Орден Хранителей (СИ) - Брызгало Виктория

Магистр Эринор уже скрылся за деревьями, а за ним и большая часть отряда. На поляне, куда мы только что прибыли, остались только эльфы со Звейн’Явь и мои телохранители.

— У, да ты сердцеедка! — промурлыкал Руфос, слегка коснувшись меня своим мягким боком. Пантера шла слева от меня, Сэквилл — справа. Остальные чуть дальше впереди и сзади.

— Они же дети! Руфос, как тебе не стыдно?

— Детка, мне в принципе никогда не бывает стыдно. Я же демон!

— А кто это был? — поинтересовался Сэквилл.

— Это эльфы со Звейн’Явь. Они заберут своих соплеменников и отчалят к себе домой.

— Интересно, а они в курсе о тебе и об Ордене Хранителей?

— Думаю, вряд ли. С чего бы вдруг? Аррдари ещё на Звейн’Явь впаривал им какую-то несусветную чушь про мой тип «редкий дар», за которым охотится Архимаг. Зачем же сейчас правду открывать?

— Ну, не знаю. Надо же как-то объяснить такую толпу народа и твою усиленную охрану.

— Не мои проблемы. Придумают что-нибудь, как обычно. У них это хорошо получается.

Я свернула за сэром Мэлвиком и Гхрорхом с тропы и стала спускаться вниз по склону. Высокие корни исполинских деревьев, как гигантские змеи, вырывались из-под растрескавшейся земли, снова уходили в твёрдую почву, переплетались между собой и мешали спуску. Приходилось постоянно карабкаться через наиболее раскоряченные корни или пролезать под ними, если они поднимались достаточно высоко над землёй. Стволы исполинов были гладкие, без коры и ветвей внизу, а кроны высоко вверху были настолько густыми, что плотно перекрывали друг друга, напрочь пресекая путь к земле солнечному свету. Несмотря на день, лес вокруг казался тёмным и пугающим. Кое-где между жирными извивающимися корнями деревьев выглядывал тот или иной кустик или деревце поменьше. Но они, словно ощетинившийся дикобраз, растопыривали в сторону длинные острые иголки вместо листьев. Случайно задев один такой кустик, я глубоко оцарапала плечо и старалась обходить местную растительность стороной. Вдобавок ко всему под ногами стелились лианы. Они извивались, обвивали корни деревьев, но высоко по стволу не поднимались. Я вечно спотыкалась, цепляясь за эти вьющиеся живые ловушки.

— Что-то не очень жизнерадостная планета для мира фей, — Сэквилл будто мысли мои прочитал.

— Это Муринштейн — мёртвые земли, — отозвался гном. Он шёл к нам ближе остальных телохранителей и услышал замечание.

— А что ж мы сразу на живую землю не прибыли?

— У фей не так всё просто, — пробурчал Гхрорх. — Политика! Абы кого на свою землю они не пускают. Открыть портал прямиком в Цветущие Сады Мерримар невозможно. Они блокируют всяческие незаконные проникновения. Прежде чем попасть во дворец к королеве, надо через мёртвые земли пробираться. А тут всякая дрянь водится.

— А мы что, незаконно на Фейсфиласс прибыли? — удивилась я.

— Мы здесь проездом. Незачем нам к этому хитрому народцу соваться и о своём прибытии докладывать. Это коварные создания, и верить им нельзя. Из всего выгоду себе найдут.

— Но ведь эльфов со Звейн’Явь они укрыли?

— С эльфами у них перемирие. Остальных они не терпят.

— Особенно гномов? — догадалась я.

— Особенно Орден Хранителей Древних Знаний.

— Ничего не понимаю. А при чём здесь Орден?

— Я же говорю — политика. Впрочем, неважно. Мы здесь надолго не задержимся. Утром уже двинемся дальше в путь.

Меньше часа у нас ушло, чтоб добраться до лагеря эльфов. После их поражения на Сивуроне они нашли укрытие в Цветущих Садах Мерримар на Фейсфиласс. И только накануне покинули столицу фей и направились к условленной точке нашего перехода в мёртвых землях этого странного мира. Они остановились на большой открытой поляне, окружённой со всех сторон высокими деревьями-исполинами. По краям поляны росла кое-какая растительность.

