Восход Сириуса, часть 1 - Восток-Запад - Людмила Владимировна Белаш

планеты лифт пришёл, скоро все пассажиры будут здесь. Не до метеоров – мойся и накрашивайся.

Рома оказалась права на все сто – покружив для разведки и вынюхав злачные местечки От-Иньяна, планетарные гости валом повалили в двери. Мадам перевела подразделение на режим ускоренного обслуживания.

– Чик, выход к гостям, столик семнадцать!

– Рома, выход к гостям, столик четыре!

Глянув для контроля в зеркало, Рома выпорхнула из служебного отсека и танцующей походкой пошла к столику.

«Ну, кого мне на сей раз сосватали? Штатский. Молодой. Хорошенький. Чуток гривастый, светлый. Серые глазки! Славянин, как пить дать. Вряд ли пылкий. Но я его раскручу! Пупсик, у тебя четверть часа на ухаживание, десять минут на ласки, семь на чих-пых, а потом мне надо мыться, обрабатываться и чуток отдохнуть».

Гость держался непринуждённо и приветливо; жестом пригласил Рому сесть.

– Я вам очень рада, – заученно сказала она, одарив гостя солнечной улыбкой. – Угостите?

– Позвольте ручку. – Он взял её за запястье и притянул кисть к своему лицу.

После слабого поцелуя блондин медленно, скользко провёл по коже языком.

У Ромы захолонуло сердце.

* * *

1 «Стража на Рейне» (нем.), песня, соч. в 1840 г. Максом Шнекенбургером. Во время франко-прусской войны 1870 г., а затем и 1-ой Мировой войны была неофициальным гимном Германии

2 публичный дом (англ., жарг.)

3 культурное несоответствие (англ.)

4 мировая скорбь (нем.)

Глава 3. Бич божий

Наклонил Он небеса и сошёл, – и мрак под ногами Его. И воссел на херувимов и полетел, и понёсся на крыльях ветра. И мрак сделал покровом Своим, сению вокруг себя мрак вод, облаков воздушных. От блистания пред Ним бежали облака Его, град и угли огненные.

Псалтирь 17, 10-13

Северное побережье Чили

– По курсу большой облачный фронт. Ветер норд-норд-вест, усилился с четырёх до шести баллов, – сообщил метеоразведчик бразильской эскадры, которая шла через Тихий океан. – Прошу сводку со спутников. Объявляю штормовое предупреждение всем кораблям.

В штабе ВМФ это вызвало недоумение и замешательство. Прогноз даже не намекал на зарождение тайфуна.

Патрульный дирижабль эскадры начал набор высоты, чтобы оценить масштабы надвигающейся непогоды. Внешние телекамеры передавали что-то смутное и устрашающее – впереди грозно клубилась стена тёмных облаков, с каждой секундой наливавшаяся чернотой. Изображение дрожало и колебалось.

– Встречный ветер от семи до восьми баллов. С трудом удерживаю курс! – докладывал командир дирижабля. – Скорость минимальная. Попытаюсь уйти от бури вверх. Приготовиться к сбросу балласта! Экипажу – надеть кислородные маски.

– Что вы наблюдаете? – запрашивали с флагмана.

– Огромная туча. Поперечник… не определяется. Очень высокая. Не уверен, что смогу над ней подняться.

– Полуподводным кораблям – экстренное погружение!

Связь с эскадрой быстро превратилась в тщетные попытки докричаться сквозь помехи, а вскоре совсем пропала. Гражданские, рыболовные суда – все панические голоса заглохли в трескучем хаосе разрядов и давящем гуле. Над побережьем понеслись сигналы о близящемся урагане, каких Южная Америка ещё не видела.

Пока власти и люди суматошно готовились к удару стихии, на уровне правительств и военных министерств потекла другая информация.

– Радиопрозрачный объект колоссальных размеров.

– Скорость около шестисот километров в час.

– Мы пытаемся рассчитать его массу по искривлению гравитационного поля, – сказал эксперт, обращаясь к маршалу аэрокосмических войск. – Это не астероид. Он идёт параллельно поверхности океана, по нижней границе стратосферы. Видимая туча – только турбуленции, вызванные его движением.

– Не пытайтесь спасать население на его пути. – Госсекретарь Восточных США убеждал тем временем шефа аргентинского МЧС. – Спасайте тех, кто по краям полосы движения.

– Вам хорошо говорить, вы-то в другом полушарии!..

– Совет Обороны примет все необходимые меры, – решительно заверил адмирал О’Хара из Северного альянса, на что президент Великой Бразилии буквально возопил:

– Вы что – хотите, чтоб ЭТО упало на нас?!

– Боже сохрани! Тогда Земле конец. Попробуем отогнать. Славяне и американы уже в пути, стартовали немцы и китайцы.

– В зоне бразильских интересов вы должны строго координироваться с нашими вооружёнными силами. И между собой! У коалиционных войск всегда бардак!

– Может, всё-таки… – маршал пристально смотрел, как овальная зона тьмы ползёт над океаном, оставляя расширяющийся дымчатый след. – Скорость объекта небольшая. Согласованный залп двух-трёх десятков главных установок… Уверен, Москва даст «добро». За час уломаем О’Хару, Му Чаньгуна и остальных. Что скажете?

– Это будет Судный День, – покачал головой эксперт. – Полторы тысячи триллионов тонн, представляете? Такое «шмяк» мы не переживём.

Между тем тьма достигла побережья. Кривизна поля нажала на дно океана; чилийские острова Сан-Феликс и Сан-Амбросио взорвались, выбросив навстречу буре столбы раскалённого пепла и вязкие языки магмы. Чёрная стена туч грохотала непрерывными извилистыми молниями и безудержно катилась над морем к населённой суше.

Там длился, не смолкая, стон сотен и сотен тысяч обезумевших людей. Они потоками ехали и толпами бежали на возвышенности, не разбирая дороги, словно муравьи из залитого муравейника.

Самые отчаянные, выбрав места, откуда толпа не могла их смести, снимали приближение смерти на видео и пытались отправить его в Сеть. Другие орали и плакали в телефоны, стараясь услышать родной голос, попрощаться или дать какой-нибудь бессмысленный совет.

Одинокий мужчина, привязавшись ремнём к ограждению на крыше многоэтажного дома, спокойно вещал по телефону:

– Кажется, что наступила ночь. Я уже не различаю неба и моря, передо мной сплошная темнота. При этом пейзаж освещается множеством молний, тени мечутся, словно город ожил и бьётся в судорогах. Появилась какая-то пыльная масса, она летит над домами. Интересное наблюдение – я вижу свечение неба, как бы сияние на закате, но оно занимает весь небосвод. Если меня кто-нибудь слышит…

В этот миг пыльная мгла сдула и его, и крышу, и весь дом. Обломки зданий понеслись