Вороний народ - Марк Стэй

скалу, затем снова сходились вместе, трепеща крыльями, прежде чем нырнуть туда, где пылало пламя. Они закружились вокруг огня подобно торнадо, которое Фэй видела в фильме «Волшебник страны Оз». Через несколько мгновений пламя погасло, жаровни превратились в дымящуюся шелуху, а птицы по спирали взмыли вверх и, рассыпавшись, точно фейерверк, разлетелись над полями.

Все стояли и смотрели друг на друга, пытаясь уложить увиденное в сознании, чтобы понять произошедшее.

Леди Астон первой нарушила молчание.

– Большая удача, – сказала она.

– Разве не здорово? – согласился мистер Маршалл.

– На самом деле это довольно известное явление, – вмешался мистер Бакстер. – Я читал о подобном случае в газетах, насколько мне помнится.

Фэй взволнованно посмотрела на Берти, а члены ОМО принялись наводить порядок.

– Я же не единственная это видела? – спросила она его. – В этом нет ничего естественного. Здесь замешано… нечто иное.

Берти поджал губы.

– Например?

– Что-то вроде… – Фэй понизила голос. – Вроде волшебства.

Берти нахмурился.

– Вышло очень красиво, – согласился он лишь отчасти.

– Нет, волшебство не в смысле красоты. Волшебство в смысле магии. Такой как «странные-вещи-которые-не-должны-случаться» магии.

Берти недоуменно уставился на нее.

– Но магии не существует, Фэй.

– Нет. Нет, конечно нет. Мистер Маршалл, – спросила Фэй, подняв руку, – что вы напишете по этому поводу в отчете?

– Хм-м? – Он посмотрел на нее так, будто только что проснулся. – Прошу прощения? Что ты делаешь в реке, девочка?

Фэй собиралась ответить на этот вопрос, но мистер Маршалл уже отвлекся. Леди Астон и ее всадники попрощались с ними, как ни в чем не бывало, и люди из ОМО отступили, чтобы пропустить их. Про огонь и скворцов все уже забыли.

– Берти, – Фэй схватила парня за руку. – Скажи им. Расскажи, что мы только что видели.

– Хм-м? – Берти моргнул и рассеянно улыбнулся. – Прости, я не обратил внимания.

– Птицы, Берти, птицы.

Он взглянул на Фэй с открытым ртом, затем, прищурившись, посмотрел на небо.

– Птицы? Какие птицы?

– Ох, забудь. – Она отпустила его. Промокшая до колен и совершенно сбитая с толку, Фэй выбралась из реки, села на велосипед и поехала обратно в деревню.

Вороний народ не сумел найти Крэддока. Они обыскали лес, пруды и реку. Сьюки проверяла живую изгородь, когда в поле зрения выскочил мальчик, пинающий мяч. Ребенок, едва ли пяти лет от роду, с копной взлохмаченных ярко-рыжих волос, застыл и уставился на нее.

Швы Сьюки затрещали, складываясь в добродушную улыбку.

Бросив мяч, ребенок убежал, зовя матушку.

Тыквоголовый успокоил Сьюки:

– Ребенок расскажет родителям, но они ему не поверят. Они шлепнут его по попе и отправят спать без ужина за такие выдумки.

Сьюки стало жаль мальчика, но вслух она этого не произнесла.

– Мы не можем найти этого Крэддока, – сказала она. – Он, вероятно, чемпион мира по пряткам.

– Он охотник, браконьер, – сказал Тыквоголовый. – Поиск и не обещал быть легким. Интересно, не опробовать ли нам новую стратегию?

– Какую, мое Тыквоголовшество?

– Ты знаешь дорогу в деревню? Тут нет никаких знаков.

– Да, мое Тыквоголовшество, – сказала Сьюки, глядя на живую изгородь и находя ее смутно знакомой, словно полузабытый сон. – Не понимаю откуда, но я ее знаю.

11

Предупреждение миссис Тич

К тому часу, как Фэй вернулась в деревню, она почти полностью обсохла, за исключением места под коленями, где собралась ткань комбинезона. Какая пустая трата утреннего времени. Сначала от нее отмахнулась голая ведьма, а затем отряд местной обороны посчитал ее чокнутой за честный рассказ о том, что она видела собственными глазами. Фэй стало ясно, что единственный способ узнать правду о собственной матери – привязать отца к стулу и устроить допрос с пристрастием. Тем временем у нее все еще оставались запланированные дела, и главным в списке значилось получение недельного пайка. Четыре унции бекона или ветчины, двенадцать унций сахара и четыре унции сливочного масла. Ходили слухи, будто жир в скором времени тоже подвергнут нормированию, поэтому Фэй позаботилась о том, чтобы закупить его вдвое больше обычного.

Она как раз выходила из мясной лавки с беконом в руках, когда в конце очереди увидела миссис Тич, вдову, с продовольственной книжкой и плетеной корзиной, прижатой к униформе женского добровольческого корпуса.

– Приятно видеть вас при дневном свете, юная леди, – произнесла Филомена с легким смешком в голосе и румянцем на щеках.

– О, добрый день, миссис Тич. Да, простите за прошлую ночь. Мы обязаны задавать подобные вопросы, это часть нашей подготовки, – сказала Фэй, зная, что говорит правду лишь отчасти. Прошлой ночью она просто проявила любопытство.

– Ничего страшного, милая, ничего страшного. Мы должны быть начеку и все такое. Отметил ли мистер Пейн нашу встречу в своем журнале?

– Ага.

– Хм-м, – произнесла миссис Тич таким тоном, словно намекала, что позже нанесет ему визит, дабы убедить его пересмотреть свое решение. – Он прав, конечно же. Следует отмечать любое необычное поведение. Ты заблудилась сегодня в лесу, Фэй?

Фэй напряглась. Откуда ей известно?

– Грязь на твоих туфлях, милая. – Миссис Тич опустила взгляд, и девочка проследила за ним – ее обувь покрывала засохшая грязь. Ярко-зеленые босоножки миссис Тич – смелый выбор в сочетании с ее темно-зеленой униформой ЖДК[16] – выглядели совершенно новыми, и Фэй задалась вопросом, как она могла их себе позволить. – И я чувствую запах древесного дыма и аниса. Ты заглядывала к нашей местной ведьме?

Сердце Фэй едва не остановилось. Миссис Тич знала.

– Э-э… Ну да. Я…

– Все в порядке, милая, все мы когда-то ее навещали. Я понимаю, что пробуждение женственности может немного сбивать с толку, и в поиске ответов мы пробуем обратиться к разным источникам. – Миссис Тич наклонилась ближе к Фэй, которая не могла не вдохнуть ее сладкий летний аромат бузины. В деревне ходили слухи, будто она добавляла в ванну несколько капель росы с цветов бузины, дабы сохранить молодость. – Женские проблемы? – шепотом спросила она.

– Н-не совсем, – ответила Фэй, оглядывая очередь в надежде, что никто их не услышит.

– Это все, на что она годится. – Веселая улыбка, присущая Филомене, померкла, а взгляд немного утратил свой привычный блеск. – Шарлотта пыталась помочь с моим Эрни, но он все равно ушел.

Фэй нравился Эрни Тич. Небольшой мужчина по сравнению с дородной миссис Тич, Эрни всегда казался веселым – он был одним из тех парней, которые могли все наладить. Проблемы с электрикой? Эрни Тич зажжет свет. Сломался мотор? Эрни Тич снова отправит вас в путь. Прохудилась труба? Эрни Тич с легкостью это уладит. Не хватает плотских удовольствий? Эрни удовлетворит все ваши желания.

Последнее, конечно,