Пластиковый океан - Ху Хуэй

самолет кувыркался и кренился, пока не израсходовал всю кинетическую энергию в этом бешеном вращении.

Очнулся Ральф ближе к вечеру, с трудом расстегнул ремень и тяжело упал на крышу кабины. Левая рука сильно болела, но, к счастью, не была сломана. Он выбрался из самолета и прислонился к фюзеляжу, чтобы устроиться поудобнее. В ящике для мусора нашлись кое-какие средства для оказания первой помощи и галеты. Ральф распылил немного анестетика на рану, и после заморозки рука уже не так сильно ныла. Затем съел дневной запас печенья и снова погрузился в сон.

Когда солнце садилось за горизонт, оставляя на небе лишь намек на закат, Ральф проснулся. Он восстановил силы и, несмотря на боль во всем теле, по крайней мере, был жив.

«Что ж, пора подумать, как добраться до дома», – сказал он себе, перекатившись и поднявшись на ноги.

При падении у самолета отломилось одно крыло, и теперь оно торчало в нескольких десятках метров от Ральфа. Фюзеляж остался цел благодаря мягкой земле.

Если эту субстанцию под ногами вообще можно было назвать землей.

Ральф собрал припасы, а затем сосредоточился на том, что же все-таки у него под ногами. Почва определенно была искусственной, и в свете заходящего солнца явственно проступала сложная и правильная текстура, фрактальный узор с удивительной математической красотой, сотканный из волокон толщиной в указательный палец, каждое из которых – Ральф перерезал одну из них – состояло из десятков более тонких нитей.

Большинство были полупрозрачными с примесью красного, зеленого или какого-то другого оттенка и оказались очень прочными, как будто выплавленными из пластикового мусора вокруг. В результате сложных процессов получился вот такой огромный ковер, плавающий в Тихом океане.

Ральф встал и всмотрелся вдаль: отсюда «остров» казался еще огромнее, чем с воздуха, удивительный ковер был виден, насколько хватало глаз.

Кто же создал это место?

Ральф размышлял, когда непонятное ощущение сороконожкой проползло по его затылку, отчего он почувствовал покалывание во всем теле, как будто кто-то наблюдал за ним.

Он дернулся, и тут сзади появились два силуэта. Эти существа стояли спиной к западу, скрытые в тени, но Ральф знал, что они пристально его рассматривают.

– Здравствуйте! – крикнул он, но ответа не последовало.

Он убрал нож и раскинул руки, стараясь выглядеть как можно дружелюбнее.

Вокруг стояла тишина, не было слышно ни звука, пока Ральф двигался по странному плетеному ковру. Он сделал еще шаг к двум теням. Слышал собственное учащенное дыхание и отчетливо чувствовал, как сердце бешено колотится в груди.

Это было давно забытое чувство. Страх.

Лунный свет пробился сквозь прореху в облаках, осветив этот странный то ли остров, то ли континент, и Ральф рассмотрел стоявшие перед ним фигуры.

Мальчик с копьем и… белый медведь.

(7) В море

Вот уж не думал, что такое возможно, но нежиться в фурако [9] под проливным дождем – это что-то с чем-то.

Было бы просто здорово, если бы не эти пьяницы под боком.

Прошла неделя в доме дяди, и Ватанабэ Ю маялся от безделья. Дядя говорил, что, поскольку он скоро выйдет в море, нужно найти общий язык с остальной командой, но на деле таскал племянника в лавку только для того, чтобы тот платил за выпивку.

Ватанабэ Ю эти траты не особо заботили, ему выдали достаточно денег еще до приезда сюда. Но средства не все решают в таком маленьком поселке, нужно стать настоящим рыбаком, чтобы считаться своим среди этих людей.

Проставляться – отличная идея, и за несколько дней все очень хорошо узнали Ватанабэ Ю, и даже Фудзивара с его свирепым лицом стал разговаривать с выпускником гораздо мягче.

Хотя, оглядываясь назад, можно сказать, что они даже чересчур сблизились.

– Вот скажи мне, Ю, ты студент университета, с чего вдруг ты решил стать рыбаком, если в городе у тебя была легкая работа? Что, не справился? – гудел Фудзивара, обняв Ватанабэ Ю и буквально захлебываясь саке.

Они отмокали в бочке с горячей водой, с поверхности поднимался дымок, а крупные капли дождя падали, обдавая их головы и лица прохладой.

Парень попытался вывернуться из цепких рук собутыльника, но тот притянул его ближе, прижавшись всем телом к спине Ватанабэ Ю, и его кожа казалась холодной в горячей воде.

Хотя Ватанабэ Ю понимал, что это всего лишь грубоватый способ проявить доброту, он все равно почувствовал мурашки по всему телу.

– Я хочу потренироваться.

– Потренироваться? – Фудзивара ощетинился: – Что ты имеешь в виду?

– Просто потренироваться… – откуда-то издалека сказал Кэйта, его лицо было неразборчиво в тумане.

– Потренироваться, значит… – Фудзивара широко улыбнулся, обнажив полный рот гниющих желтых зубов, словно это были сломанные колья, брошенные на пустыре. – Это я хорошо умею, правда, Рё?

Дядя посмотрел на племянника, как будто тот сказал что-то, чего не следовало говорить, а затем пробормотал:

– Да, да.

– Жаль, что это тебе в итоге не помогло, все такой же бесполезный, как и был… – Фудзивара хрюкнул.

Дядя опустил голову и ничего не ответил.

Раздался взрыв смеха.

– Фудзивара! – Хозяин бани появился у входа и крикнул в туман: – Тебе звонят!

– Иду! – Громила вылез из бочки и, даже не обернувшись полотенцем, в чем мать родила пошлепал к телефону.

– Уже скоро, – сообщил Кэйта.

Остальные одобрительно закивали.

– Скоро что? – спросил Ватанабэ Ю.

– Скоро выходить в море, А-Ю, – пояснил дядя. – Совсем скоро!

Через пару минут вернулся Фудзивара:

– Через три дня выходим! Так что хватит отмокать тут, быстро по домам, собирайтесь!

В течение следующих нескольких дней деревня стала оживленной, и рыбаки, которые пили каждый день, мгновенно протрезвели и посвежели от всех этих головокружительных приготовлений. Ватанабэ Ю хвостиком ходил за дядей, пока тот готовился к рейсу, наблюдая, как Рё методично перебирает вещи, собирает и упаковывает их, расставляет все по местам. Не то что в предыдущие дни, когда он деградировал в лавке-идзакае.

На четвертый день Ватанабэ Ю впервые увидел «Кувата мару», рыбацкое судно средних размеров, на котором ему предстояло плыть в этот раз. Стоя на пирсе, он удивился, увидев, как корабль показался в лучах восходящего солнца.

– Он такой большой? – спросил Ватанабэ. – Я думал, мы поплывем на деревенской рыбацкой лодке.

Дядя, глядя на приближающуюся лодку, обхватил себя руками:

– Качество воды значительно ухудшилось, загрязнение настолько сильное, что рыба дохнет только так, поэтому нет другого выбора, кроме как отплыть далеко и попытать счастья.

– И насколько далеко?

– Очень! – протянул дядя зычным голосом, но, судя по тому, что происходило в течение нескольких последних дней, Ватанабэ Ю не сомневался, что Рё понятия не имеет, куда они направляются.

– Далеко плыть? – спросил Ватанабэ Ю, обернувшись к Кэйта.

– Очень, – с улыбкой ответил Кэйта, потом сделал паузу на несколько секунд