Приворот, которого не было - Маргарита Александровна Гришаева

А я хмуро смотрела на нее и недоумевала – как, ну вот как глупый дракон мог принять меня за ведьмочку? Вы же только сравните ее сияющий вид и замученный усталый мой? Впрочем…если сравнить нас, не удивительно, что Кайлас решил, что я его приворожила. Я и правда преступно мало времени уделяла своей внешности…

– Тилли? – осторожно позвала меня подруга, медленно подходя ближе. – Что случилось? На тебе лица нет…

– Валери, мне нужно, чтобы ты сделала из меня настоящую ведьму, – решительно заявила ей, чувствуя, как в глазах вновь собираются слезы, но я поспешила стереть их.

– Матильда…я немного не понимаю…

– Мне сказали, что на меня нельзя обратить внимания без приворота, – призналась я в постыдном факте подруге. – Я хочу, чтобы ты любыми средствами сделала из меня такую сногсшибательную красавицу, какой не создавала в своем салоне никогда.

Блондинка, бывшая моей давней подругой, нахмурилась, заслышав мои слова. А после в ее глазах вспыхнул настоящий ведьмовской огонь.

– Вот значит, какой ведьмой ты хочешь стать…Что же милая, это будет куда проще сделать, чем тебе кажется, – с коварной улыбкой девушка приобняла меня за плечи. – У тебя имеются все необходимые данные – нужно лишь навести немного лоска. А еще, – скептическим взглядом окинула она мое простое платье, – новый гардероб.

– Я уже была у госпожи Лерон, – заметила, устраиваясь в кресле, к которому меня проводила подруга.

– Отлично, значит, ты и правда готова пробудить свою внутреннюю ведьму. А я-то думала, как долго ты еще будешь изображать из себя тихую милашку, – усмехнулась Валери, ощупывая мои и так уже заметно растрепавшиеся волосы.

– Я и есть такая, – буркнула в ответ. – Ты же и сама знаешь.

– В том-то и дело, милая, что я хорошо тебя знаю, – рассмеялась девушка. – Пусть тебе не достался дар, зато характер ведьмы никуда не денешь. Просто тебя сложно довести до того состояния, когда он раскрывается в полной мере. Даже удивительно, кто же смог…

– Да есть тут, один, – процедила я, – крайне талантливый ящер.

– Ясно, – подмигнула мне Валери в зеркале. – Не переживай, он еще пожалеет, что посмел усомниться в твоей красоте. Но знай, с короткой стрижкой придется расстаться. Как и с энным количеством золота. Я, конечно, сделаю тебе скидку по дружбе, но некоторые зелья…

– Не говори глупости, я заплачу, – прервала ее речь. – А после…мне заплатит за обиду кое-кто другой, – процедила, сверля взглядом свое несчастное выражение в зеркале.

Волосы растрепаны, глаза красные, бледная, синяки от недосыпа – неужели все это из-за какого-то ящера? Неужели я настолько прониклась огнем в его глазах и нежностью прикосновений, что теперь так страдаю? И что же я буду делать дальше…

Несомненно, чешуйчатый будет страдать. Грызть локти и убиваться, что упустил меня. Вопрос только в том, готова ли я буду простить его и захочу ли этого вообще?

– А теперь закрывай глазки, – нежно проворковала у меня над ухом Валери, – и приготовься к магии…

***

Стоило мне войти, как все разговоры в зале постепенно стихли, а посетители уставились на меня. Немного нервно передернув плечами – еще на улице отметила заинтересованные взгляды мужчин – я уверенно прошла к стойке.

Рози за прилавком, увидев меня, икнула, и в тишине зала особенно громко раздался звон уроненной ею лопаточки для десертов.

– Матильда? – уточнила она неуверенно.

– Как у вас здесь дела? – деловито спросила, пробираясь к ней за прилавок.

Зал постепенно начал оживать, со всех сторон доносились комплименты, на которые я вежливо кивала.

– Все, отлично, – первой очнулась от ступора Марика, – мы прекрасно справляемся. Тилли, ты великолепно выглядишь, – шепнула она, склонившись ближе.

– Да? – уточнила неуверенно, поправляя непривычно тяжелые локоны на плече, слегка отливающие красным.

– Восхитительно, – подтвердила очнувшаяся Рози с другой стороны. – Кое-кто просто челюсть потеряет, – усмехнувшись, скосила она взгляд в сторону.

Вот тут-то я и заметила на прилавке, в стороне от еды, цветочную корзину.

– Это?

– Почти сразу после того, как вы ушли, приходил господин Шеринус, – шепнула мне Марика. – Хмурый такой. Оставил букет и предупредил, что зайдет еще раз ближе к обеду.

– Ясно, – покивала я, разглядывая букет из нежнейших перламутровых роз. Очень редкий оттенок, я знала, что этот сорт считался одним из самых дорогих. Склонившись, глубоко вдохнула тонкий аромат чудесных цветов.

– Букет распотрошить и организовать небольшие на каждый столик, – отвернувшись, решительно заявила я.

У моих помощниц вытянулись лица.

– Это война, девочки, – предупредила их, прежде чем нырнуть во внутренние помещения.

Коробки с платьями обнаружились тут же, почти сразу за занавеской. Подхватив свои покупки, я направилась переодеваться. Правда, перед этим все же решила заглянуть на кухню.

Новенькие справлялись отлично, доводя мои ночные заготовки до идеального состояния. Я уже была уверена, что оставлю их у себя и после праздника в мэрии, позволив себе, наконец, заниматься только экспериментами с рецептами и бумажной работой. Пожалуй, как минимум за одно я была благодарна подлому крылатому – за эту неделю сказки я осознала, как много упустила в жизни, завалив себя работой. А ведь я уже закрыла кредит на здание, да и дело мое было прибыльным. Давно могла позволить себе еще одного повара на кухне, но почему-то предпочитала прятаться там самой. Нет, я люблю свое дело. Но мне нравится именно готовить и пробовать новые рецепты, а не убиваться днями на кухне. Так что теперь я была решительно настроена дать себе жить и наслаждаться этой жизнью.

Когда переодевшись в новое платье, я спустилась в зал, все охнули. В опустившейся на мгновение тишине отчетливо прозвучал громкий звяк – на этот раз Марика упустила ложечку, которую собиралась пристроить на подносе рядом с десертом.

Господин Нартин за ближайшим к прилавку столиком, один из городских старожилов, когда-то работавший стражником, нервно сглотнув, вытащил из кармана платок и промокнул лоб.

– Матильда… – потянула пораженно Рози, – теперь я понимаю, что ты имела в виду под войной.

Ничего на это не ответив, я поспешила в подсобку, чтобы вытащить оттуда нашу рекламную стойку.

Раньше, когда посетителей у меня было куда меньше, мы писали на ней о различных акциях, зазывая к себе народ. Со временем посетителей стало достаточно, и надобность в ней отпала. И вот теперь я собиралась вытащить ее на свет вновь для своего коварного плана.

Вежливо раскланиваясь со знакомыми, вновь завалившими меня комплиментами, я дотащила стойку до ближайшего к выходу столика и устроившись за ним, принялась тщательно выводить надпись. Сконцентрировавшись на каллиграфии, даже не заметила, как к нам вошел еще один