Последний тоннель - Александр Неверов

Станция "Бибирево" оказалась обычной станцией с двумя рядами круглых колонн вдоль платформ. Интересно, что она была ярко освещена, но свет, как еще из тоннеля заметил Веник, был с сильным синеватым оттенком.

Выбравшись на перрон, их провожатый подошел ко второй колонне, к которой, на уровне груди, были грубо приделаны два небольших металлических ящика с дверцами. Один ящик стоял открытым и являл убогие внутренности электрического щитка. Торчали провода и виднелись сломанные переключатели. Второй же ящик оказался закрытым. Открыв дверку, Филипыч явил им еще одни непонятные и пыльные внутренности.

- Вот тут кнопка, - сказал он. - Вот, сверху и справа.

Он ткнул внутрь пальцем.

- Алло! - сказал он.

В ответ молчание.

- Федя! - крикнул очкастый громче.

- Я! - раздался чей-то голос.

- Ты чего молчишь?

- А?

- Хрен на! Проверка связи! Как слышно?

- Нормально.

- Все! Отбой!

Филипыч убрал палец и закрыл дверку.

- Дурачье, - пробормотал он и повернулся к парням.

- Вот как-то так. Как вернетесь, меня вызовите, а я вас встречу. Только прошу вас - не сильно задерживайтесь.

- Ну ясно, мы не долго, - сказал Фил. - Часа через три будем.

- Ну смотрите. Не копайтесь там, сами знаете, что там сегодня начнется.

Эти слова провожатого прозвучали зловеще.

Тот уже махнул рукой и повернулся, чтобы уходить, как вдруг замер.

- Тихо! Слышите!

Веник тут же услышал всхлипывание и тихие, шаркающие шаги.

Борода и Шуруп тут же достали автоматы. Фил тоже вытащил пистолет и даже очкастый сунул руку за пазуху.

Веник тоже сунул руку во внутренний карман, нащупал холодную сталь пистолета, но подумал, если он его вытащит, то это будет выглядеть глупо.

Из-за колонн противоположной платформы показался небольшой человечек. Он рыдая, направился прямо к ним.

По виду, это был пожилой, низкорослый мужичок с большой головой и маленькими глазками. Он семенил ножками и плакал, словно обиженный ребенок.

Он подбежал к ним и резко остановился.

- Я младший сотрудник! - выпалил он, словно это должно было что-то сказать присутствующим. - Я иду домой!

Веник посмотрел на Филипыча, который смотрел на этого "младшего сотрудника" без всякого удовольствия.

- Да, я иду домой! - твердо повторил тот и вдруг сорвался в рыдания. - Они убили их. Убили всех! Сволочи!..

- Где убили? - спросил Борода.

- Там! На Кольце!!!

Он залился слезами и соплями.

- А что у вас есть? - поинтересовался Филипыч.

- Карточка! - быстро воскликнул большеголовый.

Он начал шарить по своим карманам и через минуту сказал:

- Карточки нет. Я её, кажется, потерял.

Он слова начал всхлипывать.

Филипыч вздохнул.

- А номер свой помните?

От этого вопроса большеголовый вдруг взорвался негодованием.

- Конечно помню! Что же, я, совсем что ли!!! - он возмущения он даже плакать перестал.

- Ладно, идем, - сказал очкастый, как тут подал голос Шуруп:

- Смотрите!

Все обернулись и увидели, что в конце их платформы, появился человек. Он быстрым шагом направлялся к ним, делая успокаивающие жесты руками.

Когда он подошел поближе, Веник рассмотрел, что это молодой парень в весьма чистой, но грубой, типичной для Метро, одежде.

- Хей! - почему-то радостно приветствовал он их. - Вы оттуда?

- Мы-то оттуда, - неприязненно отвечал Филипыч. - И откуда вы беретесь, такие веселые?

- Оттуда же откуда и все, - парень радостно хохотнул. - Так что, вы отсюда туда? Ну, я так и понял. Я тогда с вами пойду, чего мне на запретке руками махать?

- Что, карточки нет?

- Нет, - снова чему-то засмеялся парень. - А что, по номеру уже и пройти нельзя?

Филипыч, вздохнул и только кивнул ему головой, мол, пойдем.

- Ладно, и мы тоже пойдем, - сказал Фил и их отряд двинулся в путь.

По пути по платформе, Веник с удивлением заметил на полу надписи, сделанные темно-красной красной.

"Пути нет", "Там смерть", "Дальше только смерть", - гласили они. Не менее удивляясь, парень заметил валяющиеся посредине зала кости и несколько черепов. Но тут же он вспомнил, что про кости и надписи упоминал Филипыч.

"- Видимо, это все сделано, чтобы отпугнуть от станции обычных жителей Метро" - понял парень.

