Седьмые Врата - Маргарет Уэйс

– Арианус, – с улыбкой сказал сартан. – Мир воздуха. Статический сон. Думаю, такой же, как у вас и у ваших людей.

– Я рад встретить вас снова, сэр, – сказал Раму, стараясь скрыть свое смущение. Он пытался вспомнить все, что знал об этом человеке и в тоже время утешался вновь приобретенной надеждой, которую подал ему незнакомец. Живые сартаны на Арианусе все-таки были!

– Я полагаю, что вас это не оскорбит, но с тех пор прошло, как вы сказали, очень много времени. Ваше имя…

– Можете называть меня Джеймс, – сказал сартан.

Раму взглянул на него с недоверием:

– Джеймс – это не сартанское имя.

– Да, вы совершенно правы. Но должно быть мой соотечественник уже говорил вам, что мы на Арианусе не привыкли пользоваться своими настоящими именами. Я думаю, вы встречались с Альфредом?

– С этим еретиком? Да, я встречал его, – Раму помрачнел. – Я считаю своим долгом предупредить вас о том, что он был сослан…

Что-то всколыхнулось в Раму, отдаленное воспоминание, но не об Альфреде. Раньше, гораздо раньше.

Он почти уловил воспоминание, но перед тем, как он смог отчетливо восстановить это в памяти, странный сартан перебил его.

Джеймс мрачно качнул головой:

– Ох уж этот Альфред. Он вечно нарушал спокойствие… Я не удивлен услышав о его падении. Но я пришел говорить не о нем. Я пришел с более печальной миссией. Я принес плохую весть.

– Мой отец, – сказал Раму, забыв обо всем остальном. – Вы пришли с вестью о моем отце.

– Я сожалею, что мне приходится говорить об этом, – Джеймс придвинулся к Раму, положив свою сильную руку на его плечо, – Ваш отец мертв.

Раму склонил свою голову. Он ни на секунду не сомневался в словах незнакомца. Какое-то время он уже это знал, внутреннее чувство говорило ему об этом.

– Как он умер?

Сартан стал еще более мрачным и озабоченным:

– Он погиб в подземельях Абарраха, от руки человека, который называет себя Ксаром, Повелителем патринов.

Раму замер. В течение долгого времени он не мог вымолвить ни слова, потом он спросил тихим голосом:

– Как вы узнали об этом?

– Я был с ним, – мягко сказал Джеймс, сосредоточенно за ним наблюдая. – Я и сам был схвачен Повелителем Ксаром.

– И вы сбежали? А мой отец нет? – помрачнел Раму.

– Я сожалею, Советник. Мне помог сбежать друг. Помощь пришла слишком поздно для вашего отца. К тому моменту, как мы добрались до него… – Джеймс тяжело вздохнул.

Раму сковало тяжелое молчание. Но вскоре гнев прорвался наружу – все его горе, ненависть и желание отомстить.

– Вам помог друг. На Абаррахе остались живые сартаны?

– О, да, – ответил Джеймс, бросив лукавый взгляд на Раму. – На Абаррахе много сартан. Их предводителя зовут Балтазар. Я знаю, что это не сартанское имя, – быстро добавил он, – но вы должны помнить, что эти сартаны двенадцатого поколения. Они утеряли или забыли многое из прежнего.

– Да, конечно, – пробормотал Раму, не позволяя себе думать об этом дальше. – И вы сказали, что повелитель Ксар тоже живет на Абаррахе. Это может означать только одно.

Джеймс мрачно кивнул:

– Патрины пытаются вырваться из Лабиринта, это и есть те плохие вести, которые я вам принес. Они штурмуют Последние Врата.

Раму был потрясен:

– Там их должны быть тысячи…

– По крайней мере, – благодушно ответил Джеймс, – понадобятся все ваши люди, плюс сартаны с Абарраха…

– …чтобы остановить это зло! – подхватил его мысль Раму.

– Чтобы остановить это зло, – повторил Джеймс и торжественно добавил, – вы срочно должны отправиться в Лабиринт. Я думаю, это то, чего хотел бы ваш отец.

– Разумеется, – Раму стал напряженно думать. Он уже не пытался вспомнить, где и при каких обстоятельствах он мог видеть этого человека, – на этот раз мы не будем милосердны с нашим врагом. В этом была ошибка моего отца.

– Самах заплатил за свои ошибки, – спокойно сказал Джеймс, – и он прощен.

Раму не обратил на это внимания:

– Теперь мы не будем заточать патринов в темницу, теперь мы их полностью уничтожим.

Он развернулся на пятках и уже почти собирался уходить, когда вспомнил о манерах. Он повернулся к старшему сартану:

– Я благодарю вас, сэр, за вести. Вы можете отдохнуть и, будьте уверены, что смерть моего отца будет отмщена. А теперь я должен идти, чтобы обсудить это с остальными членами совета, но я пошлю к вам одного из служителей. Вы можете остановиться в моем доме. Могу ли я сделать для вас что-нибудь еще?

– В этом нет необходимости, – сказал Джеймс, махнув рукой. – Отправляйтесь в Лабиринт, а я со всем справлюсь сам.

Раму вновь ощутил беспокойство. Он не сомневался в той информации, которую принес ему странный сартан. Один сартан не может лгать другому. Но было еще кое-что не совсем ясное. Это касалось того человека.

Джеймс неподвижно стоял и улыбался под изучающим взглядом Раму.

Раму прекратил попытки вспомнить. Возможно, нечего было и вспоминать. Ничего важного. Кроме того, все это произошло очень давно. Теперь у него были более срочные и насущные проблемы. Поклонившись, он вышел из зала.

Странный сартан остался стоять в зале, глядя вслед ушедшем человеку:

– Да, ты помнишь меня, Раму. Ты был среди тех стражников, которые пришли арестовать меня в тот день, день Разделения. Вы пришли забрать меня в Седьмые Врата. Я говорил Самаху, я собирался остановить его, ты знаешь! Он боялся меня. И неудивительно. В то время он боялся всего.

Джеймс вздохнул.

Проходя мимо каменного стола, он провел своим пальцем по покрывавшей его пыли. Несмотря на недавнее наводнение, пыль продолжала сыпаться с потолка, покрывая каждый предмет в Чаше тонкой красивой белой пудрой.

– Но когда вы прибыли, Раму, меня уже не было. Я предпочел остаться в стороне. Я не мог остановить Разделение и я старался защитить тех, кто остался. Но я ничем не мог им помочь. Слишком многие умирали. Никому от меня не было тогда пользы.

– Но зато есть сейчас.

Сартан начал меняться. Представительный человек среднего возраста в одно мгновение превратился в старика с длинной тонкой бородой, одетого в мышиного цвета одеяние и бесформенную шляпу. Старик поправил свою бороду. Он выглядел очень довольным собой.

– Действительно, какое свинство! Только погоди, сейчас услышишь, что я сейчас сделал! Я все сделал абсолютно так, как было нужно. Сделал точно так, как ты мне сказал, ты, жалкое подобие дракона…

– Так и есть, – Зифнаб тщательно разгладил свою бороду, – я думаю, я сделал все, что ты сказал. «Любой ценой заманить Раму в лабиринт». Да, таковы в точности были твои слова…

– Я думаю, что ты говорил именно так. Э-э, теперь я вспомнил… – старик начал скручивать свою бороду узелками. – Но, возможно, это было: «Любой ценой держать Раму как можно дальше от Лабиринта»?