Хроники падшего мира - Иван Шашков

настоящий кошмар. То, что мы встретили одного так близко к поселению…

— Это знак, — мрачно закончила Киарра. — Что-то гонит их с привычных территорий. Что-то настолько страшное, что даже Железные Охотники бегут от него.

Они устроили короткий привал, чтобы перевязать раны и восстановить силы. Максим выпил еще одно зелье из фляжки Миары — на этот раз зеленое, восстанавливающее. Постепенно метка перестала болеть, а узоры на коже снова начали светиться.

— Ты хорошо справился, — сказала Лайа, присаживаясь рядом с ним. — Не каждый может поддерживать защитный купол так долго, тем более в первый раз.

— Я думал, будет легче, — признался он. — После ритуала казалось, что сила просто… течет через меня.

— Так и должно быть. Но каждое использование магии требует практики. И… — она помолчала. — И цены.

— Какой цены?

— Узнаешь, — она поднялась. — А пока нам пора двигаться. До рассвета нужно добраться до Туманных Холмов.

Они снова построились в прежнем порядке. Киарра сверилась с картой и компасом:

— Если пойдем через рощу, сможем срезать путь. Это рискованно — священные места имеют свои опасности, но все же лучше, чем встреча с еще одним Охотником.

Максим посмотрел на небо, видневшееся между светящимися ветвями. Две луны уже поднялись высоко — серебряная и красная, их свет создавал причудливые тени.

Где-то далеко в лесу снова раздался рев Железного Охотника, но теперь он звучал иначе — словно крик боли или страха. Что-то действительно гнало древних чудовищ прочь из их логовищ.

Что-то приближалось.

— Идем, — сказала Киарра, и они двинулись вперед, в глубину священной рощи.

Их путешествие только начиналось, и первая же ночь показала — оно будет куда опаснее, чем кто-либо из них мог предположить.

Глава 4. Пробуждение силы

Священная роща отличалась от остального Леса Теней. Здесь не было зловещей тишины или пугающих шорохов — воздух наполняло мягкое пение, словно сами деревья тихонько напевали древние колыбельные. Серебристое сияние коры создавало причудливые узоры на земле, а между корнями росли цветы, чьи лепестки светились подобно маленьким звездам.

— Не трогайте цветы, — предупредила Миара, когда Максим наклонился к одному из них. — Это Слезы Луны. Они ядовиты для всех, кроме целителей.

— Почему они называются слезами? — спросил он, разглядывая изящные серебристые бутоны.

— Потому что цветут только в полнолуние, когда падает лунная роса, — ответила девушка. — И если сорвать их неправильно, они… плачут. Их сок может прожечь даже камень.

Они двигались осторожно, стараясь не нарушать покой рощи. Киарра шла впереди, сверяясь с компасом, который теперь светился ярче обычного. Элрен замыкал группу, время от времени останавливаясь, чтобы нанести на деревья защитные руны.

— Зачем руны? — шепотом спросил Максим у Лайи. — Разве здесь не безопасно?

— Священные места имеют свои правила, — так же тихо ответила она. — Если нарушить их, можно навлечь гнев духов рощи. А это… не то, что нам сейчас нужно.

Словно в подтверждение её слов, откуда-то сверху донесся странный звук — словно вздох, но слишком глубокий для человеческого. Максим поднял голову и на мгновение ему показалось, что ветви деревьев складываются в человеческие лица.

— Не смотри вверх, — предупредила Лайа. — И не отвечай, если услышишь голоса. Духи рощи любопытны, но их внимание не всегда безопасно.

Они шли уже около часа, когда Киарра вдруг остановилась, поднимая руку в предупреждающем жесте. Все замерли.

— Что-то не так, — прошептала воительница. — Компас…

Максим увидел, как стрелка компаса начала беспорядочно вращаться, а кристалл внутри него мигать тревожным красным светом.

— Магическое возмущение, — сказал Элрен, подходя ближе. — Сильное. Словно кто-то… или что-то искажает потоки силы.

Метка на ладони Максима начала пульсировать, но не привычным теплым светом, а холодным, почти болезненным. Узоры на коже проявились ярче, складываясь в новые, незнакомые patterns.

— Моя метка… — начал он, но договорить не успел.

Земля под ногами задрожала. Между деревьями поднялся туман — не обычный, а светящийся изнутри призрачным голубоватым светом. В его клубах начали проявляться силуэты — размытые, полупрозрачные фигуры.

— Духи предков, — выдохнула Миара. — Но почему они показываются? Обычно они избегают живых…

Одна из фигур приблизилась — высокий мужчина в древних доспехах, его черты были размыты, словно на старой фотографии. Но метка на его ладони светилась так же ярко, как у Максима.

— Это… это же… — пробормотала Лайа.

— Архос, — закончил Элрен. — Первый странник.

Призрак поднял руку, указывая на Максима. Его губы двигались, но вместо слов слышался только шелест ветра в кронах деревьев.

— Он пытается что-то сказать, — Максим шагнул вперед, чувствуя, как метка отзывается на присутствие древнего странника.

— Осторожно, — предупредила Киарра. — Даже благие духи могут быть опасны.

Но Максим уже не слушал. Что-то тянуло его вперед — словно метка узнавала родственную силу, стремилась к ней. Он протянул руку, и его метка встретилась с меткой призрака.

Мир взорвался светом.

Видения обрушились на него водопадом — яркие, четкие, словно он сам был там. Он увидел Арханор тысячу лет назад, величественные города из хрусталя и металла, парящие в небесах. Увидел, как тьма расползается по земле, как падают древние башни, как искажаются живые существа под властью порчи.

Увидел битву — Архос стоял перед темным властелином, его метка сияла подобно солнцу. Время замедлялось и ускорялось по его воле, реальность дрожала и изгибалась. Но этого было недостаточно.

«Одной силы мало,» — прозвучал голос в его голове, древний и мудрый. — «Нужно понять суть.»

Видения изменились. Теперь он видел создание Кристалла Равновесия — величайшие маги того времени, объединившие свои силы. Архос направлял поток времени, сплетая его с другими стихиями. Но что-то пошло не так…

«Кристалл — не тюрьма,» — продолжал голос. — «Он — ключ. И только странник может использовать его правильно.»

Последнее видение было самым ярким — огромный синий кристалл, пульсирующий силой. Внутри него клубилась тьма, но не простая — живая, разумная, древняя как сам мир. И она ждала.

«Найди правду,» — прошептал голос Архоса. — «Иначе все повторится снова.»

Свет погас так же внезапно, как появился. Максим обнаружил, что стоит на коленях, тяжело дыша. Метка на ладони горела, словно раскаленное железо, а узоры на коже светились так ярко, что было больно смотреть.

— Максим! — Лайа опустилась