка

 

2,419

Англия

 

2,962

Шотландия

 

-

Франция

 

1,728

Неразвитый

 

Германия

 

1,572

Северные страны (Швеция)

 

1,562

Испания

 

1,447

Португалия

 

1,929

Польша

 

995

Бедный

 

Россия

 

-

Мексика

 

1,446

Перу

 

1,278

Обездоленные

 

Индостан (Индия)

 

1,068

Ява (Индонезия)

 

795

Китай

 

981

"Варварство" (термин Смита)

 

Африка

 

-

Тартария (Сибирь / Центральная Азия)

 

-

Источники данных: Данные в первой и второй колонках отражают авторское прочтение Смита. Данные в третьем столбце взяты из Maddison Project, 2020. Данные по ВВП большинства стран относятся к 1775-1776 годам; исключение составляют Германия (1800), Индостан (1750), Ява (1815) и Китай (1780). Смит проводит различие между Англией и Шотландией, ставя Англию впереди, но здесь обеим странам присваиваются данные по ВВП Великобритании в целом.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Что касается человека как личности, то здесь стоит упомянуть три "загадки Адама Смита": его подход к цитированию других авторов, недостаток информации об аспектах его личной жизни и тайна распоряжения его богатством.

То, что Адам Смит был скуп на цитаты, хорошо известно. Как писал Маркс, "со скрупулезной тщательностью он... держит в секрете источники, которым он обязан". Поиск всех авторов, которые упоминаются, даже не цитируются дословно, в книге объемом 380 000 слов ("Богатство народов"), дает такой список: Платон - шесть раз; Аристотель и Юм - по пять раз; Монтескье - четыре раза; Кольбер - четыре раза; Кесне - три раза; Кантильон и Мирабо - по одной цитате. Другой пример: хотя "меркантильная" система (или подход, или теория) упоминается, в основном критически, девяносто девять раз, ее великий выразитель Джеймс Стюарт не назван ни разу. Такое скудное цитирование других авторов недопустимо ни при каких обстоятельствах. Наиболее заметные "недоцитирования" касаются вклада Юма, в компании и интимной дружбе с которым Смит провел более половины своей жизни, и Кесне, который оказал значительное интеллектуальное влияние на Смита, когда они встретились во Франции. Почему так произошло? Возможно, Смит ревностно оберегал свое собственное влияние и не хотел делиться им с другими. Другое объяснение может заключаться в том, что он не любил вступать в полемику, а его нежелание называть по имени тех, с кем он не соглашался, также заставляло его быть очень "экономным" в раскрытии тех, у кого он учился и с кем соглашался. Кесне относится к обеим категориям. То, что Смит не хотел вступать в спор с физиократами, очевидно из начальной фразы одного предложения: "Но не вступая в неприятное обсуждение метафизических аргументов, которыми они подкрепляют свою весьма гениальную теорию..." Однако он также не цитировал Кесне в тех вопросах, где они были согласны и где можно было бы утверждать, что Кесне повлиял на Смита, включая систему естественной свободы, свободу внутренней и внешней торговли, распределение доходов между классами и важность благосостояния самого многочисленного класса как показателя национального благосостояния и достойной цели государственной политики.

Когда речь заходит о цитировании и отношениях с предшественниками и современниками, Смит, особенно если сравнивать его со следующими авторами этой книги (Рикардо, Марксом и Парето), выглядит гораздо более сдержанным и холодным. Кажется, что мы всегда видим