Однажды в полночь - Ли Фрида

Он ждал объяснений от меня, а я лишь демонстративно развернулась и со спокойным лицом присела на диван. Глаза Алека налились кровью, казалось, что он сейчас не выдержит и вцепится в мою тонкую шею своими руками.

— Как ты догадался? — ухмыльнулась я, и закинула ногу на ногу, а потом положила их на столик. Алек резким движением руки скинул мои босые ноги.

— Ты уберешь всё! Всё, что ты здесь натворила!

Не дождешься, милый! Если я решила быть стервой, то буду ей до конца! Я тоже за это время поняла его слабости — этому мужику либо катастрофически не хватало секса, либо он явно был сексуально зависим.

Встала, откинула копну волос назад и вплотную подошла к нему. Провела руками по его обнаженному торсу и слегка прикусила губу. Моего поведение сбило его с толку, его голубые глаза забегали. Алек сглотнул, когда я встала на цыпочки и наши губы практически соприкоснулись. Казалось, будто я хотела поцеловать его, но не тут то было!

— А не пойти бы тебе на три буквы, Алек? — прошептала я в его приоткрытые губы и резко оттолкнула от себя.

Развернулась и как можно быстрее пошла в противоположную сторону от него. Грациозностью, конечно, и не пахло — я все еще хромала.

— Остановись! Немедленно иди сюда! Я с тобой еще не закончил! — снова поднял голос он на меня, придя в реальным мир из своих пошлых фантазий. — Я тебя не отпускал!

— Отвали! Я хочу принять ванну!

— Стерва!

— Меня зовут Мия!

Глава 11. Мне не нужно ничего…

Алек

Мия! Мия… Ее имя было самым сладким, что я когда-либо пробовал на вкус.

— Мия, — тихо прошептал я в закрытую дверь и резко ударил кулаком по стене.

Это помешательство! Мое тихое безумие!

Эта девчонка — моя вредная привычка. Та самая вредная привычка, к которой я не могу подавить свою страсть. Она, словно алкоголь, который сам по себе на вкус не представляет никакой ценности, но он вызывает такое сладкое опьянение, что от предвкушения сносит голову.

Хочу, чтобы она стала моим помешательством! Моей сильной потребностью, которая будет толкать меня снова и снова удовлетворять это дикое желание, от которого мысли путаются и растворяются, так и не оформившись в связные предложения.

Я привез ее в свой дом с целью узнать хоть какуе-нибудь информацию, а может быть боясь потерять её…

Прижался лбом к холодной стене, но это не помогло мне остудиться. Мысли сводили меня с ума. Я слышал шум воды. Представил, как по ее нежной коже стекают капли. Как она откидывает копну густых, влажных волос назад и закрывает глаза в наслаждении.

Алек, эта девочка была права! Ты — чертов маразматик!

— Значит ты тоже любишь подглядывать? — послышался ее озорной голос и перед моим лицом появилась замотанная в полотенце… Мия.

Поднял глаза. Густая копна темных волос замотана в высокий тюрбан на голове, на щеках пылал розовый румянец. Слишком горячая вода или может она думала о том же о чем и я…Чёрт!

— Не говори ерунды! Мне же не шестнадцать! Я хотел уточнить не нужно ли тебе полотенце, — обратился я к ней, стараясь не показывать как меня лихорадило.

— Как видишь нет…, — пожала она плечами и сделала шаг ко мне.

Зачем? Зачем она это делает?

От нее пахло моим любимым гелем для душа. Терпкий, тяжелый мужской аромат в сочетании с её нежным телом. Не выдержал и закрыл глаза, сделав глубокий вдох.

— Их там было около шести штук, — продолжила она. — Так зачем ты тут стоял? Фантазировал?

Дерзкая! Такая дерзкая девчонка! Мне захотелось схватить ее и сжать в своих объятиях. Крепких, жарких, горячих объятиях. И одновременно оттолкнуть ее на километр от себя, чтобы хоть на секунду прочистить себе мозги!

— Мне нужна одежда, — игриво улыбнулась она мне, заметя мое неровное дыхание и бегающие глаза. — Я не могу ходить в полотенце.

Я быстро развернулся и пошел вниз по лестнице, проигнорировав ее. А если сказать честно, я и не слышал о чём она говорила. Все мои мысли были окутаны белой пеленой.

— Эй, ты оглох? Мне нужна одежда! — крикнула она, побежав за мной. — Мне нужна одежда!

Я быстро схватил одну из своих футболок и бросил её ей в руки.

— Я не буду в этом ходить! — брезгливо отшвырнула она вещь от себя прямо к моим ногам.

— Тогда ходи голая! Выбор у тебя не большой! — рявкнул я в ответ.

Ее идеальное лицо побагровело от злости, а зеленые глаза запылали страшным огнём. Увидя, как намокли края ее глаз, я решил, что она заплачет, но не тут-то было! Мия резко скинула с себя махровое полотенце. И вот она передо мной абсолютно обнаженная прожгла меня пламенем своих больших зеленых глаз.

Опустить свои глаза я не мог. Просто не имел никакого права. Я боялся не справиться со своими эмоциями. Уставился глаза в глаза. В штанах сразу стало тесно. Она увидела мою реакцию и лукаво улыбнулась мне.

Если она решит так ходить по моему дому, то мне придется просто сбежать отсюда, иначе я могу не выдержать и накинуться на нее!

— Тебе следует что-нибудь накинуть на себя, иначе…, — хриплым голосом прошептал я.

— Иначе, что?

— Тебе следует что-нибудь накинуть на себя, — повторил я, словно зомбированный.

Мия демонстративно, не отрывая холодного взгляда от моих глаз, наклонилась за футболкой и показательно скривилась, когда ткань коснулась ее кожи.

Неужели я ей настолько противен? Тогда почему её тело так реагирует на мои прикосновения? Чёрт! Запутался! Эта девчонка меня запутала!

Наше тихое переглядывание прервала вибрация моего мобильного. Я кинул взгляд на мой смартфон, который валялся на диване. Чёрт! Это был мой отец!

— Хорошо, мы сходим с тобой за одеждой, — сдался я. — Но только после того, как я вернусь. Мне нужно уехать.

— Мы? — переспросила меня Мия.

— Я не могу отпустить тебя одну! Я вернусь и мы сходим с тобой за одеждой. Но есть одно условие.

— Какое еще условие?

— Ты наведешь здесь порядок. Идеальный порядок. Приберешь всё, что натворила! — с особой ухмылкой произнес я.

— Нет!

— Я не спрашивал твоего ответа! — быстро поставил я на место это разгневанное, но такое чертовски симпатичное создание. — Ты наведешь порядок! И точка!

— Я не рабыня тебе!

Никто и не сомневался, что она не согласиться! Это же была стервозная малышка Мия…

— Тогда никаких магазинов! В твоем распоряжении есть моя футболка.

— У меня даже нет нижнего белья! — закипела от злости Мия,