Оборотень - Бредли Сноу

Сначала она думала, что Шен до кости изжевал свой палец. Как большинство повреждений, его рана выглядела хуже, чем была. Теперь бинт был уже снят. Ноготь снова вырос, однако кожа оставалась болезненной при прикосновении. Он отгрыз кусок кожи, вызвав кровотечение. Изодранное месиво, выглядевшее, как кусок сырого мяса, было теперь покрыто слоем новой кожи. Он мог двигать пальцами почти безболезненно. Что же приснилось ему, чего он так испугался?

Шен не мог толком ничего рассказать, чтобы развеять недоумение. Она, наверно, никогда не узнает, что так напугало его. Может, он хотел казаться взрослым и не признавался, что видел ночной кошмар? Он просто говорил, что ничего не помнит. Если Шен и открылся Джейн, она этого не показывала. Она уверяла, что он ей ничего не говорил. Энни не была в этом уверена. Поскольку они были близки и между ними была незримая связь, он мог попросить ее не говорить. И это обещание могло быть важнее, чем обязанности перед родителями.

Что бы там ни было, это было единственным случаем. Ночных кошмаров у него больше не появлялось. Она и Мартин согласились, что это был дурной сои.

Им до сих пор казалось, что Шен скрывает что-то. Он наотрез отказывался спать в своей комнате. Он захотел перебраться в одну из комнат внизу. Сначала они возражали, но, видя, с каким страхом он входит в эту комнату, решили, что не будет ничего плохого в том, что он пока поживет в другой комнате.

Они надеялись, что это временно. Им не нравилась идея оставлять его на ночь одного внизу. Однако он не злоупотреблял обретенной свободой, без возражений шел спать в положенное время. Они не слышали, чтобы он шатался вокруг дома, что было бы естественно для мальчика. Постепенно, видя, что он не злоупотребляет свободой, ему разрешили остаться в этой комнате.

У детей не было проблем в их новой школе. Они быстро завели друзей. По крайней мере, об этом не стоило беспокоиться. Джейн уже была приглашена на вечеринку, и Шен, не желая отставать, пригласил одного друга с тем, чтобы тот остался у них на ночь.

Что касалось Мартина, то все складывалось прекрасно в его работе в университете. Был готов почтя весь материал, чтобы начать курс лекций в летнем семестре. Он сам удивлялся, как быстро шла у него работа.

Он был как мальчишка, собирающий первую модель самолета. Он работал, как черт, собирая материал для своего дурацкого курса психического сознания. Он думал, что если студенты действительно серьезно решили заниматься этим, то ему необходимо быть уверенным, что он верно изложил предмет, по крайней мере, он должен был знать, о чем они будут говорить.

Он только что отвез Джейн к Мюрреям. Она была просто сгустком электричества, когда покидала дом со своей подушечкой в руках. Это была ее первая ночная вечеринка, и она была очень возбуждена.

Что же, один ушел, другой пришел, думала про себя Энни. Шен попросил разрешить ему пригласить своего друга Брайана Нолана, когда Джейн разрешили уехать на эту ночь. Брайан уже заходил иногда после школы, так что Шен не просто пригласил чужака. Он уверял, что Брайан его лучший друг. Энни поговорила с матерью Брайана, договорившись обо всем. Все было в порядке. Она была очень рада, рассчитывая пригласить Шена на следующий уик-энд.

— Это даст им возможность разрядки, — говорила она.

После этого разговора Энни вдруг поняла, что они могут подружиться. Мать Брайана понравилась Энни. У нее было доброе сердце, и она любила от души посмеяться. Уже пять лет она была вдовой, но говорила, что у нее есть пара подходящих кандидатур.

Шен был в своей комнате, пытаясь придать ей шикарный вид и выкладывая игры, в которые они собирались играть. Мартин был наверху, погрузившись в свои «колдовские» книги, а она в это время была на кухне, готовя обед и ожидая миссис Нолан, которая должна привести Брайана.

Дверной звонок, получив разряд электричества, бешено затрясся. Она подпрыгнула, хотя и ожидала его.

«Нервы никуда не годятся», — подумала она.

Стряхнув воображаемые пылинки со свитера и выцветших джинсов, она пошла к двери.

Шен опередил ее. Он пронесся, словно пушечное ядро, и распахнул дверь. Пока она шла к ней, Шен и Брайан пронеслись мимо, как два циклона.

— Вы, конечно, мать Брайана, — сказала Энни, пожимая ее руку.

— Мери, — ответила она. — А вы — Шена, не сомневаюсь.

— Не сомневайтесь. — Энни пригласила ее войти. — И меня зовут Энни.

Они рассмеялись, это был теплый искренний смех, а не простая улыбка вежливости при знакомстве.

У нее был готов кофе и свежие, еще теплые бисквиты. Небольшая закуска перед ужином не повредит ее диете, а кроме того, угощать соседей бисквитами, говорила она, было здешним обычаем. Это было приятно проведенное время перед едой.

— Что привело вас в эти края? — спросила Мери, попивая кофе.

— Работа, — ответила Энни. — В Торонто не было подходящих рабочих мест, и когда появилась вакансия в здешнем университете, мы приехали сюда.

После некоторого замешательства Мери заговорила опять:

— А чем занимается ваш муж?

— Читает лекции, — сказала Энни, изучая лицо Мери. Его выражение постоянно менялось.

В следующие несколько минут они говорили о детях.

Она поняла, что Мери потеряла мужа в кораблекрушении, и раздумывала, как ей удается сводить концы с концами. Может, муж оставил ей достаточно денег? Она еще недостаточно хорошо знала ее, чтобы задавать такие вопросы.

— А чем интересным здесь можно заняться на досуге? — спросила Энни. Она сидела дома с тех пор, как они приехали, и после того, как несколько дней назад они привели все в порядок, ей было нечем заняться.

— Тем, чем мы занимаемся сейчас, — засмеялась Мери. — Сидеть за чашкой кофе и обмениваться сплетнями.

Энни улыбнулась.

— Интересно.

— Но это не самое лучшее, — продолжала Мери. — За неделю вы каждый день можете прикасаться к другому миру, с прогулкой к знаменитым «Бинго-Холле»!

— Едва ли я смогу, — преувеличенно вздохнула Энни.

— Не бойтесь упустить момент. Подробности всего происходящего на этой земле так же доступны, как ваш телефон, — Мери показала на телефон, стоящий на кофейном столике. — Чтобы быть принятым в общество здесь, нельзя позволить себе быть вне досягаемости всех интересующих событий в телефонной трубке.

— Что ж, я постараюсь не упустить ни одного, — сказала Энни. — Теперь мне кажется, что мне это понравится.

— Может, мы сможем вместе следить за новостями? — спросила Мери. Улыбка появилась у нее на лице, обнажив ее начищенные дорогой зубной пастой абсолютно белые зубы.

Энни заметила, что Мери так же нуждается в компании, как и она. Было бы хорошо почаще встречаться с ней. Дни тянулись безумно долго, когда Мартин работал, а дети были в школе.