История религии : конспект лекций - Даниил Аникин

Поскольку все удовольствия преходящи, а ложное желание возникает от неведения, то конец страданиям приходит тогда, когда достигается знание, причем неведение и ложное желание суть разные стороны одного и того же явления. Неведение – теоретическая сторона, она воплощается на практике в виде возникновения ложных желаний, которые не могут быть полностью удовлетворены, а соответственно, не могут доставить человеку истинного наслаждения. Однако Будда не стремится обосновать необходимость получения истинного знания в противовес тем иллюзиям, которыми обычно тешит себя человек. Неведение – необходимое условие обычной жизни: в мире нет ничего, кчему стоило бы по-настоящему стремиться, поэтому любое желание по большому счету является ложным. В мире сансары, в мире постоянных перерождений и изменчивости, нет ничего постоянного: ни вещей, ни «Я» человека, потому что телесные ощущения, восприятие и осознание внешнего по отношению к единичному человеку мира – все это является только видимостью, иллюзией. То, что мы считаем «Я», – лишь последовательность пустых видимостей, которые кажутся нам отдельными вещами. Вычленяя в общем потоке мироздания отдельные стадии существования этого потока, рассматривая мир как совокупность предметов, а не процессов, люди создают глобальную и всеобъемлющую иллюзию, которую и называют миром.

Устранение причины страданий буддизм видит в искоренении человеческих желаний и соответственно в прекращении перерождений и впадении в состояние нирваны. Для человека нирвана – это освобождение от кармы, когда вся печаль прекращается, а личность, в привычном для нас смысле этого слова, распадается, чтобы освободить место осознанию своей неразрывной причастности к миру. Само слово «нирвана» в переводе с санскрита означает «затухание» и «остывание»: затухание напоминает полное уничтожение, а остывание символизирует уничтожение неполное, сопровождающееся не физической смертью, а лишь умиранием страстей и желаний. По выражению, которое приписывается самому Будде, «освобожденный ум подобен затухающему пламени», т. е. Шакьямуни сравнивает нирвану с угасающим пламенем, которое не могут больше поддерживать солома или дрова.

Согласно каноническому буддизму нирвана не является состоянием блаженства, поскольку такое ощущение было бы лишь продолжением желания жить. Будда имеет в виду затухание ложного желания, а не всего существования; разрушение пламени вожделения и невежества. Поэтому он различает два вида нирваны: 1) упадхишеша (угасание человеческой страсти); 2) анупадхишеша (угасание вместе со страстью и жизни). Первый вид нирваны совершеннее второго, поскольку сопровождается лишь уничтожением желания, а не лишением человека жизни. Человек может достигнуть нирваны и продолжить жить дальше, а может добиться просветления лишь в тот самый миг, когда его душа отделяется от тела.

Решая вопрос о том, какой же путь предпочтительнее, Будда пришел к выводу, что истинный путь не может быть пройден тем, кто потерял силу. Есть две крайности, которым тот, кто решился на освобождение от стягивающих уз сансары, не должен следовать: с одной стороны, привычная приверженность страстям и удовольствиям, получаемым от чувственно постигаемых вещей, и, с другой стороны, привычная приверженность к самоумерщвлению, которое болезненно, неблагодарно и бесполезно. Есть средний путь, открывающий глаза и наделяющий разумом, ведущий к миру и прозрению, высшей мудрости и нирване. Этот путь в буддизме именуется благородным восьмеричным путем, потому что включает в себя обязательные для прохождения восемь ступеней совершенствования.

1. Правильные воззрения стоят на первой ступени, поскольку то, что мы делаем, отражает то, что мы думаем. Неправильные действия происходят от неправильных взглядов, следовательно, оптимальным способом предотвращения неправедных поступков выступает правильное знание и контроль за его наблюдением.

2. Правильное стремление есть результат правильного видения. Это стремление к отречению, надежда на жизнь в любви со всеми вещами и существами, которые пребывают в этом мире, стремление к подлинной человечности.

3. Правильная речь. Даже правильные стремления, особенно для того, чтобы они привели к надлежащим результатам, необходимо выразить, т. е. они должны найти отражение в правильной речи. Необходимо воздерживаться от лжи, злословия, грубых выражений, легкомысленного разговора.

4. Правильные действия заключаются не в жертвоприношениях или поклонениях богам, а в отказе от насилия, активном самопожертвовании и готовности отдать свою жизнь ради блага других людей. В буддизме существует положение, согласно которому человек, обеспечивший себе бессмертие, может помочь достижению просветления другим человеком, передав ему часть своих заслуг.

