Спасательный круг (СИ) - Гейман

Она особенная. Но только не для людей. Сладкая, как мёд, и способная исцелять и питать силой. Твоя кровь сильнее тебя самой. Подумаешь об этом позже, — он хитро ухмыльнулся и исчез.

* * *

— Ты, чёртов индюк, если с Делией что-нибудь случиться, я выдавлю тебе глаза вот этой вот ложечкой, а вот этой вот вилочкой проткну твою повёрнутую на мести голову, — Миртл только недавно узнала о том, кто такой Флойд и уже успела поругаться со своей подопечной. Корделия привыкла молчать, как партизан, замалчивать свои проблемы, беря на себя лишнюю ответственность за всё вокруг. Старушка опять винила себя. На этот раз за то, что так увлеклась Николя, забыв про свою девочку.

— Да пошла ты, — Флойд переоценил свои силы, не ожидая, что против него будут практически все на станции, а потому уже уставал от этих споров.

В стороне сидел Майкл. Он примерно понимал, что ведьма спустилась а Ад, но не соображал, зачем. Времени прошло достаточно много, и Антихрист уже собирался идти искать эту нерадивую, непослушную, глупую Делию, так беспечно играющуюся со своими силами.

Все резко обернулись. В центре зала стояла Верховная, держа за руку бывшего мужа и тяжело дыша. Она смерила тяжёлым взглядом жителей, сидевших с открытыми ртами, Флойда и повернулась к Хэнку.

— У вас пятнадцать минут. Разговаривайте, мальчики.

Девушка отошла, усаживаясь в своё уютное кресло, наблюдая со стороны. Как давно она его не видела. Всё такой же, с гнездом на голове, с небрежной щетиной, серо-голубыми глазами, в потёртой рубашке и старых джинсах. Она не чувствовала к нему ничего уже давно, но сейчас накрыла такая ностальгия. Они столько пережили, и ради чего?

— Хэнк! — вскочивший из-за стола Флойд прижался к брату, не веря своим глазам. Хэнку было почти всё равно, они с братом давно стали чужими друг другу. Куда больше его ошеломила Делия, явившаяся за ним в пышном красном платье и страхом в светло-карих глазах. Как же он по ней соскучился! Каждая её деталька была в памяти, пока он сходил с ума в собственном Аду.

— Привет, Флойд, — отстраняясь от объятий, мужчина строго взглянул на собеседника, — ну и сколько ты ещё будешь терроризировать мою жену?

— Бывшую жену, — услужливо подсказала Миртл.

— Бывшую жену. Спасибо, Миртл.

— Не за что, ублюдок, — рыжая вообще отказывалась понимать Корделию. Столько ненужной суеты, когда можно было просто бросить в камин этого седовласого гуся.

Флойд ничего не понимал. Почему Хэнк защищает ту, из-за которой погиб?

— Как ты можешь покрывать её после всего, что она сделала?!

— Флойд, что тебе рассказал отец?

— Что ты убил одну ведьму, а Корделия убила тебя за это, — Хэнк рассмеялся.

— Думаю, одну ведьму Делия мне простила бы. А если серьёзно, наш отец крайне редко говорил нам правду.

— Что ты имеешь в виду?

— Послушай, Флойд, если бы у меня был второй шанс, я бы продал целый мир за её улыбку и за возможность снова быть рядом с ней, — охотник повысил голос, с угрозой смотря на брата, рукой показывая на кресло ведьмы. — За три года я убил десяток её ведьм и столько же раз изменил ей. Ты бы убил за такое? Я бы убил. А она не убила, всего лишь подала на развод. Я до сих пор не могу забыть её лицо, когда она обо всём узнала, Флойд. В придачу наш папаша облил её кислотой. Ты хоть знаешь, что такое осознавать, что твой любимый человек ослеп по твоей вине?

— Почему ты пошёл к Мари Лаво? — неожиданно вмешалась Миртл.

— Я работал на неё. Она хотела смерти Делии и всех белых ведьм. Я решил защитить её хотя бы раз. Там меня и убили.

Майкл смотрел со жгучим интересом за происходящим и решительно не понимал, что она в нём нашла. От слова совсем. Абсолютно бесхребетное существо, неспособное мыслить самостоятельно. Не способное расставлять приоритеты. Хотя если задуматься, исключительно в теории, Антихрист не знал, выбрал бы он Верховную или апокалипсис. Но уж точно не посмел бы изменить такой, как она. Теперь юноша, вопреки здравому смыслу, начинал уважать эту блядскую ведьму, ведь пережить такое и сохранить в себе человечность не каждому под силу. Куда уж ему со своей нарциссичной бабушкой до такого милосердия. Научиться бы у неё также видеть в людях хорошее.

— Но ты ведь всего лишь выполнял своё предназначение! Ты предал наше дело, — в его глазах читалась лишь обида.

— Чушь собачья. Никогда не делай предназначение своим проклятьем. Я просто хотел семью, не больше. Оставь её в покое, она столько всего пережила, я заслужил свою смерть, но у тебя ещё есть шанс измениться. Прости меня за то, что отец был более лоялен ко мне, я правда не знаю, почему так. Ты всегда был и будешь моим любимым братом и самым лучшим охотником, — он улыбнулся. — Если тебе и правда дороги наши отношения, не трогай Делию. Обещай мне, Флойд.

— Обещаю, — сдаваясь, прохрипел парень.

— Хэнк, время, — сзади послышался нежный голосок бывшей жены. Он повернулся к ней, подойдя ближе, остановившись в парне сантиметров. Такая подавленная, грустная, но всё ещё не чужая.

Миртл хотела что-то возразить, но ведьма остановила тётушку, прошептав, что всё в порядке, внимательно смотря в когда-то любимые глаза. Своих слёз она уже не сдерживала, позволяя спокойно струиться по лицу. Такая беззащитная ведьма совсем не нравилась одному из присутствующих за столом, и он невольно решил, что если кто и обидит её, то только он сам. Хэнк осторожно, будто боясь сломать, взял её руку в свою, целуя хрупкие пальчики, а потом, не спрашивая разрешения, утянул жену в объятия.

— Делия, детка, — он вдохнул этот родной запах и тоже не сдержал слёз, — я был таким мудаком. Прости меня, родная, — мужчина был не в силах даже заглянуть ей в глаза, прижимая к себе как можно крепче, поглаживая её спину.

— Давно простила, — ответила ведьма, уткнувшись носом в его шею, чувствуя такое привычное, давно забытое тепло. Только вот ощущалось это совсем по-иному, — я больше ничего к тебе не чувствую, — она отстранилась.

— Это прекрасно, — ответил Хэнк, беря её лицо в свои ладони, — ты должна была отпустить меня и жить дальше. И я рад, что у тебя получается. Ты как никто другой заслуживаешь счастья. Я люблю тебя, родная, всегда любил. Прости, что так редко говорил об этом и почти не показывал. Ты моя самая сильная ведьма, я до сих пор верю в тебя. Будь счастлива, — он коснулся её губ