Академия (СИ) - Кондакова Анна

Мне не хотелось ему хоть что-то рассказывать, и Галей будто сразу прочитал мои мысли.

— Они всё изложат письменно, — заверил он.

— Хорошо, — согласился Бажен, вдруг заторопившись. — И пусть на каждом листе отчёта Жрец из Канцелярии проставит клятву-печать.

— Безусловно, господин Орлов, — кивнул Галей. — Каждый ученик из восьми выживших подробно напишет, что произошло, и поклянётся, что так оно и было. Правда, трое учеников прибудут позже. Госпожа Снегова предусмотрительно сообщила мне об этом, телепортировав послание в Академию.

Галей ненавязчиво отвлёк Бажена на Акулу.

Я тоже на неё покосился.

Значит, вот что она делала в лагере на границе — телепортировала послание Галею, чтобы наше появление не стало для него неожиданностью.

Не знаю, как точно в этом мире отправляли сообщения, но, похоже, что с помощью тех же заклинаний телепортации, только менее мощных. Возможно, была специальная почтовая телепортационная сеть по всему Стокняжью, надо бы потом выяснить.

Бажен наконец оставил нас в покое.

— Как поживает ваш отец? — спросил он у девушки.

Кажется, для всех это был стандартный вопрос — все первым делом спрашивали у Акулы про её отца.

— Благодарю, господин Орлов, — кивнула она, — я обязательно передам отцу, что вы интересовались.

— Ну а вы, Акулина, не надумали к нам в Академию?

— Может быть, обсудим это прямо сейчас, если у вас есть минута?

— Что ж, тогда пройдёмте к верхолётам. — Бажен не стал больше тратить на нас время.

Мы его явно не впечатлили. Возможно, он посчитал, что нам просто повезло выжить, и это случайность, не более того.

Когда вместе с Акулой он скрылся в здании станции, Галей тихо выдохнул, а потом неожиданно обнял каждого из нас. Одной рукой, неуклюже, но искренне.

Для всех его порыв стал шоком.

Горо замер истуканом с ошарашенным лицом. Мичи заулыбался, но как-то с тревогой. Мидори часто заморгала, будто готова была расплакаться от тоски по тем временам, когда Галей был счастлив с её матерью. Кика покраснела, смутившись, как ребёнок.

Даже я удивился, всё ожидая, когда приступ нежности у Галея пройдёт, и он начнёт на меня орать — найдёт за что.

— Я рад, что вы живы, оболтусы, — сказал он, по-отечески посмотрев на каждого из нас. — Теперь предстоит выжить и здесь. Поверьте, это тоже Котлованы, но совсем другие. Хотя жизнь у студентов и преподавателей бурлит интересная. Скучать вы точно не будете. А я вам помогу.

***

Галей сказал, что у нас есть время до завтрашнего утра, чтобы привести себя в порядок и отдохнуть.

В тот вечер саму Академию мы так и не увидели.

На своём новом верхолёте Галей телепортировал нас со станции на окраину столицы, в маленькую двухэтажную гостиницу под названием «Обитель Неба».

Она располагалась в крошечном дворе, утопающем в клумбах с цветами, и в отличие от соседних зданий, напоминала янамарские дома — белая отделка стен, двери-задвижки и красная четырёхскатная крыша с краями, изогнутыми кверху.

Уголок Ютаки в огромном Измаиле.

Возможно, владелец гостиницы был давним другом Галея.

— Тут вас никто не будет беспокоить, — сказал он. — Да и лишних ушей нет.

Ребята разошлись по комнатам, арендованным для них заранее, а вот я остался с учителем.

Мне не терпелось переговорить с ним наедине. И дело было не в Котлованах или ниудах, не в имсонированных магах на границе и даже не в иероглифах с именем отца.

Мне нужно было обсудить с Галеем более важное дело — его обещание помочь моей матери.

Но разговор начался совсем не с этого.

Как только мы вошли в комнату Галея, он ухватил меня за грудки, впечатал спиной в дверь и прорычал:

— Какого Сидха ты полез Бажену под шкуру, опоссум?!

— Он мне не нравится, — процедил я.

Мой ответ разозлил учителя ещё больше. И без того порванная рубашка затрещала под натиском его ручищи.

