Сорные травы - Дмитрий Дзыговбродский

– Спать. – Ив снова хлопнул по попе и занялся грудью. – И спать. Вперед, на полу неудобно.

Вперед так вперед.

Отмотать бы время назад, в тот миг, когда секс превратился в супружеский долг. Так разве упомнишь? Сперва сами все гробим, потом сами рыдаем. А сейчас можно предсказать все, что случится в следующие полчаса до последнего вздоха. Поцелуи... Одежда... нет, не летит, как когда-то, – сползает на пол. Губы... грудь, ниже... еще ниже. Теперь моя очередь. Скользнуть губами по животу, вниз, обвести языком головку, забирая в себя, еще и еще, пока ладони мужа не толкнут легонько плечи, отстраняя. Принять, качнуться навстречу, поймать ритм. Вперед-назад, вперед-назад, туда-сюда-обратно, тебе и мне приятно... тьфу, что за чушь в голову лезет. Успею? Не успею. Ив всегда был хорошим любовником, но когда, подходя к пику, начинаешь размышлять о том, что ложиться в постель с гулящим мужчиной примерно так же приятно, как садиться голой задницей на общественный толчок... Вот теперь точно не успею, можно расслабиться и получать удовольствие. Вздрогнул, несколько неровных движений, замер. Все.

– Было?

А если я скажу – нет, что тогда? Будем вымучивать оргазм? Да-ешь ор-газм, шай-бу, шай-бу... А пошло оно все. Коньяк, что ли, добить?

– Ага. Мыться пойду.

«Do you believe in life after love»[15], – крутилось в голове. И чего эта песня привязалась, я же не слушаю Шер?

Холодная ванна под ногами, слишком горячая поначалу струя воды. Надо смеситель менять, что-то плохо стал регулироваться. Может, доделать, что Ив не закончил? Руки есть, душ есть, дел на полминуты. Не буду. Не хочу. Не сегодня.

Я свернулась на дне ванны и расплакалась.

Глава 3

Утро добрым не бывает. Добравшись до работы, я поняла это особенно отчетливо. К тому, что в холодильнике не хватает «койко-мест», не привыкать: когда строили морг, людей в городе проживало раза в два меньше, чем сейчас. К трупам на полу секционного зала тоже – а куда их девать, если в холодильник не влезают, а столы нужны для работы. Но когда окрестности служебного входа напоминают батальное полотно, становится не по себе. Труповозка, что подъехала прямо передо мной, оказалась забита чуть ли не доверху, и санитары сбились с ног, не успевая оформлять и заносить покойников. А уж когда я, переодевшись, зашла в зал…

– Доброе утро, Мария. – Шеф невозмутимо, словно бы не услышав мою тираду, повернул голову. – Полностью разделяю твое мнение.

Шеф у секционного стола – редкое явление. Обычно он занимается только сложными вещами. Вроде того случая, когда мужчину намотало на вал и мы всем бюро соображали, как же описать то, что нам привезли.

– Сколько?

– Когда меня вызвали… где-то около полуночи, уже было под две сотни. К утру прибавилось. Я написал докладную с просьбой не проводить судебно-медицинское исследование вчерашних «скоропостижно скончавшихся», но ответа пока нет. Трупы везут.

Я снова прочувствованно выругалась. Если учесть, что обычно у нас выходит два-три трупа на одного эксперта за смену, объемы предстоящей работы впечатляли.

– Мария, – в голосе шефа мелькнуло неодобрение, – будучи солидарен по существу вопроса, осмелюсь напомнить: ты все-таки леди.

– Леди не потрошат трупы, – хмыкнула я. – Не знаете, сколько всего за вчера?

– Наши статистику пока не дали. Зарубежная тоже собрана не слишком хорошо. Думаю, точных цифр раньше чем через месяц не дождемся, если дождемся вообще. То, что есть, варьирует по городам, но в целом получается пятнадцать-двадцать процентов взрослого населения. Плюс дети – среди них однозначно выживших меньше умерших.

– Сколько-сколько? – выдохнула я.

Шеф подхватил под локоть.

– Маша?

– Сейчас, – я отстранилась. – Все нормально.

Все просто замечательно. Только вот дышать темно, и воздуха не видно. Я опустилась на корточки, сцепив руки на затылке, – преодолевая сопротивление мышц, разогнула шею. Быстрый и надежный способ обеспечить прилив крови к мозгу, чтобы избежать обморока. Пару раз приходилось пользоваться. Если уж дожила до своих лет, ни разу не уподобившись изнеженной барышне, то и начинать не стоит. Медленно выпрямилась.

– Это десятки тысяч только в нашем городе.

– Да. Присядешь?

– Нет. Все нормально, – повторила, как заведенная. – Все... нормально…

Осмыслить это было невозможно.

– Шеф, – сказала я, на миг забывшись. – Прошу прощения. Олег Афанасьевич…

– Да ладно, чего уж там, – усмехнулся он. – Будто я не знаю, как вы меня зовете.

– Прошу прощения… вы ничего не перепутали?

– Я бы очень хотел перепутать. Можно понадеяться, что у нас статистика окажется другой. Но я уже сделал несколько звонков, и судя по услышанному… Боюсь, как бы на самом деле все не оказалось еще хуже.

– Ясно. О причинах что-то говорят?

– Пишем «острая коронарная недостаточность» плюс сопутствующим – грипп.

– Ох ты ж епрст!.. – Я осеклась, вспомнив замечание. Какая я леди, к чертям собачьим? Оно и к лучшему, леди – создания прекрасные, но исключительно декоративные. И все же выслушивать очередной выговор не хотелось.

– Мария, мы же взрослые люди. Ничего другого сверху и не скажут.

– Угу, – буркнула я. – Противно.

Шеф промолчал. Я сняла с вешалки пластиковый фартук.

– Олег Афанасьевич, а где все?

Он взглянул на часы, такие же стерильно белые, как и кафель, на котором они висели.

– Еще десять минут до начала рабочего дня. Один детский прозектор уже работает, там, в соседнем крыле. Санитары тоже пришли. Сейчас новые трупы примут – будут одевать и укладывать тех, что я ночью вскрыл.

– Вы не ложились?

– Хоть какая-то польза от бессонницы. Да и не могу я дома. Женщины плачут… – Он вздохнул. – Двое сотрудников позвонили и попросили свои законные три дня на похороны близкого родственника. Думаю, примерно к обеду они сообразят, что все равно осмысленно заниматься похоронами нынче не выйдет.

– Почему?

– Подумай.

Я подумала. Крепкое словечко вырвалось само. Шеф сделал вид, будто не заметил.

– Если сами не приедут, я их вызову. А потом задействую свои каналы, чтобы помочь с похоронами. У тебя кто-то есть?

– Подруги сын. Четыре месяца было… Может, и без меня справится, но если что – попрошу помощи.

– Хорошо, буду иметь в виду. Докладную, как я уже говорил, написал, но не уверен, что подействует. Трупы везут. Согласно закону, к нам должны доставить всех, а мы должны всех исследовать. Так что придется как-то справляться с этим потоком.

И с ворохом бумажек, сопровождающих этот поток. Похоже, надо будет здесь поселиться. Формально сроки проведения судебной экспертизы