При свете звезд - Марлисс Мун

Но едва капитан отпустил его и отвернулся, как солдат злобно сверкнул в ее сторону глазами.

Подавив страх, Мерри отвела взгляд. Как долго сможет Феникс оберегать ее от опасности? Его власть не безгранична. А когда он оставит ее в Хелмсли, как бедного подкидыша на пороге церкви, кто тогда станет ее покровителем? Рубака, которого она прокляла?

Мерри тяжело вздохнула. Сара сказала, что без Мерри Люк попадет в беду. Случится ли это на самом деле? Или это был всего лишь сон?

Сэр Пирс проследил, чтобы тушу вепря подготовили к перевозке. Отдав приказ продолжать движение, сэр Люк вскочил в седло, и армия тронулась в путь.

– Простите меня за то, что обременяю вас, – промолвила Мерри.

Сэр Люк промолчал. Видимо, потому, что так оно и было.

Час спустя они снова остановились, чтобы напоить лошадей. Мерри направилась в лесную чащу справить нужду. Залюбовавшись лужайкой, усеянной дикими цветами, она стала рвать цветы цикория, чтобы сплести венок.

Возвращаясь, она наткнулась на наемника, получившего от сэра Люка взбучку. Он мочился под деревом.

– Прошу прощения, – произнесла она.

Наемник растянул губы в ухмылке. Мерри ускорила шаги, жалея, что так далеко зашла в лес. Услышав шаги за спиной, девушка пустилась бежать.

Ее злило то, что наемник не собирался оставлять ее в покое, несмотря на предупреждение капитана. Мерри постоянно встречались негодяи, которые причиняли зло тем, кто слабее их. Мерри вспомнила о Фергюсоне и настоятельнице, и ее ярость вскипела с новой силой.

Она могла бы предупредить мужчину, как предупредила настоятельницу. Но какие травы имелись у нее в распоряжении? В здешних лесах в изобилии произрастали ядовитые растения, однако их надо было готовить, а для этого требовалось время.

Ее взгляд упал на лозу ядовитого дуба. Сорвав лозу от ствола, Мерри потащила ее к речке, где, опустив морды в воду, стояли лошади. Вокруг без дела слонялись солдаты. Они старательно обходили Мерри, вероятно, помня о предупреждении капитана.

Сэр Люк с сержантом склонились над картой, нарисованной на куске кожи, и обсуждали кратчайший путь до Айверсли.

Мерри подошла к Сулейману, достала из своего узла яблоко и двинулась туда, где находилась лошадь наемника. Приподняв клапан седельной сумки ратника, Мерри завернула лозу ядовитого дуба в его плащ, стараясь не касаться его листьев. Ядовитое эфирное масло впитается в шерсть, и тело наемника покроется сыпью, особенно если тот будет пользоваться плащом как одеялом.

Мерри скормила яблоко его лошади и, возвратившись к Сулейману, лицом к лицу столкнулась с Фениксом.

Заметив виноватое выражение на ее лице, Феникс прищурился.

– Что вы сделали? – спросил он без обиняков.

От его холодного взгляда у нее в жилах застыла кровь.

– Ничего, – ответила Мерри, прижимаясь к холке лошади. – Угощала яблоком лошадей. Вот и все.

Люк шагнул к Мерри, и она невольно попятилась, охваченная страхом.

– Леди! – Голос его прозвучал тихо и угрожающе. – Достаточно того, что я позволил вам взять с собой кота. Не делайте из меня посмешище в глазах моих подчиненных.

Мерри отвела взгляд.

– Вы слышали, что я сказал? – На этот раз в голосе его прозвучало отчаяние.

Вскипев от гнева, Мерри пристально посмотрела на Люка.

– Это не вас они обвиняют в одержимости! – выпалила она.

– Ну и пусть, – сказал он уже более мягко. – Я не допущу, чтобы такие, как Каллин, вас обижали.

Мерри всей душой хотелось в это поверить. Но сэр Люк не всегда будет поблизости, чтобы ее защитить. У него и без нее полно дел.

– Пожалуйста, не разжигайте в людях суеверия. Вы жене ведьма, вы леди. Ведите себя соответственно, и солдаты вскоре забудут о своем невежестве.

Она сглотнула подступивший к горлу ком, вспомнив о лозе ядовитого дуба, завернутой в плащ Каллина. Ей захотелось признаться в своем проступке, но она решила не разочаровывать Феникса и молча кивнула.

Не сказав ни слова, он поднес руки к ее голове и поправил съехавший набок венок. Мерри замерла.

– Вы похожи на лесную фею, – промолвил Феникс.

Внезапно нахмурившись, он отвернулся и зашагал в гущу солдат, призывая их собираться. Они должны прибыть в Айверсли к наступлению ночи.

Они продолжали двигаться на запад со скоростью, от которой у Мерри стучали зубы. Она размышляла над словами Люка. «Пожалуйста, не разжигайте в людях суеверия. Вы же не ведьма, вы леди. Ведите себя соответственно, и солдаты вскоре забудут о своем невежестве».

Забудут ли? Ведь она и в самом деле целительница, а не колдунья. Но для многих это одно и то же.

Мерри уже пожалела о том, что подложила ядовитое растение в седельную сумку Каллина. Феникс прав. Если ратники узнают, что это дело ее рук, то утвердятся во мнении, что она ведьма.

Целительница должна избавлять от страданий, лечить, а не причинять людям зло.

А что, если Феникс запретит ей заниматься целительством, усмотрев в нем колдовство? Придется его ослушаться. У каждого свое призвание. У Мерри – ухаживать за больными, у Феникса – вести за собой людей.

Не исключено, что в один прекрасный день Мерри спасет ему жизнь и он оценит по достоинству ее искусство. Такое вполне возможно, учитывая предсказание Сары. И тогда Феникс поймет, что Мерри Дюбуа больше чем леди.

Глава 6

Барон Айверсли стоял за закрытыми воротами, вцепившись синими от разбухших вен руками в железную решетку. Солнце спряталось за холмом, и ночные тени сгустились, поэтому Мерри видела лишь его седую бороду.

– Все-таки ты явился, – услышала она голос барона, когда Люк с сержантом приблизились к воротам.

В его голосе слышалась обреченность, и Мерри невольно задумалась. Чем же занимается Феникс в угоду принцу? Люк что-то сказал, но так тихо, что Мерри не разобрала слов.

– Я не могу накормить целую армию, – проворчал барон.

– Мы принесли снедь с собой.

Люк указал на тушу вепря, болтавшуюся между двумя лошадьми.

Наступило молчание. Наконец барон велел поднять ворота и решетка со скрежетом поползла вверх. Еще он был необычайно высок ростом. Повернувшись к солдатам спиной, он повел их в цитадель.

Когда они въехали во внутренний двор, Люк помог Мерри спешиться.

– Мой сквайр присмотрит за вашим котом, – сказал Люк, протягивая ее котомку Эрину.

Капитан, сержант и Мерри проследовали за бароном в хорошо освещенную башню замка, в то время как солдаты остались у гарнизонной казармы.

В сумерках барон принял Мерри за сквайра. Его жена, ожидавшая их в большом зале, скользнув взглядом по Мерри, сразу догадалась, что это девушка.

Барон всех представил друг другу.