Развлечение для настоящей леди - Ли Джейд

– Кажется, мне пора заняться своей речью. Если вы позволите…

– Конечно, мой милый, – ответил Уилберфорс, тоже вставая. – Да пребудут с вами мои молитвы. Мы можем обсудить то, на что вы должны обратить внимание. – Старик взял Маркуса под руку и повел к двери, не переставая говорить. – Крайне важно, чтобы каждый понял…

Маркус незаметно обернулся, чтобы не демонстрировать неуважение к пожилому члену парламента, но тем не менее не желая упускать из виду Фантину. Только теперь, отступив от расследования, он понял, что наделал. Он может больше никогда ее не увидеть! Ей незачем с ним встречаться.

Как он ее найдет? И сможет ли он помочь своему другу присматривать за дочерью, устроить ее будущее, если у него не будет весомых причин ее искать?

Но было поздно. Уилберфорсу удалось вытянуть его из библиотеки, и дверь за ними закрылась.

Фантина таращилась на закрытую дверь, в голове все перепуталось: чувства, образы, картинки. Она видела стремительного Маркуса, который, несмотря на грязь, пробирался по трущобам вслед за Безымянным. Вспомнила, как он играл пьяного пэра в пабе Балласта, притворяясь, что «окосел», хотя от его проницательного взгляда ничего не укрылось. Вспомнила его стройное, сильное тело, когда он прижимал ее к стене, а губы его так властно завладели ее губами.

И вместе с этими воспоминаниями в голове эхом проносилась одна мысль: «Он бросил ее!»

– Поверить не могу, что он вот так просто ушел.

– Если честно, – вздохнул Пенуорти, – я надеялся, что ты поможешь избавиться ему от собственного страха.

Фантина взглянула на отца.

– Страха? – Она бы никогда не сказала, что Чедвик чего-то боится.

– Я говорил тебе, что Маркус не просто скучающий аристократ. Он был бесценным разведчиком. За годы работы десяток раз пересекал границу Франции.

Фантина от удивления открыла рот.

– Он сражался с Наполеоном?

– Тайно. Не забывай, он старший сын графа. Не может участвовать в настоящих сражениях, как бы ему ни хотелось.

– И чем он занимался?

– Работал тайно. Сначала как курьер, позже как шпион. – Пенуорти улыбнулся дочери. – Совсем как ты. Выполнял необычные поручения, где требовались смекалка, хитрость, острый ум.

Фантина встала с кресла, сказанное ошеломило ее.

– И что произошло?

Отец с печальным выражением лица потянулся за коньяком.

– Он допустил ошибку. Обнаружил план французов по захвату Англии, но план был неполным. Поэтому он послал своего напарника с тем, что уже удалось узнать, а сам отправился за остальным.

– И нашел?

Пенуорти кивнул.

– Я вовремя получил весь план, но его напарника поймали и убили.

Фантина опустила глаза, она не понаслышке знала, что такое боль потери.

– А кто был напарником Чедвика?

– Его брат.

Фантина охнула.

– Он понятия не имел, что Джеффри арестуют. А нам позарез необходим был весь план захвата. Благодаря его действиям сотни людей были спасены, Англия была спасена. Если бы не Маркус, возможно, нас бы уже завоевали французы.

– Но бросить собственного брата… – Она умолкла, кровь ударила в голову. Девушка понимала, что слишком бурно реагирует, но ее переполняли эмоции. Он бросил собственного брата! Воображение тут же нарисовало ей сцены смерти бедного Джеффри, со всеми неизвестными ей, но ужасными подробностями. Казалось, она видела испуганного юношу, которого оставили одного, прямо у себя перед глазами.

Вздор, конечно, и Фантина понимала это. Более того, она знала, что Маркус поступил совершенно разумно. Они с братом были шпионами Его Величества. Один из них погиб. Случается. Только ее трясло от одной мысли при этом.

– Он бросил родного брата.

– Никого он не бросал! – воскликнул Пенуорти.

Она отвернулась. Собрав последние остатки здравомыслия, Фантина, недоумевая, размышляла, почему она так бурно реагирует. В конце концов, она же не осталась без помощи, без сильного, уверенного плеча Маркуса. Это случилось с его братом. И, несмотря на это, она ощущала все настолько остро, как будто он только что бросил ее.

