Плоцкие буренки - Анастасия Церковская

которой сами не хотели заниматься — очищать округу от нежити. Которую когда-то Серные псы и породили своей халатностью. Не считали нужным утилизацию тел неприятелей, много кого просто прикопали в прилегающих к городу лесах.

Людей в помощь выделили мало — и то, большая часть не желала иметь дела с мертвецами. Силой Серных псов не заставить помогать. Поговаривали, они однажды столкнулись с чем-то таким, из-за чего теперь держались от всякой бесовщины как можно дальше. А кто-то не желал встретить давнего неприятеля в облике нежити. Другая часть банды отсеялась, потому что занятие не приносило прибыли. Отец не выделял достаточно денег, хотя Румар и говорил о необходимости дополнительного инвентаря.

Приходилось искать идейных людей самостоятельно. Но осторожно, не распространяясь лишний раз о существующей опасности, во избежание паники толпы. Румар не понаслышке знал, как опасны обезумевшие от страха люди, которые готовы, не разбираясь, резать и своих соседей, лишь заподозрив в них что-то «нечеловеческое». Незачем ворошить человеческий улей: мирное время длится совсем недолго, хотелось бы его продлить и пожить в гармонии. Небольшая группа осведомленных людей идеально бы подошла для решения такой задачи.

И не сказать, что желающие рисковать жизнью головорезы выстраивались в очередь.

Серные псы — это не стража города и не совсем наемники. Они сотрудничают с отцом, но не подчиняются ему. Это все же банда, у которой свои порядки и внутренние законы. С которыми приходилось считаться, идти на компромиссы и договариваться.

Например, псы бы взбунтовались, попроси отец помощи у стражи города.

Не по понятиям.

Может, забыть обиды и нанять Охотников?

Ни в коем случае! У них ведь вражда! Да и сам главарь банды перед Охотниками однажды заявил, что белобрысые нахлебники им не нужны, его люди и сами могут разобраться с мертвечиной.

А теперь, спустя столько лет, приползать за помощью на коленях и признавать свою неправоту главарь не собирался.

Бардак и мрак, короче.

К сожалению, никаких талантов в себе Мири не находила, а поэтому сердилась, что Румар от нее хочет не пойми-чего. Абстрактного. Он старался не давить на нее, но не всегда получалось.

— Что мы тут делаем? Ты думаешь, мелкая паразитка решила погулять по округе и заплутала? Слабо верится, хотя я твоего графа в глаза не видела. Может, папочка ее утомил своим пристальным вниманием? Возраст такой, самостоятельности хочется, всё такое.

— В глаза я его тоже, не то, что бы видел. Он ведь скрыл лицо… — в очередной раз пояснил Тоомаш. — Мы тут, чтобы понять, где и в каком направлении она начала путь, поискать тайные выходы из замка. Найти след, если повезет. Ты готова?

Цветик-злюка натягивала и шнуровала берцы. Румар прикинул ее размер и вроде как угадал при покупке.

— Почти. Я все же удивлена, почему этим занимаемся мы, а не твоя славная семейка и прислужники-бандюки.

— Так они тоже занимаются. Город-то большой. А мне поручено взять след. Нельзя полагаться на колдовской дар, сказал отец. Но попытаться взять след — можно. Этим мы и займемся.

— Ночью? В тумане? Это потрясающее время, чтобы искать следы. У вас невероятно теплые отношения в семье, я погляжу.

Румар от неосознанно колкого замечания недовольно поморщился, бросил сигарету, но промолчал. Так-то оно так, только тянуть с поисками не стоит, один день уже упущен.

В очередной раз проверив мини версию огнемета на запястье и уровень топлива, Тоомаш зевнул. Движение тут же отозвалось болью в разбитом и сильно опухшем носу. Румар старался сейчас в зеркало не смотреть, чтобы не расстраиваться. Ни одна приличная девушка на такую побитую рожу не клюнет. Нужно срочно приводить себя в порядок.

И как же хотелось спать!

Кофе уже не помогал, скорее вызывал тревогу и нервозность.

Чего она там возится? Румар повернулся к напарнице.

— Все взяла? Нож на месте?

— Да! Иду я, иду.

Мелкая хлопнула дверцей и нетерпеливо уставилась на Тоомаш.

— Ну, давай, веди.

— Держись рядом, пожалуйста. Не убегай.

— Если ты не будешь творить всякую хрень.

— Я буду сдержан, обещаю.

Она посмотрела на Румара так, что стало и без слов ясно: не поверила.

— А огнетушитель? Ты взяла его? — уточнил Румар. Мири хмуро продемонстрировала баллон. Все, теперь точно все.

Вдруг что-то попадется на пути? Придется отбиваться и палить. А если сгорит лесополоса вокруг замка? Граф вряд ли обрадуется…

Окинув взглядом предстоящий маршрут, Румар вздохнул, и шагнул в траву. Туман стелился совсем низко, пропитанный прелой листвой воздух был влажным и прохладным. Мири освещала фонариком путь и задумчиво делала зарубки на деревьях.

— Ты боишься заблудиться? Кстати, на обратном пути засечки не будут видны, ты их оставляешь не под тем углом. Бери выше.

— Угу.

Некоторое время они молчали, думая лишь о том, куда наступить, чтобы не поскользнуться и не оступиться.

Румар поглядывал на идущую по левую сторону Мири не скрывая интереса. Девчонка должна проявить себя, должна! А она старалась делать вид, что не замечает внимательного взгляда. Может, ей и в самом деле все равно.

Лицо кирпичом, шаг неспешный, взгляд спокойный, даже немного сонный. Будто по парку после обеда гуляет. Конечно, она ведь веселилась с жирдяем, а Румар посмел украсть ее время.

Наверняка она злится, но это даже как-то забавно и мило.

Коварный сучок кривого дуба зацепился за капюшон девчонки, и вот тут Румар остановился и затаил дыхание.

Безобидная на вид девушка-цветочек вдруг яростно вскрикнула. Отточенным движением руки Мири выхватила из ножен оружие и полосонула по этой самой ветке. И все это за долю секунды. Не хотелось бы оказаться на месте несчастного деревца.

Веточка с ровным надрезом покатилась вниз, а малая в недоумении замерла, сжимая рукоять. Кажется, она сама от себя такого не ожидала. До нее не сразу дошло, что произошло, но, посмотрев на вмиг повеселевшего Румара, она осознала, что спалилась. Она начала проявлять себя. Хорошо, очень хорошо!

— Ого.

— Это случайно. Я испугалась. Думала, это мертвяк меня схватил за капюшон и потащил в свою нору…

— Так и запишем: к полторашке-брюнетке со спины не подходить. Жуть. Но очаровательная жуть, я поражен.

— Ой, все.

Румар пожал плечами и двинулся вперед. Перед ними оказался выступ: пришлось забираться самому и потом подавать руку спутнице. Их взгляды ненадолго встретились, и Мири улыбнулась. Все-таки, ее улыбка прекрасна, жаль, что это редкое явление, ей идет.

— А где Лира и Тамари? Ты оставил их в стороне? Они не участвуют?

— Да нет, просто они хороши в дуэте, я попросил их проверить Центральный район. Там аттракционы, вдруг избалованной графской девчонке