Христианство как новая жизнь. Беседы с ищущими Бога - Александр Балыбердин

Что это – как не вражда мiра сего против Христа и Его учеников?

В итоге современный человек, кажется, напрочь забыл о том, что он является жителем двух миров. Чтобы убедиться в этом, не надо проводить широкомасштабных исследований, можно просто заглянуть в свой почтовый ящик, достать любую из выходящих многотысячными тиражами бесплатных газет и пролистав ее, попробовать среди тысяч строк найти хотя бы одну о «свышнем мiре». Результат предсказуем.

Как любовь стала «мотивацией к формированию парных связей»

Конечно, небо никуда не делось. Но, глядя на него, современный человек, как правило, видит лишь «слой атмосферы, который в лучах света солнца виден с поверхности земли оттенком синего цвета», как определяет небо «Википедия». Попробуйте намекнуть вашему образованному другу, что вокруг него существует другой, невидимый, нематериальный, но не менее реальный духовный мир, и он так внимательно посмотрит на вас, что сразу захочется сказать: «Шучу, шучу». Иначе дело может закончиться госпитализацией.

Особенно далек от этой мысли человек «рожденный в СССР», которому с детства твердили, что вокруг него существует только один вид объективной реальности – материя111. Следовательно, небо – это всего лишь небо, а любовь – результат «сублимации человеком первобытной сексуальности», характеризующийся особым уровнем гормонов допомина и окситоцина в теле человека, или, говоря языком нейробиологии, «дофаминэргическая целеполагающая мотивация к формированию парных связей»112. Вот только как с такой «мотивацией» «положить душу свою за други своя» (Ин. 15, 13), что, собственно, Христос и назвал любовью113.

Конечно, Христос не говорил, что мiрской любви не существует. Она существует, и как все материальное, зависит не только от продолжительности действия гармонов, но также от величины зарплаты мужа, окружности талии супруги, количества квадратных метров на одного члена семьи, степени густоты борща, стоимости гардероба, периодичности поездок на море и частоты волос на голове – то есть от времени и пространства. А поскольку все, что зависит от времени и пространства конечно и ограничено, то конечна и ограничена и сама мiрская любовь. Уровень окситоцина снижается, и она заканчивается.

В том-то и дело, что Христос ждет от нас другой любви. Он говорит: «Заповедь новую даю вам, да любите друг друга» (Ин. 13, 34). Если бы речь шла об обычной мiрской любви, которую люди знали и до Христа, то Он не сказал бы «заповедь новую даю вам». В том и новизна этой заповеди, что Христос говорит о новой любви, которой земной мiр не знает, потому что она не от мiра сего, а от мира Небесного, и дает ее Сам Бог. Это та жертвенная любовь, которой «так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную» (Ин. 3, 16). Именно эту любовь Христос просит Бога Отца послать Его ученикам: «Да любовь, которою Ты возлюбил Меня, в них будет» (Ин. 17, 26). И мы называем эту любовь Божественной не для того, чтобы придать особый вес обычному человеческому влечению, круто замешенному на гормонах, а чтобы указать на подлинный источник духовной любви – Бога.

Если за пять – шесть лет, пока еще действуют гормоны, семья не проходит путь от земной любви к любви небесной, она, как правило, распадается. Не здесь ли кроется ответ на вопрос, почему в современной, «обезбоженной» России распадается более половины браков? Не потому ли, что мы уже несколько поколений живем без «неба» в его христианском понимании, которое стало для миллионов людей не более чем частью атмосферы?

Конечно, не надо впадать в уныние и переоценивать успехи атеистической пропаганды, которая гордо именовала себя «научной» и гордилась нелепыми выдумками про то, что «космонавты в космос летали и Бога там не видели». Как-то раз, услышав эти слова от внука – пионера, верующая бабушка спросила: «Ну, так может они просто не далеко отлетели, потому и не видели»? Затем добавила: «А почему космонавты решили, что Бог – Творец всей Вселенной летает только вокруг Земли, и что Он видимый?». И уже с сожалением заключила: «Чего только человек не придумает, лишь бы в церковь не ходить!».

