Балтийцы вступают в бой - Владимир Трибуц

На северный участок был выведен флотский стрелковый батальон капитана Пышкина. Это была кадровая, хорошо подготовленная для боя часть. На восточный участок выводился батальон курсантов военно — морского училища под командованием полковника Томилина и его заместителя полкового комиссара Горожанкина. Сюда же направлялись подразделения 56–го стрелкового полка. Артиллерийскую поддержку участка обеспечивали батареи 94–го легкого артиллерийского полка, 27–я батарея 130–миллиметровых орудий, 841–я и 503–я зенитные батареи флота. В помощь им могла быть использована и артиллерия миноносца «Ленин». На южный участок были выведены отряды из береговой базы подводных лодок и полуэкипажа. Их поддерживали 180–миллиметровая батарея и 502–я зенитная батарея флота. Предполагалось, что на южный участок отойдут со временем также подразделения 281–го стрелкового полка подполковника Есина. Быстро и организованно под руководством М. С. Клевенского и его заместителя по политчасти полкового комиссара П. И. Поручикова проходило формирование и вывод на боевые участки флотских частей.

Удар фашистских полчищ, наступавших на Лиепаю, принял на себя в ночь с 22 на 23 июня разведывательный батальон 67–й стрелковой дивизии, которым командовал капитан Шапошников, и 281–й стрелковый полк (в неполном составе). В бою погиб командир полка подполковник Есин. На этих рубежах вступили в сражение и городские рабочие отряды — батальон завода «Тосмаре» под командованием заместителя директора по политической части Артура Петерсона, активного участника гражданской войны; батальон завода «Сарканай сметаллургс» («Красный металлург») под командованием секретаря партийной организации Муцениека и другие. Враг, наступавший с юга, вдоль берега, был остановлен. Ночью фашисты попытались прорваться к городу с юго — запада, но и это им нё удалось. Тогда, обойдя Лиепаю с востока, они перерезали железную дорогу Лиепая — Рига. К счастью, из Лиепаи успел уйти последний эшелон с семьями, вырвалась также 180–миллиметровая железнодорожная батарея капитана Лисецкого.

С суши база оказалась отрезанной от наших войск.

23 июня я связался с Клевенским.

— Военный совет флота требует драться вместе с воинами дивизии до последней возможности, — передал я. — Все решения вам следует согласовать с командиром дивизии, действовать по его указанию.

К исходу 24 июня наши части отошли с боями на ближние подступы к Лиепае и соединились с подразделениями военных моряков.

Почувствовав сопротивление, немецкое командование бросило на Лиепаю главные силы 291–й фашистской пехотной дивизии, усилив ее полком морской пехоты. Поддерживаемые ударами авиации и танков, они начали атаки. Завязались упорнейшие бои. Воины, рабочие, курсанты дрались с исключительным мужеством, но сдержать натиск противника, имеющего значительное превосходство, было трудно, и ему удалось вклиниться в оборону. Командование фронтом направило в помощь защитникам Лиепаи 28–й мотострелковый полк и курсантов Рижского пехотного училища, однако они не смогли пробиться.

Лиепая продолжала героическую борьбу. Бои стихали только к ночи, когда фашисты обычно боевых действий не вели. Били врага наши 130–миллиметровые батареи под командованием старших лейтенантов С. Е. Гордейчука и М. Н. Савина. Стойко сражался батальон курсантов военно — морского училища. Стояли насмерть отряд партийных активистов и рабочий батальон Артура Петерсона, комсомольский отряд Иманта Судмалиса.

Но обстановка становилась все хуже. Враг вплотную подошел к окраинам, отдельные его части прорвались к заводу «Тосмаре». Командир миноносца «Ленин» капитан — лейтенант Ю. М. Афанасьев, являвшийся старшим командиром в группе ремонтирующихся кораблей, приказал экипажам сойти на берег. Корабли, а также склады боеприпасов и топлива были по его приказу взорваны. Это — единственно правильное решение. Можно сожалеть, что Афанасьева обвинили тогда в панике, и хорошо, что позже это обвинение с него сняли. Экипажи взорванных кораблей влились в ряды защитников Лиепаи. Их возглавляли заместитель командира базы П. И. Поручиков и заместитель начальника политотдела Дьяченко. Так же пришлось поступить экипажу подводной лодки «М-83». Эта лодка возвратилась в Лиепаю с боевой позиции из‑за повреждения перископа, когда ожесточенные схватки с врагом шли уже на улицах города. Моряки открыли огонь из единственного орудия корабля, прямой наводкой уничтожая вражеские машины, прорвавшиеся к заводу. (Когда кончились снаряды, экипаж взорвал корабль и вступил в бой с гитлеровцами на суше. Смертью храбрых в бою погиб командир подводной лодки П. М. Шалаев.