— Мне тоже много кто не нравится!!!

Галей повысил голос до запредельного, не боясь, что кто-то может услышать, будто это была его собственная гостиница.

— Не забывай для чего ты здесь! — продолжал орать он. — Бажен состоит в Совете Академии и может влиять на его решения! Он один из пяти членов Совета! И это далеко не последние лица в Стокняжье! А ты, мелкий опоссум, лезешь на рожон и провоцируешь Бажена сделать так, чтобы тебя вытурили из Академии! Тогда скажи мне, для чего я позволил себе унизиться перед этим белоголовым снобом?! Чтобы ты облажался в первую же минуту?!

Он наконец смолк, шумно переведя дыхание, но мою рубашку не отпустил и не перестал вдавливать меня в дверь.

— Такого больше не повторится, учитель, — это всё, что я мог из себя выдавить, ведь на самом деле Галей был прав.

Моя дерзость могла стоить мне места в Академии, доставшееся с таким трудом.

Учитель отпустил меня и отошёл, грузно усевшись в кресло у стола.

— Я знаю, что ты хочешь у меня спросить, — устало добавил Галей. — И пока тебя не было, я переговорил со своим другом из военных. Через два дня он отправит курьера с партией маго-танов для твоей матери. Мне нужен только адрес.

— Спасибо, Галей-кин, но может, я сам ей отвезу?

— Нет! Я уже говорил тебе, что ты не сможешь попасть в Тафалар! — снова начал злиться Галей (возможно, как алкаш со стажем, он очень хотел выпить). — Это закрытый город! Туда не пускают гражданских!

Я тут же зацепился за его слова.

— А если я буду принадлежать одному из Военных Домов не самого последнего значения, то пустят?

Галей сразу понял, куда я клоню.

— Хочешь связаться со Снеговыми? Не советую.

— А какие ещё варианты? Никаких. Зато Акулина сможет заплатить долг Маямото, и тогда ни вы, ни я никому не будем должны.

— Я-то не буду, а вот тебе придётся расплачиваться. Акула от тебя живого места не оставит. Про службу у неё и её папаши наслышаны многие.

И это я тоже знал.

— Тогда что вы предлагаете?

Галей посмотрел мне в глаза.

— Достань-ка мой метатель заклинаний, опоссум.

Я нехотя вытянул револьвер из кобуры, решив, что Галей собирается забрать у нерадивого ученика свой подарок обратно, но он лишь добавил серьёзно:

— А теперь посмотри на рукоять.

Раскрыв ладонь, я уставился на гравировку герба с мордой волка.

— Начинай создавать свою команду уже сейчас, опоссум. Обрети свою территорию, обрети знания и ту силу, которая позволит тебе вести за собой людей. Ведь я нисколько не сомневаюсь, что именно ты объединил учеников в Котлованах и заставил их действовать на благо всей команды. Только объединив усилия, вы выжили. Каждый из вас был уникален в своей борьбе, так почему же не использовать это здесь?

Я уселся за стол напротив Галея, и мы наконец-то спокойно поговорили.

Он поделился мыслями, как мне действовать дальше, чтобы не вылететь из Академии и сделать так, чтобы со мной начали считаться.

— Измаил — это тебе не Ютака в три дома, — добавил он. — Тут нужно больше времени и сил. Нужна стратегия. Но ты пацан неглупый, разберёшься.

Я же рассказал ему, как случилось крушение, и что помогло нам выжить. Рассказал про предателя-стюарда, у которого была карта с именем моего отца; про ниуда, который принял меня за агента чароитов; про имсонированных братьев, которых встретил на границе.

В итоге мы проговорили не меньше пары часов.

Потом я наконец-то отправился в свой номер.

Чистая одежда, предусмотрительно купленная Галеем, уже ждала меня на кровати. Через час приведя себя в порядок, помывшись и переодевшись, я отправился к Мичи.

— О, живой! — заулыбался он, тоже весь причёсанный и чистый. — А я уж думал, что Галей тебя убил. Кажется, даже слышался хруст костей.

Мы вместе спустились на первый этаж гостиницы, в крохотную чайную всего на четыре стола.

Там уже ужинали девчонки. Мидори и Кика сидели за дальним столиком и болтали, приглушая голос, но пара фраз всё равно до меня долетела: