О любви. Истории и рассказы - Александр Цыпкин

Ну и завертелось все как-то само собой. В один из вечеров мы возвращались из гостей. Подходя к дому, заметили в окнах моей квартиры свет: это мог быть только один человек – мой ухажер, с которым я встречалась уже более десяти лет, хотя он за это время успел даже жениться. Мне предстояло сделать выбор, и сделать его тотчас…

Домой я пошла одна, выслушала упреки: «Где ты была в такое время? Ты была не одна?!» И я сделала то, что стоило сделать давно, еще тогда, когда он женился… Не знаю, что стало причиной, но у него и с женой после нашего расставания пошел разлад, они развелись. А мое счастье только начиналось! Мы так долго не замечали друг друга, а ведь счастье было рядом. Куда я смотрела?

В школе наши отношения не остались незамеченными, кумушки зашептались. Следующий повод для пересудов мы дали всем, когда стало заметно, что ждем ребенка… Расписались, когда дочери было девять месяцев. А когда ей исполнилось пять лет, у нас родилась еще одна дочка. На все любопытные вопросы знакомых я отвечала: «Да если б мне год назад сказали, что мы будем вместе, я бы сама не поверила!»

Мы построили дом, посадили деревья, у нас много друзей, которые любят приходить к нам, потому что у нас уютно. Словом, программу-минимум выполнили. А программа-максимум – до конца жизни оставаться счастливыми и сделать счастливыми наших детей. Над этим работаем.

Анна Пинчук. Ведро

Когда-то давно, в конце прошлого века, а точнее 31 декабря 1998 года, без пятнадцати одиннадцать вошли ко мне в дом три человека. Двоих я знала, а одного – нет. Первый раз в жизни видела…

Впрочем, начну с предыстории.

Тогда, в конце девяностых, показывали телесериал «Улицы разбитых фонарей». Герой этой милицейской саги, опер Ларин, мне очень нравился. Я смотрела на него и думала: «Ну надо же, такой положительный, симпатичный и просто герой!»

И вот встретила как-то своего одноклассника, он учился в Высшей школе милиции.

Я ему: «А бывают на самом деле такие „ларины“? Или только в кино?» Он мне: «Бывают! Хочешь, познакомлю?» «Ага, – говорю, – познакомь». Ну не отказываться же!

С тех пор прошло 15 лет… Годы пролетели как один миг. А в тот памятный Новый год шестнадцать человек собрались у меня в квартире, и без родителей. Суетливо было в ту ночь, не до сантиментов. Один из гостей всю водку «отпил» по глоточку, потом рядом с унитазом спал. Несколько человек салатом отравились, потому что дама в черных чулках принесла просроченный майонез для оливье. Кто этот салат попробовал, те ушли раньше, остальные долго еще пели под гитару и танцевали… Весело было!

Мой будущий муж принес заячьи уши на резиночках и сказал: «У кого уши быстрее упадут, тому больше всех лапши навешали». И разумеется, этим человеком стала я!

Утром он по-хозяйски всю оставшуюся водку из початых бутылок слил в одну бутылку. Помог убраться. Решил мусор вынести, да не зная, что мусоропровод у меня на этаже есть, потопал на помойку. Выбросил мусор и стоит с пустым ведром…

Первое января, тишина, идет белый пушистый снег. Он смотрит по сторонам и пытается определить обратную дорогу. На праздник-то он пришел в темноте и с другой стороны дома. Но! Помогла оперативная подготовка. Вспомнил он, что балкон моей квартиры застеклен необычно, как книжная полка. Увидел его, посчитал этажи, вычислил квартиру и пришел-таки обратно!

Потом рассказывал, что очень переживал: дескать, я могла подумать, что он ведро у меня украл и ушел… А еще беспокоился, как он поедет 1 января с пустым помойным ведром в метро. В обоих случаях ситуация, получалось, неудобная. Поэтому, мол, вернулся.

Телефона моего он тогда даже не спросил. Я подумала, что и не понравилась ему, да и ладно. А в Рождество позвонил. Оказывается, он в новогоднюю ночь набрал номер своей мамы и попросил ее записать с определителя мой номер…

В 2000 году мы поженились, а через год, тридцатого декабря, под елочку принесли из роддома нашу Танюшку! В 2012 году – Машку! До Ваньки дело пока не дошло.

Нежданна Казаченко. Случайная встреча

Меня зовут Нежданна, и я тринадцатая, последняя и очень счастливая внучка своих любимых «стариков». Хочу рассказать историю любви этих, самых близких мне, людей, которых, к сожалению, уже нет в живых. Началась она с несчастливого вынужденного замужества моей бабушки – Надежды Тимофеевны Юговой. Ей было всего шестнадцать, когда мать выдала ее замуж за сорокалетнего офицера.

