Сатанинская библия - Антон ЛаВей

В противоположность всей магической теории, освобождение этой силы проявляется не в пролитии крови, а в смертных муках живого существа. Разрядка биологической энергии — тот же феномен, что проявляется в глубоком усилении таких проявлений человеческого существа, как сексуальный оргазм, слепая ярость, смертельный ужас, всепоглощающее горе и т. д. Из всех этих эмоций самые простые в достижении по собственной воле — сексуальный оргазм, а также гнев и горе, уступающее некоторым образом предыдущим двум чувствам. Памятуя о том, что первые две наиболее достижимые эмоции (сексуальный оргазм и гнев) выжжены набожниками в подсознании как «грешные», неудивительно, что они избегаемы «белыми» волшебниками, влачащими величайшее бремя вины из всех людей! Тупая ослиная абсурдность нужды убийства невинного живого существа в ритуале, практиковавшегося «колдунами» прошлого, есть, очевидно, меньшее из зол, когда требуется разряд энергии. Эти бедные глупцы, мучимые угрызениями совести, называвшие себя ведьмами и колдунами, скорее были готовы отрубить голову козлу или цыпленку в попытке использовать их предсмертную агонию, нежели «богохульно» мастурбировать пред ликом Иеговы, которого, по их утверждениям, они же и отрицали! Единственный способ, которым эти мистические трусы могли ритуально освободить себя, была агония чужой смерти (на самом деле, по доверенности, — своей собственной), предпочитаемой ими потворствующей силе, производящей жизнь! Шагающие по пути белого света, на самом деле холодны и мертвы! Неудивительно, что эти хихикающие прыщики ^"истического знания" должны были стоять внутри защитных кругов и связывать «злые» силы для того, чтобы чувствовать себя в «безопасности» от нападения — ПОСКОЛЬКУ ОДИН ХОРОШИЙ ОРГАЗМ УБИЛ БЫ ИХ!

Использование человеческой жертвы в Сатанинском ритуале не подразумевает убийства ради "ублажения богов". Символически жертва уничтожается через наговор или проклятие, что, в свою очередь, приводит к физическому, духовному или эмоциональному разрушению «жертвы» способами, которые нельзя затем приписать волшебнику. Сатанист приносит человеческую жертву только тогда, когда она может послужить двум целям сразу: для освобождения волшебника от зла в форме проклятия и, что более важно, для избавления от весьма отвратительного и заслуживающего того индивидуума.

НИ при каких обстоятельствах Сатанист не приносит в жертву животное или ребенка! Веками пропагандисты правоверного пути лепетали о предполагаемых убийствах маленьких детей и сладострастных девиц, приносимых дьяволопоклонниками в жертву. Естественным было бы предполагать, что любой, читающий или слушающий эти истории, немедленно испросит подтверждения их достоверности, подвергнув сомнению пристрастные источники этих сказок. Но, в противоположность этому, как и вся "святая ложь", принимаемая без оговорок, этот Сатанинский "modus орerandi" существует и по сей день!

Причины, по которым Сатанисты не могут совершать подобных действий, ясны и логичны. Человек, равно как и животное, является божеством для Сатаписта. Чистейшая форма плотского бытия таится в телах животных и детей, которые еще недостаточно выросли, чтобы подавлять свои естественные желания. Они могут воспринимать то, о чем взрослые не могут и мечтать. Поэтому Сатанист рассматривает эти существа со святым убеждением, что может научиться многому у этих естественных волшебников мира сего. Сатанисту известно об обычае, бытующем среди последователей пути Агарти — богоубийстве. Ввилу того, что боги всегда создаются по образу и подобию людскому, а средний человек ненавидит себя за то, что он находит в себе, — неизбежное должно произойти: жертвоприношение бога, представляющего человека. Сатанист же НЕ ненавидит ни себя, ни богов, избранных им, и не имеет желания разрушать себя или того, кому он привержен! По этой же причине он никогда не принесет осознанного вреда животному или ребенку.

Возникает вопрос: "Кто же тогда должен считаться подходящей и должной человеческой жертвой, и как следует принимать решение в отношении такого человека?" Ответ очень прост. Любой, кто поступил с вами неправильно, — тот, кто "сошел со своего пути", чтобы причинить вам вред, кто намеренно вызвал неприятности и трудности для вас и тех, кто вам дорог и близок. Короче говоря, человек, напрашивающийся на проклятие своими действиями.