Этой бабушке, которую атеистическая пропаганда называла «отсталой» и «темной», было известно, что Царство Божие не помещается ни в космосе, ни в параллельном измерении. Потому что оно – «не от мiра сего». При этом, как и материя, Царство Божие также реально и ощутимо. С той лишь разницей, что материю можно почувствовать кожей и описать в привычных характеристиках материального мiра, таких как вес, объем, размер, а духовную реальность Царства Божия можно почувствовать не кожей, а духом и описать в категориях духовного мира. Как сделал это апостол Павел, определив Царство Божие как «праведность и мир и радость во Святом Духе» (Рим. 14, 17).

Доказательство от противного

Тем, кто считает, что все это – метафизика, можно предложить чисто научный метод – «доказательство от противного», которое часто используется в математике, называемой «царицей наук». Предположим, что духовной реальности не существует, и человек может «жить только одним хлебом», то есть одними материальными интересами. Из этого следует, что, чем больше у человека материальных благ, тем более он счастлив. Однако озабоченные лица владельцев крутых машин убедительно опровергают это мнение.

Об этом также свидетельствует печальная статистика самоубийств, согласно которой ежегодно более 15 тыс. человек (1,4%) совершают самоубийства из-за «пресыщенностью жизнью». Это даже больше, чем количество самоубийств, совершенных из-за различных физических болезней, в том числе неизлечимых (1,2%). Известно, что самоубийству, как правило, предшествует депрессия, а та в свою очередь бывает вызвана тем, что человек требует от мiра того, что мiр не может ему дать.

Человек требует вечной, но чувственной, материальной любви. Но, поскольку одной из форм существования материи является время, действие гормонов проходит, а с ним проходит и мiрская любовь. Согласно статистике ВОЗ практически половину от общего числа самоубийств у подростков до 16 лет составляют суициды из-за неразделенной любви. «Того же поля ягоды» – распавшиеся браки и супружеские измены, после которых людям кажется, что «любви на свете нет» и «жизнь потеряла смысл». На самом же деле вечной является только духовная любовь, в основе которой лежит не «ты мне нравишься» или «мне от тебя хорошо», а «я готов за тебя умереть». Но эта любовь, не от мiра сего, а от Бога.

Человек требует мiрского, то есть материального благополучия, в основе которого лежат стабильность и успех. Но, поскольку одной из форм существования материи является движение, успех не стабилен, и потому человек вынужден постоянно бороться за свой социальный статус. Потеря работы, перевод на менее оплачиваемую должность, крах бизнеса – все это воспринимается трагически. Особенно человеком, для которого существует лишь один видимый, материальный мiр. Это оборачивается комплексом, который психологи называют «комплексом короля Лира» – по имени главного героя пьесы Уильяма Шекспира, умершего от горя. Пережить его могут не все. Поэтому во многих странах, в том числе в России, статистика фиксирует пик самоубийств среди мужчин в возрасте 45 лет. Словно подтверждая распространенное в мiру мнение о том, что, если к этому возрасту мужчина не состоялся – не смог «посадить дерево, построить дом и родить сына», то его жизнь «не удалась».

Но даже в развитых странах, где «жизнь удалась» и благодаря развитой социальной сфере удается поддерживать достойный уровень жизни человека, в том числе в старости, кривая индекса самоубийств, начиная с возраста 60—65 лет, снова идет в рост. Словно пожилые люди хотят сказать словами Екклезиаста: «Все суета! Что пользы человеку от всех трудов его, которыми трудится он под солнцем? Род проходит, и род приходит, а земля пребывает во веки… Не может человек пересказать всего; не насытится око зрением, не наполнится ухо слушанием. Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем» (Екл. 1, 2—10).

Каждое самоубийство – это крик отчаяния, результат глубокого разочарования в материальном мiре, в котором «все идет в одно место: все произошло из праха и все возвратится в прах» (Екл. 3, 1—20). Достаточно выглянуть в окно или включить телевизор, и увидеть, что, на самом деле, в окружающем мiре, по слову нашего современника, сербского богослова преп. Иустина Поповича (+1978), «все рушится, ломается, распадается и пропадает. Нигде нет порядка, цели, ибо нет Того, в Котором только и может быть познана суть каждого существа и твари, в Котором каждый может найти свое истинное место в мiре и делать свое дело»114.