Дом с неизвестными - Валерий Георгиевич Шарапов

года – он выехал из Главного управления госбезопасности, загрузил сейф в Мосторге на Красной Пресне, а на товарную станцию Лефортово не прибыл. Об этом в уголовном деле имеется донесение майора милиции Мишина, отвечавшего за погрузку сейфа в спецэшелон.

– В донесении он также сообщил о звонке в Главное управление госбезопасности, – дополнил Васильков. – Но дежурный по Управлению сообщение майора воспринял спокойно, так как поток автомобилей, подвод и пеших граждан в этот день был сумасшедший. Зашевелились в Управлении только после того, как поблизости от товарной станции обнаружили два трупа.

Запнувшись больной ногой о бордюрный камень, Старцев тихо выругался и наконец вспомнил о трости.

– Так точно – два окровавленных трупа в исподнем, – сказал он. – Позднее в них опознают лейтенанта государственной безопасности Николаенко и его водителя – сержанта Карташова…

В материалах дела значилось, что ближе к вечеру на два тела с колотыми и резаными ранами наткнулись жильцы дома № 12 по Кирпичному переулку. Судя по описанию, переулок представлял собой узкую, малопроезжую улочку, по одну сторону которой тянулась стена старой маслобойки, по другую благоухали акации в палисадниках частных домишек.

– Проживающий в переулке семидесятишестилетний гражданин Спиридонов подтвердил, что во второй половине дня недалеко от его дома минут на десять останавливалась грузовая машина, – продемонстрировал отменную память Егоров.

– Полуторка. Которую на следующий день случайно обнаружил милицейский патруль на улице Пантелеевской, – закончил Васильков.

И с этим фактом Иван согласился:

– Верно. Только никакого сейфа в ее кузове уже и в помине не было…

* * *

В «Бакалею» на улице Пушечная тоже стояла очередь. Правда, людей в ней толкалось раза в четыре меньше, да и те, как оказалось, нацелились в рыбный отдел, где в этот день продавали селедку и мороженую треску.

– Мамаша, будьте добреньки, – настойчиво продвигался к входу Старцев.

– Куда ж вы, сынки, без очереди-то? – Женщина не торопилась их пропускать.

– Нам, мамаша, ваша селедка без надобности. Нам бы только табачку прикупить.

– За папиросами, что ли? Тогда проходите…

У прилавка скинулись и попросили продавщицу отоварить на всю сумму. Средних лет женщина в белом халате окинула оценивающим взглядом молодых мужчин, шустро посчитала деньги и негромко объявила:

– «Южные» вчера подвезли. Будете брать?

Папиросы «Южные» ленинградской табачной фабрики имени Клары Цеткин были получше «Беломора», но и стоили подороже.

Переглянувшись с товарищами, Егоров кивнул:

– На все.

Продавщица перекинула туда-сюда несколько костяшек на счетах. Затем выудила откуда-то и положила на прилавок двенадцать запечатанных папиросных пачек.

– Спасибо! Вы сегодня неотразимы, – торопливо рассовывал папиросы по карманам Егоров.

– Да я и вчера так же выглядела, – растянула она в улыбке густо накрашенные губы.

Продавщица была не прочь поболтать с красавцем Егоровым, да Старцев легонько стукнул его тростью по ноге.

Пришлось поворотиться к выходу…

– Ей бы штраф влепить, а ты с ней любезничаешь! – ворчал Иван, спускаясь по каменному крыльцу.

– За что же ее штрафовать-то?!

– За то, что товар прячет под прилавком! Почему «Южных» нет на витрине?

Надрывая одну из добытых пачек, Василий хохотнул:

– Эк ты хватил! Да она с продажи этих «Южных» ни копейки не поимела. Просто понравились мы ей, вот и продала.

– Так нарушает ведь правила торговли!

– К каждому работнику, Ваня, милиционера не приставишь. Поэтому относись к жизни проще. Держи. И наслаждайся…

Он угостил товарищей папиросами и принялся хлопать по карманам в поисках спичек. Остановившись на углу Пушечной и Неглинной, сыщики решили спокойно перекурить.

* * *

– А ты, пострел, здесь откуда? – подивился Старцев возникшему из-под земли Косте Киму.

Сыщики едва успели покурить и взять обратный курс на Петровку. И тут нá тебе – нос к носу столкнулись со взмыленным Костей.

– Из Управления, Иван Харитонович… – задыхался тот от быстрого бега.

– Что случилось? Меня опять вызывает комиссар?

– Нет, про комиссара не знаю… – уперев руки в коленки, согнулся лейтенант. Так, видать, проще было отдышаться.

– Да говори же ты наконец!

Костя выпалил:

– Мы обнаружили еще факты по незакрытому делу!

– Да ну! И чего ж вы накопали?

– Пойдемте. Расскажу по дороге…

* * *

«Если накопаете что-то серьезное – немедленно докладывай», – приказал Урусов на прощание.

Руководствуясь этим приказом, Старцев отправился под вечер в начальственный кабинет. Третий раз за сегодняшний рабочий день.

– Что у тебя, Иван Харитонович? – вскинул бровь комиссар и отложил в сторону ручку.

Старцев прошел по ковровой дорожке; не доходя трех шагов до большого письменного стола, остановился.

– Товарищ комиссар, нашли кое-что интересное по Барону. Как вы просили – пришел с докладом.

– Интересно. Присаживайся.

Присев, Старцев приступил к рассказу о проделанной работе. И начал он со встречи Егорова с пожилым вором Александром Изотенко.

– Шура-крестьянин проболтался о сейфе с ювелиркой?! – оживился Урусов. – Вот это номер! Меня в 1941-м в Москве не было, но об этом громком грабеже с убийством двух сотрудников госбезопасности я наслышан. Помню, тогда по всем областям и республикам разошелся циркуляр с ориентировками на пропавшие золотые изделия из Мосторга. Насколько я помню, их следы не найдены до сих пор.

– По всему выходит, Александр Михайлович, что полуторку с тем сейфом увела банда Барона.

– Вот это поворот! Очень интересно! Ну, а что по сейфу, Иван Харитонович? Остался от него хотя бы затертый след?

– Час назад молодежь из моей группы отыскала одно упоминание о большом стальном сейфе. Предвижу ваше возражение, что сейфов в Москве великое множество. Но этот сейф находился там, где его не должно было быть – в заброшенном пятиэтажном доме по Безбожному переулку.

– Это… рядом с Аптекарским огородом?

– Так точно. К сожалению, упоминается только сейф, об инвентарном номере – ни слова. Однако это дает основание предположить, что бандиты привезли и припрятали украденный сейф именно в этом доме.

– Что за дом? Почему они выбрали его?

– Дом пострадал от бомбежки и осенью 1941-го пустовал. Вероятно, поэтому Барон использовал его как временное укрытие…

Выслушивая ответы подчиненного, Урусов делал пометки карандашом в рабочем блокноте. Он не жаловался на свою память, но так было надежнее.

На столе затрезвонил черный телефонный аппарат.

– Да, слушаю, – поднял трубку комиссар. После короткой паузы поспешил свернуть беседу: – Согласен, Федор Тимофеевич, так получится быстрее. Приступай. И… да, я сейчас занят крайне важным делом. Забеги через полчаса с бумагами – вместе посмотрим…

Положив трубку, он кивнул:

– Извини, Иван Харитонович. На чем мы остановились?.. На доме в Безбожном переулке. Кто, когда и каким образом обнаружил там украденный сейф?

– Сейф обнаружили строители. Бригада специалистов во главе с инженером Головинским прибыла в Безбожный переулок 20 октября 1941 года