Утраченный идеал - Дэйв Дункан

Дошедшие до Великого Магистра слухи и сплетни только подтвердили предположение о том, что король отправляет Вассайла за невестой. После событий Тенкастерского заговора Ательгар понял, что статус холостяка – ценное политическое орудие, и пользовался им умело и долго, вызвав озабоченность Парламента, потребовавшего принятия мер для обеспечения наследника. И вот, как стало известно гвардии, король сделал выбор и собирался послать своего самого верного подданного для подписания брачного договора и сопровождения счастливой невесты в ее будущий дом. Но даже Хазард не знал, кто же эта избранница.

– В курсе дел должен быть Вишез, ведь он посещает заседания Тайного Совета, но от него никто не слышал связного предложения. Мы перебрали всех возможных кандидаток в Эврании. Отбросили с десяток тех, кому за сорок или у кого, например, заячья губа. Осталось около дюжины. Не забывай, Ательгару по вкусу молоденькие.

Еще один взмах флагом. Хазард застонал, как от боли. Вероятно, в его кошельке уже образовалась немалая дыра.

– Два ноль! Что же это сегодня с Бомоном?

Ничего. Бо уже давно мог бы нарисовать на пластроне Седрика какую-нибудь незабудку, но намеренно не делал этого. Пропустив два укола, он должен был теперь выигрывать со счетом три два или проигрывать. Такой исход спасал бы Седрика от унижения и был бы неплохой шуткой. Рассуждая таким образом, Аркелл не пытался анализировать бой – эти двое были слишком быстры для него. Он просто хорошо знал Бо.

– Так ты действительно не знаешь, куда вы отправляетесь? – жалобно спросил Хазард.

– Нет. Да мне все равно. – Приключения на чужбине совсем не то, что унылое времяпрепровождение в Грандоне. – Хорошо, что Бо дерется не с де Роже.

2

Изданный лордом Хейвиком душераздирающий вопль был слышен от продуваемых ветрами чердаков до полуподвальной кухни. За воплем последовали проклятия, перемешанные с всхлипами.

Ожидавший в коридоре мастер Уильям Меррисок понял, что слуга его светлости Паулет только что откинул шторы и впустил в комнату солнечный свет. Меррисок вошел в спальню. Осколки стекла, бутылки, разбросанная одежда и тяжелые винные пары объясняли, почему нервная система лорда Хейвика находится в столь удручающем состоянии. Угрозы становились все более мрачными, но на этот раз по крайней мере в постели посланника никого не было.

– Доброе утро, ваша светлость, – лишь слегка повысив голос, сказал Меррисок. – Мне бы не хотелось нарушать ваш заслуженный отдых, но время близится к полудню, и некоторые обстоятельства требуют внимания вашей светлости.

Меррисок прошествовал к окну и окинул взглядом шумные улицы Лавилля – он предпочитал не смотреть в глаза хозяину, зная, что не увидит там ничего хорошего. Такое уж утро. Идиот Хейвик исполнял обязанности посла Шивиаля, а Меррисок – первого секретаря, и это означало, что второй делал всю работу, а первый пожинал плоды.

И собирал счета.

Семья Хейвиков избежала королевского гнева только потому, что предыдущий граф умудрился умереть до того, как его имя вписали в списки заговорщиков, а нынешний оказался слишком глуп, чтобы заслужить доверие противников Ательгара. Усомнившись в преданности Хейвика, король после недолгих раздумий отправил простофилю послом в Исилонд. Служба эта была почетная, но и весьма дорогостоящая, о чем позаботился Ательгар. Средства графа подходили концу. Он пытался держаться, забывая оплачивать долги, к которым отнес и жалованье первого секретаря.

К счастью, кое-какие ресурсы у Меррисока еще оставались.

– Что еще за обстоятельства? – донесся с кровати шепот умирающего.

– Лорд Вассайл с эскортом будет здесь до заката.

– ?..

Меррисок вздохнул:

– Ваша светлость, конечно, помнит, что Регент удовлетворил вашу просьбу о выдаче охранной грамоты лорду Вассайлу как шивиальскому послу с неограниченными полномочиями и его свите в сто человек.

В очередном стоне неясно прозвучало слово «зачем?».

Приготовив бритвенные принадлежности его светлости, Паулет предпринимал не слишком активные попытки убрать в комнате и разложить одежду графа. Его неторопливые движения давали основания предположить, что слуга старается запомнить, о чем идет речь. Меррисок располагал уликами, указывающими на то, что Паулет получает деньги от секретных служб гевилианцев и исилондийцев.

– Его величество не поставил нас в известность о целях миссии лорда Вассайла. Мы лишь уведомлены, что в Исилонде он долго не задержится.

Другие могли строить догадки, но Меррисок не сомневался, что Ательгар отрядил своего доверенного дружка за невестой. Но, конечно, не за какой-нибудь местной нимфой. У короля-инфанта не было близких родственниц, а его дядя регент вовсе не намеревался позволять кому-то из знати связывать себя тесными узами с опасным соседом, ведь это давало бы Шивиалю повод вмешиваться в политику Исилонда на протяжении ближайших столетий. Вот почему всех в Эврании интересовало, куда отправится лорд Вассайл из Лавилля. Тщательно собрав разрозненные указания, Меррисок уже ответил на этот вопрос. – Вашей светлости нужно выехать ему навстречу. Хейвик взвыл. – Выехать? – Как и предусмотрено охранной грамотой, эскорт лорда Вассайла остановится за крепостными стенами. Соответствующие распоряжения уже отданы. Сегодня вечером будет устроен небольшой прием. Дополнительный штат, затребованный вашей светлостью, нанят. Аудиенция, несомненно, состоится во дворце… Банкеты назначены на последующие вечера. Библиотека переделана в кабинет, где его светлость сможет в частном порядке принять гостей… – А кое-кто хорошо заплатит за список этих гостей. – И так далее.

Посол едва не задохнулся.

– Сколько?..

– Возможно, – с удовлетворением ответил секретарь, – Лорд Вассайл сделает свой вклад.

Он сказал это таким тоном, словно выражал надежду на то, что солнце станет зеленым. Хейвику придется платить и платить. Причем платить наличными, потому что ни один поставщик ничего не даст ему в кредит.

В этот момент звук трубы и треск барабанов известил появление музыкантов, начавших разучивать незнакомую шивиальскую музыку. Его светлость издал еще один предсмертный стон.

3

К северо-западу от города через поля и луга Исилонда медленно тянулась процессия, возглавляемая герольдами со знаменами и серебряными горнами, в которые они дули, проходя мимо поселений или по иным поводам. Большую часть этих наряженных в чудные, яркие одежды глашатаев составляли нанятые по случаю местные жители, но руководил ими сам Динвидди, личный советник лорда Вассайла.