– Фантина, он получил приказ короля.

Она покачала головой.

– Хоть благословение от самого архангела Гавриила. Если бы у меня был брат, я никогда бы не бросила его в разгар войны, пусть даже на карту была поставлена вся Англия.

Пенуорти заерзал в кресле.

– Все было не так. Он полагал, что Джеффри в безопасности.

– Плевать на то, что он думал, – выпалила она в ответ. – Разве не долг мужчины – защищать своих любимых?

Пенуорти смотрел на нее, открыв рот от изумления. Она видела, что он не понимает причин столь бурной реакции. Откровенно говоря, она и сама не очень понимала.

– Мы на войне, – решительно заявил он. – Разумеется, ты должна понимать, что каждый должен быть готов чем-то пожертвовать.

Фантина покачала головой.

– Только не самым дорогим. Только не я. Если бы у меня была семья, я бы, несмотря ни на что, ценой жизни защищала ее. Но у меня же нет никого, так ведь?

Пенуорти замер и впервые за много лет почувствовал, как воздух между ними накалился.

Фантина злилась. Она думала, что смирилась с этим, считала, что приняла свою жизнь такой, какая она ей досталась. Она понимала, что мама не хотела ее бросать. Она просто умерла. Она знала, что отец не отворачивался от нее. Он даже не знал о ее существовании. И если ей захочется покинуть трущобы, достаточно всего лишь сказать Пенуорти – и он все устроит.

Что касается Маркуса, то он всего лишь ее бывший напарник. Ее он не оставил. На самом деле она хотела, чтобы он ушел. Он поступил именно так, как она желала, – передал все полномочия по расследованию ей. И все равно она продолжала злиться и сжимать на коленях кулаки.

– Фантина… – медленно и нерешительно начал Пенуорти.

– Нет… – резко оборвала она отца, догадываясь, о чем он хотел сказать ей. – Мне пора. – Она не желала, чтобы кто-нибудь видел ее в таком состоянии. По крайней мере, пока она не поймет, почему так реагирует.

– Фантина, останься. Позволь мне позаботиться о тебе.

– Не хочу, чтобы меня содержали, а потом бросили! – воскликнула она. В следующее мгновение она прикусила губу, смущенная собственными словами, полными абсурда. Она застонала, чувствуя, как горло перехватило, оттого что она боролось с демонами, которых не совсем понимала.

– Фантина… – Отец решительно шагнул к ней.

– Он должен был остаться с братом, – ответила она, как будто объясняя все. И выбежала из комнаты.

Глава 5

Фантина легко скользила по сверкающему бальному залу лорда Гарриса: одежда служанки делала ее призраком-невидимкой. Она глубоко вдохнула, наслаждаясь прохладой главного зала. Несмотря на то, что в нем находилось огромное количество людей, духоты не было. В дамской комнате царило оживленное столпотворение, и Фантина не сомневалась в том, что по меньшей мере целый месяц от нее будет разить дорогими духами.

Ей повезло получить на этот вечер работу. Еще больше повезло, когда ей приказали убирать в дамской комнате. Боже мой, всего за час она услышала столько сплетен, что могла бы обеспечить себя поводами для шантажа на много лет вперед. И дело, разумеется, не в том, что она намеренно подслушивала, – просто понимала, что никогда не помешает держать ушки на макушке.

Однако, несмотря на все удивительные возможности для подслушивания, Фантина с радостью оттуда ускользнула. Обилие запахов напомнило ей мамину гримерку – от них у нее всегда болела голова. В детстве в гримерке перебывало слишком много тяжело дышащих хлыщей, теперь – слишком много исходящих ядовитой слюной женщин.

Поэтому Фантина тайком сбежала, ей не терпелось понаблюдать за лордом Гаррисом, пока он был занят своими многочисленными гостями.

Ее оттеснили в сторону, прижали к стене. Она не противилась, наоборот, воспользовалась моментом, чтобы оглядеться. Это был типичный бальный зал: богатые титулованные господа толпились, стремясь показать себя. Юные барышни безудержно кокетничали, а джентльмены старались доказать свою мужественность и состоятельность, ставя заоблачные суммы на ерунду. Все было привычно и совсем не весело.