5. Правильная жизнь. Правильные действия ведут к нравственной жизни, свободной от обмана, лжи, мошенничества и интриг. Если до сих пор речь шла о внешнем поведении спасающегося человека, то здесь внимание обращается на внутреннее очищение. Цель всех стараний состоит в устранении причины печали, для чего необходимо субъективное очищение.

6. Правильное усилие состоит в осуществлении власти над страстями, которая должна помешать осуществлению дурных качеств и способствовать усилению хороших качеств с помощью отрешенности и сосредоточенности ума. Для сосредоточения необходимо остановиться на какой-либо хорошей мысли, оценить опасность превращения дурной мысли в действительность, отвлечь внимание от дурной мысли, уничтожить причину ее возникновения, отвлечь ум от дурного с помощью телесного напряжения.

7. Правильное мышление нельзя отделить от правильного усилия. Чтобы избежать умственного непостоянства, мы должны подчинить себе наш ум вместе с его метаниями, отвлечениями и рассеянностью.

8. Правильное спокойствие – последняя стадия благородного восьмеричного пути, результатом которой становится отказ от эмоций и достижение созерцательного состояния.

4.3. Распространение буддизма. Махаяна и Хинаяна

Религиозная доктрина буддизма оказалась востребована индийским обществом, поэтому к числу его приверженцев достаточно быстро стали присоединяться не только нищенствующие монахи, но и представители знати. Уже в IVb. до н. э. был собран собор в Раджагрихе, на котором, по преданиям, был согласован списокутверждений, приписываемых самому Будде, а также произведена первая попытка составления религиозного канона, поскольку существовало множество разночтений в понимании даже основных положений буддизма.

Буддизм в эту пору не знал превосходства какой-либо одной школы, их насчитывалось несколько десятков, а споры между ними носили теоретический характер и не приводили к стычкам и войнам. Это связано с тем, что уже в раннем буддизме оказалась сформирована достаточно четкая монашеская структура (сангха), подчиняющаяся жестким нормам и удерживающая за собой абсолютное право на сохранение учения Будды в его первозданном состоянии. Приверженцы монастырского пути существования буддизма получили название тхеравадинов. Сторонникам разделения всех приверженцев буддизма на монахов, чей аскетический образ жизни уподоблял их и приближал к самому Будде, и прихожан, от которых требовалось лишь соблюдение минимума необходимых обрядов, противопоставили себя махасангхики. Эта школа (или направление) буддизма настаивала на необходимости предельного упрощения обрядовой структуры и сосредоточения на духовных практиках (медитациях). Следование практикам являлось обязательным как для монахов, так и для прихожан монастырей, что снимало необходимость существования большого количества монахов и ограничивало их численность тем минимумом, который был необходим для обслуживания религиозных святынь и совершения необходимых ритуалов. Позже махасангхики, уже в III в. до н. э. начавшие проповедь буддистской религии за пределами Индии (на Цейлоне, в Юго-Восточной Азии), стали родоначальниками реформистского направления в буддизме, получившего название Махаяны.

Махаяна и Хинаяна. Окончательное размежевание сторонников консервативного течения в буддизме и сторонников его реформаторства произошло на втором соборе в Вайшали, после чего и образовалось два направления, которые продолжают существовать и в современном буддизме. Распространенный сначала в долине Ганга, буддизм в I–II вв. продолжал развиваться в Северо-Западной Индии (Кушанское царство), где возникает его новая форма – Махаяна (Большая колесница), в то время как прежнюю форму стали называть Хинаяной (Малой колесницей).

Основателем Махаяны считается видный буддистский мыслитель и богослов Нагурджуна (I в. до н. э.). Это вероучение имеет миссионерский характер, здесь на первое место выходит обожествление Будды и вера в бодхисатв (святых, достойных нирваны, но отказавшихся от нее ради наставления других на истинный путь). В отличие от этого Хинаяна считала причастность к высшей истине и нирване уделом относительно небольшой духовной элиты. В Хинаяне Будда – не божество, а реальная историческая личность, пусть даже и являющаяся образцом для подражания остальным людям. На него нельзя воздействовать с помощью молитв и жертвоприношений, чтобы добиваться исполнения собственных желаний, поскольку он служит лишь наставником, а пройти весь путь – от осознания причины своих страданий к нахождению пути их устранения – предстоит самому человеку, и помочь ему совершить решительный шаг никто не в силах. В Махаяне Будда – это врач, врачующий до полного выздоровления и сознательных, и несознательных пациентов, в то время как в Хинаяне Будда – инструктор, который объясняет, как необходимо поступать, и дает своей собственной судьбой личный пример, но только тому, кто осознал собственную болезнь и имеет решимость с ней справиться.