Глаза демона - Морроу Винд

— Ясно, — фыркнула она.

Вскоре на небо взошла полная луна и девушка начала меняться. Превращение в оборотня это всегда больно. Так что технически можно остаться в своем разуме при превращении, нужно только выдержать поток ужасной боли и не поддаться внутреннему зверю. Аконитовое зелье как раз и уменьшает боль и приглушает инстинкты.

— В порядке? — спросил я волчицу. Та кивнула и завиляла хвостом. Говорить она не могла, так что придется найти способ общения. Но я ментальной магией не владею, не та специализация. Хотя. Можно создать ментальный амулет или ошейник лучше, чтобы проецировал слова ее мыслей. А это идея. Так же при превращении я за ней наблюдал, так что присмотрюсь смогу ли я что — то сделать и заменить зелье на мое вмешательство.

Убрав ее одежду в мою сумку, мы побежали вперед.

Ночной лес прекрасен и тих, луна сияет над нами, даруя свою мистическую энергию. Мы бежали в ночи, скользили в ней и охотились. Ее добыча сегодня — это олень, красавец, но думаю, будет вкусно. Она быстро поймала свою добычу и справилась с ней. Есть сырое мясо, она все же смогла, да и я тоже. Ничего сложного, но поджарить его я могу быстро, чем и занялся, пока Лили была занята.

И тут из леса вышел оборотень. Другой оборотень. Довольно сердитый и дикий. О, я его знаю. Римус. Решил — таки выйти погулять. А нет, он не настолько дикий, аконитовое зелье все же пил. Рога и хвост давно были спрятаны, как и глаза. Он перед собой видел только парня и оборотня и очень был этому удивлен.

— Привет, профессор Люпин, — хмыкнул я. — Присоединяйтесь.

Он увидел Лили и еще больше оторопел. И кто сказал, что у волков не может быть разрыва шаблона, у этого волка он был. Сидим мы тут мясо едим, а он в шоке на это смотрит. Но к нам все же присоединился. Ладно, стоит с ним поговорить.

Дальнейшая ночь прошла спокойно, они бегали, гуляли, а я занимался тем, что изучал и сравнивал их структуры. Быть может, найду, как можно все исправить.

Когда луна ушла, и они превратились обратно, Лунатик с шоком смотрел на девочку и никак не мог придти в себя. Так мы и расстались. Он ушел по своим делам, а мы домой.

Эх, скоро в Школу, встретиться не удастся.

Сириус Блэк. Наслаждающейся жизнью пес.

Я сидел в своем кресле и отъедался. Эх, много чего мне не хватало в тюрьме, и я хочу многое наверстать. Но пока могу только поесть. Мордред и Моргнана, как же давно я не ел ничего вкусного. Даже постоянное ворчание Кикимера и матушки с портрета не портят мне настроение. Директор советовал уехать из страны и отдохнуть на море, но надо бы немного восстановиться и Луни дождаться. Да и с Гарри как — то связь поддержать.

Когда я увидел фотографию Питера в газете, пелена отчаяния будто слетала с меня, я воспрял духом и понял, что должен его найти. Должен убить крысу. Защитить крестника!

Побег получился феерическим, но что делать дальше я не знал. Всегда так, у меня есть точка А и точка Б, а вот В я как — то не продумал. Но ничего выкрутился. Раньше точки В, Г, Д, помогали придумывать Сохатый и Луни, но теперь… Я мог рассчитывать только на себя.

Затем был тяжелый год.

Первым делом я хотел увидеть Гарри, моего крестника. Но то, что я увидел, несколько отличалось от воображения. Нет, все было нормально, но что — то в нем было не так. Он был и не был похож на себя в детстве. С Джеймсом я почему — то не мог его сравнить. И это было как — то странно. Выглядел он так же, но ощущался по — другому.

Затем было тяжелое время моих попыток схватить Питера и тайной слежкой за Гарри. Какого же стало мое удивление, когда выяснилось, что Гарри не играет в квиддич, а я купил ему Молнию. Жаль, ну он хотя бы отдал ее факультету, благородно. Потом все же понял, что он больше пошел в мать. Любил учиться, редко нарушал правила и вообще был весьма спокоен для Гриффиндорца.

Иногда, когда я попадался ему на глаза, я замечал его взгляд, он будто знал кто я. По крайней мере, видел меня в облике собаки. А уж в тот день в Визжащей хижине он казалось, все знал с самого начала. У него был такой скучающий взгляд. Это было неприятно.

После всего случившегося они вытащили меня из башни и спасли с гиппогрифом. Так мы и расстались.

Тут в дом просто влетел Лунатик. Он был весь взъерошенный, ошалевший в полушоковом состоянии. Он начал метаться по кухне не замечая меня и что — то себе бубнил.

— Луни, ты в порядке? — обеспокоился я.