Недовольная семейной жизнью, она просто не могла смириться с нелюбимым мужем и сбежала из Новосибирска на Кубань к своему отцу, который жил там со своей второй женой. Мачеха не приняла свою падчерицу и через какое-то время просто выставила ее за дверь. Бедной девушке ничего не оставалось, как вернуться обратно…

В поезде она легла на верхнюю полку и уснула. Попутчиками оказались два друга, солдата, которые ехали в отпуск. Они, конечно же, обратили внимание на красивую молодую девушку с черными как смоль волосами, собранными в длинные косы. И когда коса свесилась вниз, один из парней из озорства дернул за нее. Девушка проснулась и накричала на весельчака. Так они и познакомились.

А на следующее утро Надежда не сошла на своей станции, а уехала с новым знакомым – Федором Степановичем Кривошеиным и его товарищем в Карелию, к его родным.

Матери Федора и его сестрам девушка понравилась. И по окончании отпуска он уехал обратно в часть, дослуживать, а Надя осталась его дожидаться. Когда же Федор вернулся из армии, то его первенцу уже исполнилось три месяца. А потом в семье родились еще один мальчик и две замечательные девочки.

Не сиделось деду на месте: как-то собрал свое большое семейство и отправился с ним в Казахстан – поднимать целину. Прожили они там недолго, а после рождения третьего сына уехали в Енисейский район, в поселок Новоназимово, где и жили до самой старости в любви и согласии. В Сибири у них родились еще один мальчик и девочка – седьмой, и последний, ребенок в этой большой семье.

Мой дедушка доучился всего до четвертого класса, потому что началась война и пришлось ему бросить школу, чтобы наравне с матерью работать в колхозе. Тем не менее, благодаря своему незаурядному уму и пристрастию к чтению, он никогда не производил впечатление человека необразованного. И все время был чем-то занят: зимой шил унты, летом работал вздымщиком в лесу, искал живицу.

Дед с бабушкой были людьми веселыми, дома всегда стоял шум и гвалт. В лесу дед построил недалеко от ручья избушку, куда на лето брал с собой детей. Там он соорудил для них качели и приносил больных зверушек, которых все вместе выхаживали и которые потом так и оставались жить в доме этой большой семьи.

Однажды дедушку укусила ядовитая змея, и бабушка без раздумий рискнула своей жизнью ради любимого человека – высосала яд из раны на ноге. Все остались живы, правда, без последствий не обошлось: она потеряла много зубов, а он всю оставшуюся жизнь мучился болью в ноге.

Никто ни разу не видел, чтобы они ссорились. Даже в старости играли в любимую дедову игру – догонялки и смеялись звонко, как дети.

Когда мы с родителями переехали в Иркутск, то на лето меня всегда отвозили к ним. Это было целое путешествие! Сначала мы ехали на поезде до Красноярска, потом – в Енисейск и уже оттуда на катере – до поселка Новоназимово. Именно дедушка приучил меня к бане, привил мне любовь к чаепитию – такого вкусного чая, как из их самовара, я не пила больше никогда в своей жизни. Исподволь он учил меня видеть в людях, животных, окружающем мире только хорошее. Со смехом вспоминаю рассказы моей мамы о том, как бабушка первое время не могла запомнить мое имя – Нежданна – и все спрашивала: «Как внученьку-то зовут?» Или как я не хотела целоваться с дедушкой, потому что у него были колючие усы. А он ради меня взял и сбрил их, а я – вот маленькая вредина! – не узнала его без усов и зарыдала, вырываясь, когда он взял меня на руки…

Помню, дедушка очень любил петь, в особенности песню «Солнечный круг», но не знал ее полностью. Я как-то пообещала привезти ему полный текст, но в то лето об этом забыла, а на следующее уже некому было… До сих пор на душе горько: не выполнила просьбу, не уважила деда.

После того как дедушки не стало, его любимый кот ушел на кладбище. Его ловили и приносили назад, но он все равно возвращался к могиле своего хозяина.

А после смерти бабушки, которая умерла через три тяжелых года после своего любимого мужчины, отпаивали валерьянкой ее собаку, никак не могли успокоить бедную – плакала совсем как человек… До своей смерти она спала на шали любимой хозяйки.

Да, со временем дети вырастали и разлетались, но все равно часто большой и дружной компанией собирались в родительском доме. А потом приезжали уже со своими детьми.

Бабушку и дедушку можно с полным правом назвать счастливыми людьми, ведь они невероятно любили друг друга и прожили свой век в любви и нежной заботе друг о друге, о своих детях.