Возжелать невозможного - Маргарита Полякова

Как ни странно, «облюбованный» гоблином маг жил не так уж далеко за городом. Форс с Лавром даже ни в одну заварушку умудрились не попасть. Хотя гоблин, явно бахвалясь, пару раз (слыша особо подозрительный шорох) вытащил из ножен меч. Лавр меч оценил. Смертельно-прекрасное произведение искусства гномьих мастеров-оружейников было хищным, мощным и светилось в темноте. И где, интересно, гоблин его откопал?

— Небельс один потерял… неосторожно… — ответил Форс на невысказанный вопрос.

— Нда? — ехидно улыбнулся Лавр. — Какой он рассеянный… был.

— Конечно, мой клинок не чета твоему, но тоже неплох.

Эльф невольно хмыкнул. И чего Форса так перемкнуло? С тех самых пор, как гоблин впервые увидел в бою меч эльфа и узнал о его свойствах (в том числе, о заклятье на верность), он просто потерял покой. И периодически делал эльфу предложения по обмену и покупке клинка. Лавр, разумеется, все время отвечал отказом, но Форс не сдавался.

— Ну, вот мы и пришли, — вздохнул гоблин, подходя к какому-то весьма скромному жилищу и разочарованно вкладывая меч в ножны. — Прошу.

Лавр оглядел небольшой каменный домик, не почувствовал ничего необычного, переступил порог и… замер. Потому что то, что он увидел, не укладывалось ни в какие рамки. Маг, к которому привел его гоблин, был полозом.

— Приветствую вас, — зашипел он. — Вижу, Форс, тебя опять наказали?

— Не, не меня. Моего друга. Его зовут Лавр.

— Хант, — вежливо кивнул головой полоз. — Ну, что ж, проходи. Эльфов среди моих подопечных еще не было. Это должно быть интересно.

— Всем до свидания, — тут же насмешливо попрощался гоблин и, подмигнув Лавру, буквально испарился.

— Присаживайся, — предложил Хант, не обращая на выходку Форса никакого внимания. — В своем доме я специально держу мебель, удобную большинству бельсов.

— А можно спросить, что меня ожидает? Форс ничего объяснить не удосужился, — осторожно поинтересовался Лавр.

— Я изучаю искусство боя бельсов, — пояснил Хант. — И сопоставляю боевые возможности разных рас. Мне хотелось бы создать идеального воина. Такого, которого никто не смог бы победить. Меня интересуют сами движения, быстрота реакции, приемы владения оружием. Если ты поделишься со мной своими знаниями и умениями — получишь то же в ответ. Возможно, приобретенные навыки смогут спасти тебе жизнь. Может быть — не один раз.

— Я весь во внимании.

— Нет, покачал головой полоз. — Сегодня слушаю я. Говоришь ты.

— О чем? — удивился Лавр.

— Ты должен рассказать мне о себе как можно больше. С рождения до сегодняшнего дня. Не исключая ни одной дороги, пьянки, драки или самки. Чем полнее и искреннее будет твой рассказ, тем точнее мне удастся настроить на тебя свою магию. Вот это сделает твою память острее, — Хант щелкнул кончиком хвоста, и огромный серебряный кубок, наполненный до краев какой-то синеватой жидкостью, осторожно подлетел к Лавру. Эльф вздохнул, но отступать уже было некуда. Он пригубил напиток и, распробовав, выпил его залпом.

— Неплохо! — оценил Лавр. — Не в каждом трактире такое есть.

— Я, почему-то, так и думал, что тебе понравится, — ехидно заметил Хант. — Закрой глаза, сосредоточься и постарайся вспомнить как можно больше.

Лавр сделал глубокий вздох, уселся поудобнее, сосредоточился и начал исповедь. Напиток Ханта действовал на память самым наилучшим образом. События выстраивались в голове в логической последовательности, и не грозили ни перепутаться, ни забыться. Разговор был долгим. Маг действительно задался целью узнать о эльфе как можно больше.

— Хорошо, — удовлетворенно прошипел Хант, когда Лавр, наконец, выдохся. — У меня есть спальня специально для гостей-бельсов. На сегодня все. Отдыхай. Завтра с утра я хочу приступить к изучению твоей манеры боя.

Две недели в гостях у Ханта пролетели быстро. Полоз, одержимый идеей создать супервоина, гонял Лавра до потери пульса. Эльф уставал, ругался, поминал Форса недобрым словом, но Ханта не покидал. Тот испытывал Лавра всеми возможными способами, заставляя его не только махать мечом и стрелять из арбалета, но и играть на лютне. Однако своими секретами делился не только эльф. Владевший магией полоз сдержал свое слово — он учил Лавра всем боевым приемам, которые уже успел собрать в своей коллекции. И это было весьма познавательно. Но когда срок наказания истек, Лавр не мог не порадоваться. Он распрощался с Хантом, вернулся домой и… налетел на Террела. Надо ли говорить, что разъяренный непослушанием Лавра, маг устроил ему первостатейный разнос? Эльфу досталось и за преследование мага-небельса, и за встречу с драконом, и за самовольный вояж к Ханту… Словом, когда Лавр вернулся домой, настроение у него было, мягко говоря, отвратительным. Не улучшил его и тот факт, что в квартире эльфа царил несусветный бардак. Тем более что подобное положение вещей для Лавра отнюдь не было характерным. Однако, после того, как ему устроил выволочку Ролум, все, на что хватило эльфа — это переодеться и пойти в кабак. Разумеется, в том дурном расположении духа, в котором он находился, Лавр меньше всего заботился о порядке. Ну а затем… после кабака сразу был Хант, и вот итог — дома его встречали раскиданные по всей комнате вещи.

Лавр вздохнул и, сделав над собой усилие, начал наводить в квартире хотя бы элементарный порядок. Однако сей благородный и весьма нужный процесс закончился так и не начавшись. И причиной этого послужила куртка. Точнее то, что в ней находилось. Оно выпало из кармана, стукнулось об пол и (по закону подлости) тут же закатилось под кровать. Лавр озадаченно дернул бровью, но так и не вспомнил, что бы это могло быть. Пришлось лезть под кровать и выуживать непонятный предмет. Тяжелая, толстая золотая цепь и подвешенный к ней золотой круг с украшением в центре в виде красного камня… а! Ну так это же хорошо знакомый эльфу артефакт в виде медальона. Лавр еще хотел сей предмет Террелу отдать, потому как маг лучше знает, что с ним делать. Однако после полученной взбучки это желание как-то само собой испарилось. Насколько Лавр знал Террела, к нему ближайшие дня три вообще лучше было не приближаться. Ну и небельс с ним! Раз с этим артефактом ничего не случилось за те две недели, пока эльф у Ханта был, значит, он и третью спокойно переживет. И, приняв такое решение, Лавр повесил камень на руку статуи. Теперь уж он про этот артефакт точно не забудет! Но стоило только эльфу повернуться к статуе спиной, (у него еще сохранялось благое намерение навести в комнате порядок), как раздался громкий хлопок, треск и стук. Лавр моментально обернулся и замер. На полу в его комнате, в том самом месте, где еще буквально несколько секунд назад стояло гениальное творение неизвестного скульптора-небельса, лежала девушка, щедро усыпанная мелкой каменной крошкой. Эльф стряхнул с себя оцепенение, подошел ближе, наклонился и тронул ее за плечо. Девушка была без сознания.