Не приближайся! - Лилия Левицкая

Весь урок Матвей не отрывает от нас взгляда. Когда кто-то смотрит на тебя долгое время, это ощутимо. Его лицо непроницаемое, но я чувствую, как от него исходит волнами напряжение. Он сидит, скрестив руки на груди, и его желваки то и дело дергаются. Кажется, он готов взорваться от ярости в любой момент. Мы с Даниилом сидим за одной партой. Лейлы сегодня нет. Я стараюсь игнорировать Матвея но это трудно. Его взгляд сжигает, словно он хочет прожечь в нас дыры. Лиза, сидящая за своей партой, изредка бросает на нас колкие взгляды.

Урок литературы продолжается. Мне и Даниилу учитель задает читать роман по ролям. Тишина в классе повисает после того, как я заканчиваю читать свою строчку: «Я вас люблю…». Даниил, слегка наклонившись ко мне, продолжил с мягкой интонацией: «О, моя прекрасная…». В этот момент сзади раздался резкий хруст, словно сухая ветка сломалась под ногой. Все повернули головы. Матвей сидит, сжав кулаки, его лицо было бледное от злости, а губы сжаты в тонкую линию. В его руке лежит, сломанная пополам ручка. Он тяжело дышит, стараясь сдержать гнев. Он смотрит на меня с ненавистью. Псих! Какой же он псих! Чем я ему не угодила?

Звонок. Наконец-то! Свобода! Двадцать минут — жалкие крохи свободы, но и они сейчас кажутся бесценными.

Собираю свои книги и тетради, торопливо запихивая их в сумку. Краем глаза вижу, как Матвей поднимается со своего места. Сердце пропускает удар.

Снова смотрю на него. Он идет к нам. Медленно, уверенно, словно хищник, приближающийся к своей жертве.

Даниил, заметив его, перехватывает инициативу.

— Матвей, есть кое-что обсудить, — говорит он, когда тот подходит ближе.

Замечаю напряжение в его голосе. О чем они будут говорить? О той нелепой драке? Черт, я хочу знать!

Мне Даниил говорит, чтобы я шла, заняла столик в столовой.

Матвей окидывает меня взглядом. Сканирует от головы до пяток. Этот взгляд… пронизывающий, оценивающий. Становится не по себе.

В столовой уже много ребят, как пчелиный рой. Шум, гам, крики, смех — все смешалось в одну неразбериху. Найти свободный столик — целая задача. Вижу один в углу. Занимаю его, оставляя сумку в качестве метки.

Встаю в очередь. Проталкиваюсь сквозь толпу, стараясь не задеть никого подносом. Набираю еды.

Когда подхожу к своему столику… у меня перехватывает дыхание. Там сидит… Матвей.

Что он тут делает? Где Даниил? Что случилось?

— Где Даня? — спрашиваю, стараясь не выдать охватившую меня панику. Мой голос дрожит.

Он молчит, не отвечает. Просто смотрит. И этот взгляд… он пугает меня больше всего.

Он развалился на стуле, словно хозяин жизни, а это, черт возьми, мой столик! Сидит небрежно, чуть откинувшись назад, одна нога вытянута вперед, другая согнута в колене, локтем опирается о спинку стула.

Его темные волосы немного растрепаны, прядь упала на лоб. Скулы четко очерчены, подбородок волевой. Губы сжаты в тонкую линию, выдавая скрытую злость. И взгляд… Боже, этот взгляд! Голубые глаза, сейчас кажутся темными, смотрят прямо на меня, прожигая насквозь.

— Он уже для тебя Даня? Как ты там нам уроке говорила… “ Я люблю”? — тянет он издевательски, с придыханием, словно передразнивает меня. Но в этих глазах нет ни искры веселья. Только голодный блеск хищника. — Твой Даня сейчас подойдет, — выплевывает слово “твой”.

Буравит меня, не моргая.

— Мы читали по ролям! Не смейся надо мной! — огрызаюсь, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Ну, а за моим столом что ты расселся? — спрашиваю его, нарушая тягостную тишину.

Не отвечая на мой, он задает свой вопрос. — Почему на тебе куртка Даниила?

Я растерянно хлопаю ресницами. Не знаю, что ответить.

— Спроси у “своей” Лизы, — огрызаюсь, специально выделяя слово "своей", словно зеркалю его.

— Я задал вопрос! — рычит он в ответ, и я вздрагиваю от силы его голоса. Точно псих! До чего же он вспыльчивый!

Он наклоняется ко мне через стол, вторгаясь в мое личное пространство. От него исходит волна жара, и я инстинктивно отшатываюсь.

— Твоя Лиза порвала мне блузку, — выпалила я, с вызовом смотрю на него.

— Не щеголять же мне в разорванной блузке?

— Про драку я знаю… Даниил только что все рассказал. С ней я разберусь! — цедит сквозь зубы, сморщив нос.

Внезапно его взгляд меняется. Он поднимает глаза, словно что-то вспомнил, и по его лицу пробегает тень понимания…

— Ты хочешь сказать… Он… видел тебя… — он замолкает, словно боится произнести это вслух. Но я знаю, что он хочет сказать. Я вижу это в его глазах. Он понял.

Щеки вспыхивают, как от пощечины. Гнев и стыд захлестывают меня с головой.

Почему я должна объяснять? Что вообще происходит? Он должен чувствовать вину! Это его девушка, черт возьми! Это она устроила мне травлю, унизила меня! И я, вместо того чтобы дать ей сдачи, стою здесь, оправдываясь перед ее… парнем? Это невыносимо! Слишком!

— Да, он видел! — отчеканила я, глядя ему прямо в глаза. — И знаешь что? Мне плевать! А тебе, Матвей, должно быть стыдно за свою чокнутую девицу! Займись ее воспитанием, а не трать время на меня!

Встаю из-за стола. Хватит. Не хочу больше слушать его.

Глава 20

— Да, он видел! — отчеканила я, глядя ему прямо в глаза. — И знаешь что? Мне плевать! А тебе, Матвей, должно быть стыдно за свою чокнутую девицу! Займись ее воспитанием, а не трать время на меня!

Встаю из-за стола. Хватит. Не хочу больше слушать его.

Он снимает кофту и протягивает ее мне.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я, оторопев.

— Надень.

Я смотрю на него в полном недоумении.

— С ума сошел? Нет, — выдыхаю я.

— Снимай его кофту и надевай мою, — слышится голос Матвея.

— Хәҙер тапочки сисәмдә! Мне пора, — делаю шаг в сторону выхода, но он хватает меня за руку. Резко, больно.

— Куда это ты собралась? — рычит он, приближаясь ко мне вплотную.

— Туда, где нет тебя! — выплевываю я, пытаясь высвободить руку.

Но он не отпускает. Мы стоим так, лицом к лицу, в напряженной тишине.

В этот момент в столовую заходит Даниил. Увидев нас, он хмурится и направляется к нам.

— Матвей, отпусти ее, — произносит Даниил спокойно, но в его голосе слышится скрытая угроза. — Я ведь тебя только что предупреждал, не доставать ее.

Матвей поворачивает голову в сторону Даниила. В его глазах плещется злость.

— Решил поиграть в благородного рыцаря? Спасаешь свою новую игрушку?

Даниил сжимает кулаки, но старается сохранять спокойствие.

— Она не игрушка, не называй ее так! Просто оставь