- Ну что, видали! - тихо говорил Шуруп, когда они снова шагали по тоннелю. - У них тут огромная организация и свой жаргон! Я помню, несколько раз слышал, как говорили люди между собой "ты откуда? Оттуда или отсюда?". Я тогда думал, что это идиоты дурачатся, а это были люди с поверхности! А вообще, хорошо бы было схватить этих типов и хорошенько их допросить с пристрастием. Я уверен, мы узнали бы много интересного.

- Да кому это надо? - откликнулся Борода. - Сейчас, когда все к концу движется, грош цена этим данным.

- Ну не скажи, - не уступал Шуруп. - Вот этот "младший сотрудник". Кто он такой? Явно не простой. Да и этот весельчак. Уверен, он тоже может рассказать немало интересного. Они ведь не просто так по тоннелям шастали. Наверняка, чем-то занимались. Но вот чем?

Веник подумал, что и правда. В Метро встречаются подобные типы. Путешествуют между станциями, выглядят хорошо, сытые. А кто такие - неизвестно.

Вскоре они достигли станции "Отрадное", которая оказалось очень похожей на "Алтуфьево". Разве что света здесь совсем не было. Абсолютно пустая и темная платформа стояла под большим сводом, в котором почти также, как и на "Алтуфьево" были проделаны большие круглые ниши в два ряда.

Не теряя времени отряд пересек ее и снова вошел в тоннель.

Станция "Владыкино" также не преподнесла сюрпризов. Она оказалась такого же типа, как и встреченное ранее "Бибирево" - темный зал с двумя рядами нешироких, но уже квадратных колонн.

Отойдя немного от станции, сделали привал.

Заяц сел на запасной рельс, вытянув ноги. Фил и Шуруп тоже присели, задумавшись.

Веник тоже было уселся рядом, но затем решил сходить по малой нужде. Он поднялся и отошел по тоннелю немного назад. За ним увязался Борода.

- Слушай, - спросил его парень, когда они возвращались назад. - А чего вам Мартын говорил? Рассказал он, кого ему надо?

- Ага, - кивнул толстяк. - Я так понял, какой-то парень ему нужен. Зовут его - доктор Саша. И живет он не на "Арбатской", а на "Смоленской". Надо придти к нему и сказать, "я от дяди Брауна". А потом надо сказать ему "Где-то сейчас идет дождь". А он ответит "Там бывает и туман". Прикинь, как придумали? - Борода ухмыльнулся.

- И что? - спросил Веник.

- И все! Он поймет, что ты тот, кто ему нужен. Вот и вся наука. Как этот болван выглядит, Мартын не описал. Говорит - все его там знают, он доктор. Он там уважением большим пользуется и авторитетом.

Они уселись возле товарищей.

- Это понятно, - откликнулся, слышавший их разговор Заяц. - Доктора везде в почете.

- А еще он что говорил интересного говорил? - спрашивал Веник.

- Да так, фигню разную. Про мелюзгу... Фил, как там его зовут?

- Кого?

- Мелюзгу?

Мастеровой вздохнул.

- Профессор Мелюзгевич! Если тут встретим кого и будут проблемы, то велено ссылаться на какого-то профессора Мелюзгевича. Так что Веня и ты, Заяц, запомните. Мало ли что, но если будут заморочки с местными кукловодами, то можно попытаться отбрехаться, сославшись на этого профессора и на Институт.

- Он говорил, что вместо "Институт" нужно говорить "Филиал", - поправил мастерового Шуруп.

- Верно, - кивнул Фил. - Кстати...

Он повернулся к альянсовцу:

- Так ты расскажешь, как мы пойдем-то?

- Конечно. Смотрите.

Тот развернул карту и все, кроме Веника, склонились над ней. Веник же, чтобы не отделаться от коллектива просто встал рядом, хотя ему было как-то все равно.

"- Мне-то что? - думал он. - Пусть командиры думают."

Шуруп же, водя пальцем по схеме, говорил:

- Хоть мы и далековато от своих, считай, на другом конце Метро, но все-таки ничего архисложного тут нет. Сейчас идем по этой линии до "Цветного бульвара". Я слышал, это жилая станция. Узнаем, что там и как. Заманчиво перейти оттуда на "Трубную". Она на линии, которая ведет прямиком на "Римскую"! Однако, путь туда лежит через "Курскую", где у нас были стычки с Диаметром. Поэтому, думаю, соваться туда не стоит! Лучше всего, идти вот по этой, нашей линии, дальше, на "Чеховскую". Она хоть и формально под Диаметром, но это крупный узел. Оттуда сразу три пути через Красную линию проходят. Если мы свободно зайдем на "Чеховскую", то считай, также, без труда перейдем через Красную линию, а это, считай, полпути сделано.

- Остальное решим, когда по ту сторону Красной линии окажемся, - завершил свои объяснения он.

Вопросов никто задавать не стал и они снова двинулись в путь. Тоннель явно шел под уклон и идти было не сильно трудно. Следующая станция, "Петровско-Разумовская", показалась Венику отдаленно похожей на "Римскую". Тоже два ряда мощных коротких колонн.