Утром 25 июня мне позвонил М. С. Клевенский. Это был наш последний разговор — связь прервалась. Командир базы просил оказать помощь до наступления ночи.

— Борьба идет за Тосмарским каналом, — говорил он, — где сосредоточены ударные группы. Боезапаса на складах нет, бережем патроны и снаряды…

Обстановка на приморском направлении была тяжелой, настоящей помощи гарнизону никто оказать не мог. Генерал Н. А. Дедаев принял решение перебросить из Вентспилса к Лиепае 114–й стрелковый полк с дивизионом гаубичного артполка, но было уже поздно. Единственное, что мы могли сделать, — выслали для бомбежки войск противника авиаэскадрилью бомбардировщиков. Защитники Лиепаи отбивали одну атаку за другой, нанося врагу потери в живой силе и технике. «Наступление 291–й пехотной диви зии в районе Либавы, — записано в журнале боевых действий группы армий «Север» за 25 июня, — было приостановлено ввиду сильного сопротивления противника, поддерживаемого огнем стационарных батарей». Утром 25 июня на боевом посту погиб командир дивизии генерал Н. А. Дедаев. После его смерти в командование обороной базы вступил начальник штаба дивизии полковник В. М. Бобович.

Враг ослабил натиск, положение несколько стабилизировалось. Велся слабый минометный огонь, но фашистская авиация продолжала бомбить дороги и объекты базы. Усиленному обстрелу подвергались 23–я береговая и 843–я зенитные батареи.

26 июня командованию дивизии и военно — морской базы было приказано выводить части из окружения. В. М. Бобович, М. С. «левенский, секретари Лиепайского горкома партии Микелис Бука и Янис Заре после всестороннего обсуждения вопроса, как обеспечить выполнение приказа, приняли решение прорываться основными силами в направлении Вентспилса, рассчитывая закрепиться на рубеже реки Бента вместе со 114–м стрелковым полком, который там находился, либо пробиваться на соединение с войсками 8–й армии, отступающей к Риге.

Прорыв был осуществлен двумя колоннами. Первая, в составе подразделений 56–го стрелкового полка, 32–го местного стрелкового батальона, боевого расчета 84–го отдельного артиллерийского зенитного дивизиона и 23–й береговой батареи под командованием майора Кожевникова пробивалась по прибрежной дороге. Вторая, включавшая в себя подразделения 281–го стрелкового полка, 43–й зенитный артиллерийский дивизион флота, 389–й зенитный армейский дивизион и курсантов военно — морского училища, двигалась по восточной дороге в том же направлении. Замыкали ее пограничники, отдельные команды, рабочие отряды, боевой расчет 27–й береговой батареи, который ушел с позиции, расстреляв весь боезапас, уничтожив материальную часть, взорвав мосты, и противотанковая батарея дивизии. Возглавлял вторую колонну полковник Бобович со своим штабом.

Перед прорывом в порту и военно — морской базе были уничтожены склады продовольствия и материалов, взорваны батареи. Гитлеровцы обрушили на прорывающихся шквал огня. Их самолеты буквально висели над головами бойцов. В первые часы боя погиб командир 56–го стрелкового полка майор Кожевников, смертельно ранен полковник Бобович, вышел из строя командир зенитного дивизиона капитан Суханов. Командование взял на себя начальник оперативной части штаба дивизии майор Меденцев. Бои на дорогах не прекращались ни днем, ни ночью. Колонны упорно пробивались на соединение со своими войсками. В боях погибли организаторы обороны Лиепаи секретари городского комитета партии Бука и Заре, полковые комиссары Котомин и Поручиков, полковник Томилин и Ганин, батальонный комиссар Дьяченко, капитан 3 ранга Малов. Немногим защитникам Лиепаи удалось соединить ся со 114–м полком. И им снова предстояло прорываться на восток к войскам 8–й армии в район Тукумса.

Командиру базы М. С. Клевенскому было разрешено с частью штаба и политотдела на торпедных катерах перебраться в Вентс- пилс, организовать там КП и установить связь с командованием дивизии. В море вышло два торпедных катера, затем, с небольшим перерывом, еще один. На переходе между Лиепаей и маяком Ужава наши катера — 17–й и 47–й — встретили шесть торпедных катеров противника. Завязался неравный бой. Катер 47–й был потоплен, а 17–му удалось прорваться в Рижский залив. Третий катер, 67–й, старшего лейтенанта И. С. Иванова, на борту которого шел начальник штаба базы капитан 3 ранга Радиевич, с трудом добрался до Рижского залива. Задача по организации КП в Вентспилсе оказалась нереальной и не была выполнена.