— А? — он, наконец, отвлекся. — Нет. Я только что такое видел, что… просто не знаю, что и думать. Директору многое придется нам поведать.

— Рассказывай, с самого начала.

Он уселся на против.

— Угощайся.

— Нет, я сыт, — ответил он. — Все было так. Наступило полнолуние, и я, выпив последнее аконитовое зелье, пошел гулять по лесу. Так я никому вреда бы не причинил и смог бы отдохнуть, — он тяжело вздохнул. Мне всегда было жаль друга за его постоянную борьбу. — И тут, угадай кого я встретил? — он посмотрел на меня. — Гарри!

— Что? — офигел я от такой новости.

— Именно Гарри. Он гулял в лесу. И не поверишь с кем. С оборотнем.

— Погоди! Ты хочешь сказать, что Гарри гулял по лесу с оборотнем?

— Именно. Молодой, совсем юный оборотень.

— И что они делали?

— Оленя ели, причем пока она ела, он жарил себе мясо.

— Они ели оленя? — ужаснулся я. — Сохатый…

— Им было пофиг. И меня еще пригласили. Гарри легко меня узнал и не испугался. А вот я…

— Ты?..

— Черт возьми, пока я не понял, что это Гарри я думал передо мной монстр какой — то. Все мои чувства говорили только одно «БЕГИ ОТ НЕГО!».

— Ты испугался Гарри? — мое офигивание все возрастало. Луни никого не боится, это я знал всегда, а тут такое.

— И не в первый раз, — признался мой друг. — Еще в Школе я наблюдал за ним, и все мои инстинкты советовали мне держаться от него подальше. Я действительно боялся его. Было в нем что — то пугающее.

— М-да… — я прямо не знал, что и думать. — А какой он в Школе?

— Тихий. Будто не заинтересован в окружении. Ему интересны только чары. Да и других странностей хватало. Боггарты его боялись, некоторые простые заклинания ему не давались, а сложные были даже лучше, чем обычно. Взять хотя бы Патронус. Он им так и не овладел.

— Но меня же он спас с помощью него, — возразил я.

— Он создал артефакт, куда запечатал энергию Патронуса и использовал его там. Гарри гениальный артефактор, мы все вчетвером и рядом с ним не стояли.

— Ого, — это все что я мог сказать.

— Но это еще что, — продолжил Римус. — Ты не поверишь в главное. Та оборотень, когда она превратилась в человека, я подумал что у меня галлюцинация… — он тяжело дышал. — Это была Лили.

— ПФФ! — я выплюнул чай.

— Именно она. Девочка четырнадцати лет была точно копией Лили. И что самое невероятное звали ее тоже Лили Эванс!

— Ох, ё….

— Вот — вот! Я тоже был в шоке, когда узнал.

— И что теперь?

— Не знаю, они быстро умотали и ничего не сказали. Думаю, нам нужно поговорить с директором.

— Согласен. Сейчас же и поговорим…

Глава 10. В Школу

Демоны большие любители шуток и розыгрышей, но только черных.

«Народно — фентезийная мудрость»

Гаррет Мехель. Предвкушающий демон.

Наша гоп компания сидела в купе Хогвартс экспресса. Лили нервничала и явно боялась предстоящего. Близнецы, оба в женской одежде, с нетерпением ждали, когда же мы приедем. А я спокойно читал журнал «Чары сегодня». Довольно интересное чтиво, всегда нужно повышать градус образования. Но читать было сложно, это вам не типографский выпуск, страницы неудобные и многовато картинок.

Ну да ладно. Последние дни каникул мы провели вполне сносно, я отбивал Лили от приставаний озабоченных Кубов, игнорировал письма Уизли с приглашением погостить и вполне неплохо проводил время. Больше гулял и общался. Интересное выдалось лето. Обычно я все время работал или учился, а тут пришлось больше гулять. Забавно это. Лили действительно стала для меня настоящей сестрой. Веселой, доброй и интересной. Надеюсь получится ей помочь или, по крайней мере, ее параллельности.

Дверь открылась и в нее вошла Луна.

— Почтение мое, великие господа, — сказала она слегка отрешенным голосом.

— Няша! — крикнули близнецы и накинулись на нее. Луна ничего не успела сделать, как ее уже тискали. Лили смотрела на них и диву давалась их энергичности. Теперь видит в честь кого ее назвали вторым именем. Сама Луна резко растеряла свой «Полоумный» вид и пыталась вырваться из объятий. А уж когда обнимашки начали сопровождаться поцелуями шеи и облизывании щек девушки, та поняла что от ее расторопности зависит ее жизнь или невинность.

— Успокойтесь, — сказал я, близнецы тут же прекратили безобразие, но Луну не отпустили. — Извини их, Луна, они больные на голову извращенцы.