Ожившие легенды - Леонид Горянов

1913 год. К нам в страну приезжает национальная команда Норвегии. 14 сентября она встречается со сборной России. Вот короткий отчет об этом состязании: «Сразу игра начинается жаркая, – сообщает корреспондент, – изобилующая многими интересными моментами. Сперва нападает Россия и частенько обстреливает норвежские ворота. Однако голкипер Амодт на высоте своего призвания и хорошо берет не только «шуты» издалека, но работает удачно и в толкучке. В середине первой половины интересный момент: Денисов хорошим пасом посылает мяч в центр. Житарев с ходу бьет его в пяти шагах от гола полувоздушным ударом. Однако Амодт отбивает этот, казалось бы, неминуемый гол.

На тридцать второй минуте правый инсайд норвежцев прекрасным ударом забивает издалека сбоку мяч в ворота России. Однако русским удается сквитаться, воспользовавшись штрафным ударом с защитой из-за «стенки». Бьет удар Сысоев, и мяч, задевая бека Бёркхольма, проходит в ворота иностранных гостей…»

Уже много лет спустя, после Великой Отечественной войны, один из участников этого поединка – знаменитый Житарев – рассказывал:

– В том состязании Валентин Сысоев, как и вообще всегда, был неутомим. Помню, во время перерыва мы, форварды, разводили руками, сетовали, что у норвежцев «непробиваемый» голкипер. Говорили: «Такому не забьешь». А Валя нас всех уверял: «Нет, забьем. Обязательно!». И сам же это доказал. Его удар был исключительным по силе. Такие не берутся…

Высокое мастерство, неизменная агрессивность, всегда сочетавшиеся с большой культурой игры, сделали этого футболиста одним из популярнейших в стране. Единодушно был он – тогда военнослужащий – назначен в олимпийскую сборную России, отправлявшуюся в Стокгольм. Но генерал, командир дивизии, на рапорте, в котором излагалась просьба об отпуске Сысоеву, написал резолюцию в аракчеевском стиле: «Пусть играют те, кому делать нечего. А у солдата – служба». Этот же службист помешал Сысоеву участвовать в поездке в Швецию и Норвегию летом 1914 года. Но у себя на родине Сысоев, как правило, выходил защищать цвета сборных Москвы и России.

Очень хочется мне рассказать читателям и вот какую историю. В 1913 году журнал «К спорту» решил провести среди своих читателей, специалистов футбола, руководителей клубов анкету, в которой просил каждого назвать свой состав «символической» сборной древней русской столицы (как видим, такое изобретение спортивной журналистики, как анкета, уже отпраздновало свое пятидесятилетие). Результаты этого своеобразного референдума были изучены и опубликованы. Выяснилось, что среди «избранных» Валентин Сысоев стоял на втором месте по числу голосов. В сообщении об этом говорилось: «Гроза голкиперов Сысоев со своей головой украсит истинно сильнейшую команду Москвы».

По-видимому, тут следует объяснить выражение «со своей головой». Оно имело двойной смысл. Во-первых, по тем временам – и об этом неоднократно свидетельствовали современники – он считался непревзойденным тактиком. Конечно, не случайной была высокая, прямо-таки феноменальная, его результативность: он умел, как мы Сейчас говорим, умело «открываться», выбирать место, интересно и всегда выгодно «предлагал себя» партнерам. В то же время и его передачи оказывались очень острыми, продуманными, он часто бывал фактически соавтором забитого гола. Ну, а во-вторых, в его техническом арсенале игра головой – в прямом смысле – занимала достойное место и именно ударом головой во время борьбы на штрафной площадке он часто решал исход схватки в пользу своей команды.

В 1914 году Валентин Сысоев, которому тогда исполнилось 27 лет, ушел на фронт и уже навсегда распрощался с футболом как игрок. Как сейчас, помнит он жаркий июльский день, когда в составе своей команды – ЗКС – выбежал на поле против «Униона». Это был очередной матч на первенство Москвы, и, честно говоря, Валентин не думал, что для него эта игра станет «лебединой песней». Сражался, как всегда, – с увлечением, нескрываемым задором, завидной спортивной злостью. Уже в самом начале состязания он с дистанции 25 метров послал такой мяч в сетку чужих ворот, который потом обозреватель назвал «голом, вызывающим восхищение и настоящую эстетическую радость». А когда прозвучал финальный свисток, друзья по команде горячо поздравили Сысоева с очередным успехом: счет был 6:2 в их пользу, и из шести голов пять пришлись на долю Сысоева. «Он, бесспорно, выдающийся форвард», – говорится о нашем герое в том же отчете. Да, он был действительно выдающимся мастером атаки своего времени, и пусть останется таким в памяти не только своих современников, но и всех потомков – всех, кто любил, любит и будет любить футбол.

