Царь зверей, том 1 - Иван Шаман

— почти всегда сохраняют свой цвет. Их невозможно пройти, в них почти нереально выжить. И не важно, владыка ты или кандидат.

— Мило, — усмехнулся я, отрезая сустав голени, внутри шкуры. Кровью я заляпался так, что был в ней уже по кончики волос. — А что за древние?

— Те, кто был до нас, — пожала плечами Ами. — Они исчезли десять тысяч лет назад, а может и больше. Но их магия до сих пор остается с нами в аномалиях. Големы с непробиваемой шкурой. Диковинные артефакты, что действуют до сих пор. Но главное в любой аномалии — её добыча! Аномалии могут быть закрыты сотни, а то и тысячи лет. И за это время в них вырастают и напитываются силой диковинные растения, даже сами камни и металлы могут стать артефактами!

— Значит в такие аномалии стоит очередь? — уточнил я.

— Конечно. В некоторые она расписана на тысячу лет вперед, другие могут появляться в совершенно разных местах или пропадать навсегда. — ответила с горящими глазами девушка. — Найти бесхозную аномалию — настоящая удача и невероятное сокровище! Любому, кто сообщит о найденной аномалии, выплачивается премия от калана. А тем, кто пройдет её и утаит сокровища — огромный штраф. Если они, конечно, не искатели или не представители клана.

— Звучит интересно, как поиск сокровищ без Карты, — проговорил я, вытирая тыльной стороной ладони лоб, от капающей на глаза крови. Удивительно, но в тканях убитого вчера медведя её всё ещё было предостаточно. Больше того, некоторые из тканей всё еще оставались слишком теплыми. — А у зверей есть средоточия?

— Только у тех, кто начал своё восхождение, и не младше ученика, — с сожалением ответила Ами. — Этот медведь был серебряным кандидатом, максимальное количество его энергии содержалось в сердце. А вот был бы он золотым, сумей он перейти на следующую ступень, сформировав первые два узла и меридиан между ними. Тогда, идя по пути зверя, ты смог бы поглотить его и возвыситься. Даже я не сумела бы проигнорировать такую силу. Она куда эффективней духовных монет.

— Ясно, — кивнул я, выпрямляясь и потягиваясь. — Хватит сидеть без дела. Бери вон ту палку, я специально расщепил её на конце, зажимай шкуру и подтягивай наверх. Половину я уже освежевал, осталась вторая, которая на земле лежит. А для этого его надо перевернуть. На самом деле не долго осталось. Но ты не прекращай рассказывать.

— Так я не знаю что, — чуть смутилась девушка. — Ты меня с мысли сбил.

— Что… например расскажи, как ты нашла эту берлогу, — попросил я, помогая Ами насадить шкуру на рогатину и оттянуть в сторону. — Как ты видишь энергию?

— Я же сказала — это техника, — чуть запнувшись, ответила девушка. — Духовное зрение, доступное всем мастерам.

— Ты уверена что хочешь мне врать? — спросил я, и Ами осеклась, нахмурилась.

— Я не вру, видит Небо! — ответила девушка, спустя секунду. — Но объяснять тебе, как она работает, бесполезно. У тебя даже одного узла нет, ты не сможешь её повторить, сколько ни старайся.

— Вот как… — проговорил я, покачав головой. Странно, но мне показалось, что девушка хотела сказать что-то другое. Впрочем, это её дело. Силой мне из неё ничего не вытянуть, по крайней мере пока. Но раз она утверждает, что это техника, нужно получить максимум выгоды из происходящего. — Можешь осмотреть округу? Выяснить нет ли ещё чего ценного в ближайшем лесу.

— Мой максимум — пятьдесят шагов, — ответила девушка нехотя. — А сил уходит очень много. Я не уверена, что это разумно.

— Тебе же всё равно нечем заняться, — пожав плечами, ответил я. — Найдешь ещё одно такое же сокровище, и все усилия окупятся, а даже если нет — ничего страшного, монеты для восстановления сил у тебя есть.

— Хорошо, я попробую, — нахмурившись ответила Ами, но я её остановил.

— В начале помоги перевернуть медведя. Да не руками, опять вся извозишься… Вон подходящая жердь стоит, я её утром подготовил, — указал я на обструганный от сучков и древесной коры ствол. Вдвоем, используя рычаги, мы с легкостью перевалили тушу на другой бок, и я продолжил разделку.

Девушка, ходившая по лесу кругами, вернулась только к вечеру, неся в руках несколько выкопанных с корнями растений. На первый взгляд они ничего особенного из себя не представляли, но, взяв их в руки, я вновь ощутил неприятное покалывание, как и в случае с духовными монетами.

— Травы распространенные, дешевые, но пару камней за них получить можно, — словно оправдываясь проговорила Ами. — Духовных. За шкуру и кости серебряного медведя мы получим больше.

— Расскажешь, как их находила и для чего каждое из них служит? — уточнил я, внимательно рассматривая растения.

— Как и ядра зверей все восходящие растения можно использовать для алхимии или артефактов, — ответила девушка, словно это подразумевалось, а у меня чуть глаза на лоб не полезли. — Эти конкретные можно использовать в слабых лечебных зельях и в начертании печатей для сохранения тепла. К слову, если у тебя хорошая память, ты сможешь устроиться помощником алхимика. Там открытые меридианы не требуются, в отличие от создания печатей и артефактов.

— Да, пожалуй, алхимия мне будет ближе, — кивнул я. — Собирать травки, грибы, кору, вытяжки из животных.

— А из животных-то зачем? — теперь уже настала очередь удивляться Ами. — Чем они могут помочь? Нет, животные для пилюль почти бесполезны. Их органы можно использовать в кулинарии, или съесть так. А вот кости могут послужить материалом для ремесленников, как и шкура.

— Интересно. — проговорил я, отмечая про себя что и в самом деле интересно — почему для алхимии не используются вытяжки из желез восходящих к бессмертию животных. Нет, конечно, куда проще просто съесть сырым сердце, или как объяснила девушка — вырвать узлы силы и поглотить уже их.

Но так бессовестно разбрасываться ресурсами, с моей точки зрения, было неразумно. Каждая косточка, каждая железа и каждый орган должны были идти в дело. А если что-то нельзя было применить сразу, значит можно обработать или сделать сопутствующим материалом.

Стоп. А кто сказал, что они это не используют? Вернее, почему я решил, что не используют всходящие? Как я понял из речи Ами, даосы являются элитой, аристократией и правителями