Палатку магистра уже успели установить в самом центре лагеря, вокруг устраивались рыцари и маги Ордена. Выжившие пленники тут же присоединились к своим собратьям. Большая часть отряда осталась в лагере, отправив на нашу встречу лишь небольшую делегацию. И сейчас они бросились искать среди выживших пленников своих родственников и друзей. Возгласы радости, слёзы от потерь, шум, гам, даже голова разболелась от поднявшегося гвалта. Я с блаженством растянулась на мягкой травке. Всё-таки путешествие хоть и недолгое, но оказалось утомительным. У меня ныло всё тело от постоянных карабканий через корни исполинских деревьев.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Аррдари подкрался так незаметно, что я даже подпрыгнула от неожиданности.

— Нужно поговорить, — прошептал он, проходя мимо. — Отпросись в кустики.

Я гневно уставилась в его удаляющуюся спину. Вот зараза! Даже спокойно отдохнуть не дадут! Нехотя я поднялась на ноги и поплелась к Имари’.

— Мне бы это… в кустики сходить.

— Хорошо. Пусть сэр Мэлвик и Кхантесс проводят тебя.

Долговязый эльф с болезненным лицом тут же сослался на занятость в установке защитного поля вокруг лагеря, вызвался Аррдари. И Имари’ скрепя сердце разрешил ему присоединиться к нам.

Под конвоем, как преступницу, сэр Мэлвик и Аррдари повели меня в сторону от лагеря. Проклятье Дэвлина, я уже скоро не смогу сходить по-маленькому без сопровождения. У меня просто не получится!

Аррдари показал знаком рыцарю остаться на стрёме, а сам укрылся со мной за широкими ветвями некого хвойного дерева.

— Руфос рассказал про то, что случилось сегодня ночью.

— Ну, конечно же, — закатила я глаза.

— Расскажи подробно, что ты видела во сне.

Я послушно всё изложила. Эльф слушал внимательно, прерывая лишь изредка, чтоб уточнить мелкие детали. Про свою истерику я благоразумно умолчала. Да это и не относилось к делу. Как только я умолкла, Аррдари сказал:

— Думаю, это был не сон.

— То есть как?

— Скорее всего, это был фантом. Злонамеренные чары, целью которых было подчинить твой разум чужой воле. Думаю, это была последняя попытка увести тебя из лагеря без боя. Наверно, именно поэтому Архимаг и не нападал так долго. Ждал удобного случая. Но провернуть подобное на большом расстоянии от жертвы невозможно. Это был кто-то из лагеря. Кто-то, кто мог достаточно близко к тебе подобраться, пока ты спала, чтоб наслать на тебя фантом.

— Ты намекаешь на предателя?

— А у тебя есть ещё какие-то варианты?

Я задумалась.

— Тогда получается, что предатель как минимум должен обладать магией.

— Думаю, рыцарей можно вычеркнуть из числа подозреваемых. Вряд ли кто-то из них обладает подобным уровнем магии, — согласился Аррдари.

— А я всё ещё надеялась, что мы ошиблись насчёт шпиона.

— Зато теперь мы уверены, что он существует, и не просто существует. В настоящий момент он находится среди боевых магов Ордена.

— Ты думаешь, это Имари’?

— Предателем может оказаться любой.

— Я думала, ты уверен, что это Имари’.

— Я просто предположил. Но им может оказаться любой.

— Не понимаю, как это вообще возможно, чтоб иллюзия сработала? На мне ведь антимагические браслеты. Магия на меня не должна действовать.

— Про браслеты можешь забыть. Они уже практически утратили своё действие.

— Но почему тогда я не могу колдовать?

— А ты пробовала?

Я отрицательно помотала головой. Я боялась пробовать. А что, если простое заклинание выльется катастрофой? Что, если спровоцирует очередной неконтролируемый выплеск, и чёрная магия испепеляющей лавой прорвётся наружу?

— Послушай, Сандра, не надо бояться, — Аррдари говорил очень спокойно. Он никогда не был так любезен со мной, как сейчас. — Раз ты способна контролировать себя, значит, ты справилась. Ты смогла подчинить себе мощь Древних Знаний, и сейчас уже не браслеты, а ты сдерживаешь её. Руфос только немного помог.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я удивилась, насколько он был уверен во мне, с какой страстью говорил, как воодушевлял меня. А что, если он не прав? Вот шандарахну его какой-нибудь молнией, а потом скажу — случайно вырвалось, мол, не смогла сдержать неконтролируемый магический выплеск.