Итак, июльский матч против «Униона» оказался для Сысоева последним в жизни – началась война, а потом уже сказались годы. Но фамилия Сысоевых продолжала горделиво звучать на зеленых полях. Старшего брата заменил в «боевом» строю младший – Сергей. Он, правда, поменял амплуа, стал защитником, но в мастерстве в какой-то мере поддержал славу брата. До 1928 года он неизменно входил в сборную Москвы и много раз принимал участие в междугородных и международных матчах.

«У наших друзей из сборной Москвы, – писал после очередного матча между футболистами двух столиц Михаил Бутусов, – я очень хочу выделить защитника Сергея Сысоева, быстрый, энергичный, отчаянно смелый, он разрушал многие комбинации, начатые нами. При этом мы все с особой благодарностью отмечаем, что, не давая спуску чужим форвардам, он никогда не переходит рубежей корректности, спортивной честности»…

Интересно отметить, что, долгие годы по праву считаясь одним из самых лучших защитников Москвы, Сергей в своем клубе ЗКС на протяжении многих лет выступал за вторую команду, так как в первой действовала годами наигранная, прекрасно слаженная оборонительная пара: Рущинский (задний бек) и Петр Попов.

В этих условиях вовсю раскрылись удивительные моральные качества Сергея Сысоева. Некоторые деятели из других команд, мечтавшие приобрести такого выдающегося, надежного мастера, играли на этом обстоятельстве, пытались вызвать у Сергея Васильевича обиду.

– Для меня честь моего клуба, имя моего клуба дороже всего, – отвечал он неизменно. – А где поставят играть, не все ли равно.

Так и выступал неизменно в одной и той же, второй, клубной команде, на одном и том же месте. И тем примечательнее, тем значительнее тот факт, что именно во второй команде заметили его большое индивидуальное мастерство и на десятилетие ввели в сборную столицы.

Спортсмены старшего поколения – те, кому довелось узнать Сергея Сысоева лично, неизменно вспоминают не только его игровую стремительность, не только очень высокую технику, но и такие замечательные качества, как уважительность к людям, высокая культура, большой энтузиазм.

Еще продолжая выступать на зеленых полях как игрок ЗКС и сборной, Сергей Васильевич начал вести большую педагогическую работу. Его, например, можно сегодня по праву назвать одним из отцов советского баскетбола. В начале двадцатых годов в Москве об этой игре знали очень мало. Сергей Васильевич сделал сам и совместно с товарищами несколько переводов книг по методике тренировки и правилам игры. Ему принадлежит и множество других печатных трудов, в том числе работы по теории и практике футбола.

Недавно я разговорился с профессором Владимиром Михайловичем Дьячковым, нашим знаменитым «высотником», заслуженным мастером спорта, заслуженным тренером страны. Как всегда бывает при встречах, мы начали делиться творческими планами – тем, чем жили в момент свидания. Я сказал, что заканчиваю книгу о футбольных фамилиях, назвал среди своих будущих героев и Сысоевых.

– Сергея Васильевича я знал отлично, – воскликнул воспитатель Брумеля. – Он был одним из моих первых педагогов в институте физкультуры. Добрая память сохранилась о нем.

Добрая память! Имя Сергея Сысоева помнят сотни, а может быть, и тысячи нынешних тренеров, преподавателей, руководителей, боевых организаторов советского физкультурного движения, которым он передал свою горячую любовь к спорту и дал путевку в жизнь, указал правильный путь, по которому надо идти.

В начале тридцатых годов, когда вся страна была объята пафосом созидания, когда к напряженной творческой жизни потянулись самые отдаленные уголки нашей страны, Сергей Васильевич сам, по собственной инициативе, по велению сердца, оставил родную Москву и поехал в Таджикистан.

– В столице и без меня специалистов много, – говорил он провожающим на вокзале, – а там – целина. Хочу работать там, где мои знания нужнее всего.

Приехав на место, он с азартом молодого человека (хотя ему уже перевалило за сорок) принялся за дело, организовал первую в республике детскую футбольную школу, строил большие планы… Но тяжелая, продолжительная болезнь преждевременно вырвала его из жизни. 12 мая 1932 года Сергея не стало.