Когда человек своим предосудительным поведением практически кричит о том, чтобы его уничтожили, то, без сомнения, ваш моральный долг состоит в том, чтобы исполнить его желание. Человек, не упускающий возможности «зацепить» других, часто ошибочно называется «садистом». Но, на самом деле, этот человек — заплутавший мазохист, напрашивающийся на свое уничтожение. Причина, по которой такие люди злобно нападают на вас, состоит в том, что они боятся либо вас, либо того, чего вы представляете, либо же обижены вашим счастьем. Они слабы, подвержены опасности и ходят по зыбкой почве, поэтому, когда вы напускаете на них свое проклятие, становятся идеальными человеческими жертвами.

Иногда очень легко просмотреть зло, чинимое жертвой вашего проклятия, если пытаться рассматривать насколько она несчастна на самом деле. Не так легко, однако, восстановить все разрушительные следы вашего антагониста и исправить все испорченные ими ситуации.

"Идеальная жертва" может быть эмоционально подвержена опасности, но, тем не менее, может путем махинаций собственной небезопасности вызвать серьезные нарушения вашего спокойствия, либо запятнать вашу репутацию. "Нервный срыв", "неумение приспособиться к окружающей обстановке", "невроз беспокойства", "ребячье соперничество" и т. д, и т. п., до бесконечности. Все эти синдромы слишком долго были подходящими извинениями для злобных и безответственных поступков. Любой, говорящий, что "мы должны попытаться понять" тех, кто превращает жизнь в страдание для тех, кто не заслужил его, плодит и подстрекает рак общества! Апологеты этих бешеных псов заслуживают любого избиения, получаемого ими от рук тех, кому они попечительствуют!

Бешеных псов уничтожают, но они нуждаются в помощи куда большей, чем те люди, у которых у рта появляется пена, когда лишь речь заходит об иррациональном поведении! Легко сказать: "Ну и что? Эти люди неустойчивы; они не могут причинить мне вреда". Но факт остается фактом — при первой же возможности они уничтожат вас!

Следовательно, у вас есть все права на то, чтобы (символически) уничтожить их, и, если ваше проклятие приводит к настоящему уничтожению, утешайтесь мыслью о том, что вы послужили инструментом в избавлении мира от вредителя! Если вашему успеху или счастью мешает кто-либо, — вы перед ним ни в чем не обязаны! Он заслуживает участи быть раздавленным под каблуком! ЕСЛИ БЫ ЛЮДИ ОЩУЩАЛИ ПОСЛЕДСТВИЯ СОБСТВЕННЫХ ПОСТУПКОВ, ОНИ БЫ ДУМАЛИ ДВАЖДЫ!

Жизнь после смерти через удовлетворение Эго

Человек знает, что рано или поздно он умрет. Другие животные при приближении смерти чувствуют ее, но до этого момента животное вряд ли подозревает о своем уходе из мира сего. И, даже, когда смерть рядом, оно не знает, что точно кроется за последней чертой. Часто отмечается, что животное принимает смерть милостиво, без страха н сопротивления. Прекрасная концепция, верная, однако, лишь в тех случаях, когда смерть для животного неизбежна. Когда животное больно или ранено, оно будет бороться за свою жизнь до последней капли силы, оставшейся в нем. Эта неодолимая воля к жизни дала бы человеку, не будь он столь "высоко развит", необходимый боевой дух, в котором он так нуждается для того, чтобы выжить.

Общеизвестен также тот факт, что множество людей умирает лишь потому, что они сдаются и им уже на все наплевать. Это вполне понятно, если человек болен и на выздоровление у него нет уже никаких шансов. Но часто и это не является истинной причиной смерти. Человек стал ленив. Он научился выбирать легкие пути. Даже самоубийство для многих становится менее отталкивающим, нежели другие грехи. И обвинять в этом следует только религию. Смерть во многих религиях преподносится как великое духовное пробуждение (конечно же, для тех, кто приготовился к загробной жизни). Эта концепция очень привлекательна для тех, чья жизнь не удовлетворяет их, но тому же, кто познал все радости, которые может предложить жизнь, смерть видится неким великим и ужасным катаклизмом, страхом высшей инстанции. Так и должно быть. И именно жажда жизни позволяет плотскому человеку продолжать жизнь после неизбежной смерти его телесной оболочки.

История показывает, что люди, посвятившие жизнь поискам идеала, были обожествлены за свое мученичество. Набожники и политики очень искусны в составлении своих планов. Преподнося мученика в качестве сияющего примера для всех людей, они пытаются уничтожить реакцию здравого смысла на нелепость самоуничтожения, идущего, к тому же, против животной логики. Для Сатаниста мученичество и неолицетворенный героизм связаны не с подвижничеством натуры, а с ее тупостью. Это, конечно же, не касается ситуаций, в которых затрагивается безопасность любимого человека. Но отдать свою собственную жизнь за нечто не личное, такое, как политическое или религиозное убеждение, есть ничто иное, как высшее проявление мазохизма.