Убийство на шабаше - Светлана Алимова

Калунна щелкнула пальцами и растворилась в воздухе.

— Что-то она сегодня сердитая, — пробормотала Валери, — встала не с той ноги? Ай, ладно. С возвращением, Голди!

Она радостно завопила и бросилась той на шею. Адалинда рассмеялась и присоединилась. Беата сморгнула слезы и повернулась к цветущим вересковым пустошам.

Все. Она вернула всех своих подруг. Выкрала их души из ада и спасла. Ее награда за службу вересковой богине была получена полностью.

— Так, мы кого-то забыли! — весело крикнула Голди. — Беата, иди сюда! У нас тут дружеские объятия! Не смей нас игнорировать! Девочки, тащите ее к нам!

Беата расхохоталась и кинулась к ним, в один теплый, счастливый клубок.

***

Время, проведенное в обществе Голди, всегда летело незаметно. Она умела создавать непринужденную атмосферу на дружеских посиделках и всегда была душой компании. Адалинда и Валери устроили для нее сюрприз: украсили дом и приготовили ее любимые закуски. Голди пришла в полный восторг.

— Девчат, спасибо! Давно меня так не радовали. Домик отпад. Это чей?

— Наш. Ты тоже будешь жить здесь, — пояснила Валери, — Беата живет отдельно, у нее обалденный сад с вересковой защитой. Калунна ее явно любит. Она — главная жрица.

— Да? А как ты этого добилась? — заинтересовалась Голди.

Беата пожала плечами.

— Никак. Просто оставляла подношения для нее и устраивала праздники.

— Серьезно? Может, что-то ценное отдала?

— Нет. Всего лишь обещала верно служить.

Голди удивленно приподняла брови.

— Не думала, что ты захочешь делать карьеру, ты ведь ратовала за тихую, спокойную жизнь. Видимо, люди меняются. Я горжусь тобой. Молодчина! Мне есть чему у тебя поучиться.

Беата смущенно улыбнулась.

— Да брось ты. Это, скорее, стечение обстоятельств. Я — первая жрица Калунны и единственная, кто сумел вернуться в Хисшир. Вот она и выбрала меня.

— А сколько лет прошло с моей смерти?

— Двадцать.

— Ух, ты! И все это время ты разрабатывала способ нас воскресить? А ты умеешь быть упорной.

Беата закашлялась.

— Не совсем так. Я приехала сюда на последнем году жизни, и Калунна открыла мне этот способ. Она обладает таким количеством знаний и силы, что это просто немыслимо. Служить ей — верный способ обрести могущество и бессмертие. Она умеет продлять жизнь тем, кто должен был умереть.

Голди замолчала, задумавшись. Она снова потерла родимое пятно. Раньше у нее такого жеста не было.

— А еще она учит необычному колдовству! У Беаты три фамильяра, прикинь? — восторженно сообщила Валери. — И она со всеми управляется!

— И они не развоплотились? Все стабильны? — изумилась Голди. — Нас учили, что больше одного ведьма просто не удержит.

— А еще, что воскрешать мертвых — безумие и всегда заканчивается плохо, — хмыкнула Адалинда, — но это явно не так. Мы даже не нечисть. Живы и прекрасно себя чувствуем. Кстати, у тебя интересные глаза.

— Спасибо, у тебя тоже, — рассеянно ответила Голди, — ты здорово похудела. Так сейчас модно?

— А мои тебе как? — вмешалась Валери. — Правда, же они лучше зеленых?

— Правда. Синие придают тебе аристократизма, — Голди улыбнулась, но тут ее улыбка исказилась, как зеркало, пошедшее трещинами, — Вэл, я… господи, мне так жаль, что ты умерла! Ты не представляешь, как я жалела об этом! Я пыталась помочь…

Она осеклась и замолчала. Стиснула пальцы до побелевших костяшек.

Беата едва слышно вздохнула.

Голди никогда не верила, что Валери умерла от сердечного приступа. В день похорон она послала Беату расспросить соседей, Адалинду — отвлечь мать Валери, а сама пробралась в спальню погибшей подруги. Вернулась мрачной и сказала, что ничего не нашла, но позже у нее случилась истерика. Беата и Ада насилу ее успокоили.

Пятнадцатилетняя Голди уже тогда поняла, что случилось. И что подтолкнуло Валери к гибельному поступку. И жила с этим еще пять лет, пока не погибла сама.

Каково ей будет жить с этим теперь?

— Ничего, я снова живая, — безмятежно ответила Валери, — не о чем горевать.

— А о моей смерти ты не жалела, что ли? — обиделась Адалинда. — Мы же с тобой подруги!

— Жалела, конечно. Я по вам обеим скучала, — Голди моментально взяла себя в руки. Беата будто увидела, как она запирает настоящие чувства на замок, вновь надевая улыбчивую маску вечной оптимистки. — Кстати, у вас были классные похороны, у обеих. Просто шик! А на моих кто-нибудь был?

— Я. Народу пришло тьма, — ответила Беата, помогая ей сменить тему, — море цветов, твоя любимая музыка, толпа безутешных друзей. Какие-то важные шишки прочли речь о погибшем молодом таланте. Ведьмы из твоего ковена в Туре назвали тебя лучшей выпускницей, что у них была. Журналисты брали у меня интервью о тебе.

Голди довольно заулыбалась.

— Все по высшему разряду, значит? Приятно. Вот бы самой посмотреть! Может получиться ясновиденьем пробиться. Так, погоди, а мою книгу заклинаний куда дели? Только не говори, что забрали в ковен!

Беата кивнула, и Голди зло застонала.

— Все мои разработки себе заграбастали, сволочи! А я столько времени на них потратила! Ничего, вернут, как миленькие!

— Не вернут. Никому нельзя знать, что ты воскресла. Иначе меня посадят в тюрьму, а тебя отправят на тот свет, как «нежить», — покачала головой Беата.

Голди застыла.

— Ты права. Мне лучше не высовываться. Мертвые ведьмы должны вести себя тихо. Паршиво. Мне нужна новая книга заклинаний.

— Держи. Я подготовила ее для тебя.

Голди расслабилась.

— Спасибо, солнце, ты как всегда добра. Девчат, я каждой из вас подарила по семь заклинаний. Дадите их переписать?

— Конечно, — кивнула Адалинда.

— Я с тобой еще кучей поделюсь, — пообещала Валери.

Беата вздрогнула.

Голди отдала по семь заклятий каждой из них. Полезных, хороших, подходящих для одариваемой. Щедрый подарок для дорогих подруг. Но по неформальному кодексу ведьм это число означало превентивные меры защиты от нападения. Беата, Валери и Адалинда не имели права серьезно вредить Голди, что бы она им не сделала. Они обязаны были попытаться мирно решить любой конфликт с ней. И если в случае Валери это было объяснимо, то какого черта Голди так же защищалась от Беаты с Адалиндой? Она, солнечный и золотой человек, боялась своих подруг-ведьм? Или собиралась навредить им?

Джеральд что, был прав насчет нее?

Беате на плечи прыгнула Мгла. Окинула Голди оценивающим взглядом, громко мявкнула и демонстративно выпустила когти, будто напоминая, что Беата сама ведьма и способна на многое, с чем черный фамильяр ей обязательно поможет. Пламя вскочила на стол, заняв место между Беатой и Голди. Выражение ее рыжей мордочки было ужасно суровым и напомнило Беате Джеральда. Пуховка, до того мирно дрыхнувшая где-то в доме, появилась, позевывая и втиснулась Беате на