Хозяин - Михаил Валерьевич Садов

А вот с бумагой могло получиться нехорошо, реши я все-таки попробовать реализовать ее из нашего мира. В этом плане Марго правильно сделала, что остановила меня от такого шага. На мой осторожный вопрос по поводу этой продукции Афанасий Соринович повздыхав, признался, что на бумагу высшего сорта наложено вето царским приказом запрещающим свободную торговлю. Так что я мог с таким товаром попасть прямо в застенки.

Другое дело свечи и воск для него. Этот товар скупали многие, ибо магических светильников не хватало на всех. Да и в храмах принято ставить именно свечи. В общем основной товарный ряд оказался не столь уж и богатым на разнообразие. Все остальное это либо запросто покрывалось местными умельцами, либо неизвестно здесь или просто было опасным для реализации.

Так что никаких тебе изделий будущего было просто не реализовать — сожгут на костре местные инквизиторы из сыскного приказа или же просто казнит царская стража. Это я все понял по осторожным расспросам нашего купца, что лишь подтвердило все то, о чем мы ранее разговаривали с Марго.

Единственный шанс избежать такого исхода, это получить личную протекцию царицы, которая бы защищала от нападок ненавистников магии и других обдолбанных фанатиков. Учитывая мой псевдо-дворянский статус добиться этого будет нелегко. Так что решить эту проблему требовалось как можно скорее, чтобы не оказаться на дыбе или плахе.

Уже опосля, после того как слуги купца забрали мешки с товаром, а нам на руки передали золото, распрощавшись с купцом мы смогли перевести дух оставшись в доме Давида одни.

— Уф, а это было тяжело, — устало развалившись на стуле, признался я, уставившись в потолок. — Давид, а у тебя есть что выпить? Мне кажется, это стоит отметить.

— Это я мигом, только проверю как там Ася.

И пока он ходил я смог наконец-то переговорить с Марго.

— Ты как? — Поинтересовался у мрачной девушки, что после ухода купца выглядела крайне нервной.

— Никак, — проворчала она. — Уже к вечеру отец будет знать, что я в городе и как меня найти. Этот купец скорее всего уже отправил к нему гонца.

— Зачем же тогда вмешалась?

— Да потому что он и так узнал меня!

— А? Так вот о каких партнерах он говорил… видимо решил, что я как-то связан с твоим отцом или же ты мне помогаешь, используя его связи?

— Как видишь, — раздраженно проворчала она, цокнув языком. — Тц, и ведь никакая маскировка не помогла — глазастый какой. А ведь отец брал меня на встречу с этим купцом всего лишь пару раз.

— Так выходит, что он, и правда, партнер твоего отца?

— Да, — кивнула она. — В последний год отец решил начать вводить меня в курс своей работы, вот и таскал всюду с собой на сделки — знакомил с людьми, обучал как с ними общаться.

— М-да, это…

— Мне придется уйти! — Неожиданно выдала девушка, заставив меня удивленно замолчать. — Если он найдет меня, то все будет напрасно! Максим, можно я укроюсь в твоем мире? Там так интересно, а я не хочу выходить за муж или принимать дело отца!

— Да не спеши ты с выводами! — Попытался было вразумить ее — такой напуганной она не выглядела даже когда я познакомил ее с Кет. — Уверен, что мы что-то придумаем. Да и вечно бегать от своего собственного отца, это тоже не выход.

Надо было срочно как-то заглушить начавшуюся истерику у девчонки, а то мне она в первую очередь нужна здесь, а не там. Я же не справлюсь один без ее помощи и знаний местных реалий! Вот только я даже не знал, что сказать, чтобы успокоить ее — ну не мое это, не умею я сбивать истерики у девушек.

— Может стоит просто с ним поговорить и объяснить, что не хочешь принимать его дело или выходить замуж?

— Да ты просто не представляешь на что он способен если принял решение! Он на тебя натравит всех своих волкодавов, как только узнает у кого я пряталась все это время, а меня он-он… да он, — чуть ли не дрожа начала придумывать она. — Выдаст замуж!

— Он твой отец, — неожиданно раздался голос Давида, который появился на кухне с двумя бутылками чего-то явно алкогольного. — Простите, что вмешиваюсь, но являясь отцом, думаю, что понимаю кое-что в этом деле.

— Да что… — хотела что-то сказать девушка.

— Подожди, — вновь прервал он ее, поставив бутылки на стол чем вызвал еще больше моего удивления — раньше я не замечал в нем такой смелости хотя он ни мог не понимать чьей дочерью она является. — Я понимаю, что ты хочешь сказать, но дай договорить. Любой родитель, каким бы он не был строгим или же жутким человек все же желает счастья для своего ребенка. Особенно если это отец и дочь. И поверь, возможно он и хочет устроить твой брак так, чтобы еще и получить выгоду с этого, но при этом я уверен… Ну вот на все сто процентов уверен, что он не желал тебе зла. Ты не думала вообще поговорить с ним насчет того, что ты хочешь сама?

— Что? Поговорить? — Она выглядела по-настоящему ошарашенной, а я пожалел, что сейчас под рукой нет попкорна.

Хотя есть же что выпить! — Неожиданно посетила меня мысль, когда мой взгляд снова вернулся к бутылкам на столе, а потом заметил недалеко на кухонной полке кружки, после чего решил взять на себя инициативу по разливанию вина на три персоны. — Жаль, что не коньяк. Кстати, а в этом мире коньяк вообще производят? Надо будет уточнить насчет перепродажи алкоголя.

— Давид, да ты вообще понимаешь о чем говоришь? — Между тем распылялась моя юная помощница. — Он стал бондом не за просто так, а вполне заслужено. Я, конечно, его люблю, но при этом это жесткий и крайне мстительный человек. Да ему слова-то поперек нельзя сказать, задавит авторитетом, а то и в воде утопит. Да как ему вообще можно хоть как-то возражать?

Ох уж эта извечная проблем отцов и детей, — мысленно покачал головой, закончив разливать и попробовав первым винца. — Хм, а могло быть и хуже, а так… пойдет, пожалуй.

— Так значит не говорила,