Соискатель - Олег Владимирович Граф

рот Герберта, сломав ему зуб, и вызвав водопад густых, толстых линий крови.

— Не повторяй моих ошибок, мальчик…

И сквозь красно-желтые, плавающие перед глазами пятна, звук удаляющихся шагов.

Лужа крови у ног: «Это из меня столько?». Прижатые к лицу ладони и подкашивающиеся шаги к выходу. «Быстрее. Быстрее домой!».

«Мамочка, ни о чем не спрашивай, я все расскажу позже. Главное знай — все хорошо».

Я всегда был хорошим учеником. На этот раз я понял, что усвоил свой лучший урок в жизни, данный неизвестным преподавателем, на основе его собственного жизненного опыта. Лицо было искалечено жестоко, но это и радовало меня. Потому, что исключало кривотолки ситуации. Несмотря на головную боль и тошноту…

…Я лег на кровать в своей комнате, достал блокнот и, морщась от боли, подумал: «Что это у меня за идея полтора месяца назад в голове мелькала? Интересной мне показалась… Придумать цикл тематических произведений…Научные…сказки…Нет. Фантазия…Придуманное будущее, предсказание развития науки…Эээ…ФАНТАСТИКА! Точно! НАУЧНАЯ ФАНТАСТИКА!».

Глава 6

Утро. Открытые глаза. Включившийся разум.

«Ну ты и идиот!» Отнять у себя себя, взяв чужое! С досады Алексу захотелось вскочить и что есть силы ударить в стену кулаком. Но он только рассмеялся. Рассмеялся в голове.

В нем внезапно выросла сила, как-будто давно в нем посеянная, и ждавшая только, чтобы ее полили, наконец, правильным питательным раствором. Эта сила вызвала нервный смех от нестерпимого ощущения полета внутри, от разросшегося духа, сжатого все эти дни, от новых горизонтов, еще неясных, но уже очевидных. «Чуть не променял жизнь на существование!»

Быстро одевшись и даже не позавтракав, Алекс порывисто, схватил саквояж и буквально бросился к Стилейну в кабинет.

— Мистер Стилейн, Мистер Стилейн! — Дверная дробь заполнила коридор. — Откройте, пожалуйста, мистер Стилейн!

— Алекс, Алекс, что, случилось?! — Стилейн в шелковой пижаме, заспаный, немного смешной.

— Мистер, Стилейн, мне пришло в голову, что хотя я больше и не обязан убирать в номерах, но номер Флоренции мне убрать хочется. Из личных симпатий к ней. Я встал пораньше, чтобы никто не успел до меня начать уборку… — Алекс вскинул руку, — И посмотрите, что я нашел!

Стилейн уставился на покачивающийся в руке сундучок, перевел взгляд на Алекса, а затем мельком взглянул ему на ноги. Потом еще раз. И тут Алекс сообразил, что второпях примчался к Стилейну в форме и… ТАПОЧКАХ, вместо ботинок.

Краска залила лицо, стало не по себе. Долгий, тяжелый брусок взгляда Стилейна, легший на плечи. Все длится мгновение, но оно невыносимо. И вдруг тяжесть ушла. Стилейн слегка улыбнулся, взглянул на Алекса как-то по особенному и, приняв из его рук ценную находку, смущенно произнес:

— Спасибо… эээ… тебе… Эл! Спасибо тебе за то, что ТЫ такой человек!

* * *

Возращение в свою комнату сопровождаемое отчаянно-радостным: «А ведь он ВСЕ понял, оценил! И назвал меня на «Ты»! Впервые! Какой все-таки классный мужик!»

Завтракая, Алекс, еще раз прокрутил утреннюю сцену перед глазами и подумал: «Какая легкость от понимания того, что чужое тебе не нужно. Что существуют ценности выше денег. Что теперь я чувствую, как что-то изменилось во мне и расцвело. Легкость. Счастье! Предчувствие того, что все сложится и что я на пути к чему-то главному, к какому-то ответу.».

Вечером Стилейн подошел к Алексу и сказал:

— Эл, приехала… ээ… Фло! И я, и она приглашаем тебя на ужин в ресторан «Талеон» на набережной. Ты придешь?

— Конечно, мистер Стилейн, это большая честь для меня! — радость и удивление одновременно. «Местечко-то ребята выбрали самое крутое в городе» — подмигнул Алекс сам себе.

— Эл, отныне, я для тебя просто Джордж. Называя меня так, пожалуйста.

— Хорошо, Джжордж, — немного с трудом произнес Алекс, непривычное для него обращение к своему работателю.

Глава 7

Алекс и не подозревал, какую радость доставит ему встреча с Флоренцией. Он понял, что соскучился по ней. Душа ощутила какое-то родственное тепло, когда Алекс здоровался с Фло и Джорджем, и садился за белоснежный, безупречно сервированный стол. Сердце у него защемило при мысли о том, чего бы он себя лишил, не отдав чемоданчик. Не было бы, как сейчас, ощущения полета, счастья, свободы духа, и предчувствия новых свершений.

«Хорошо, что меня приснился сон, где я был Гербертом Уэллсом. Надо же, Уэллсом! Сначала карманником, потом — писателем!» — улыбнулся он про себя.

Стилейн тоже пребывал в приподнятом настроении и был сама галантность и обходительность. Отпустив официанта, он сам так ловко и непринужденно ухаживал за Флоренцей и даже за Алексом, что хотелось зажмуриться от удовольствия.

Непринужденная беседа, смех, с предчувствием важного разговора. До последнего момента Алекс был уверен, что его пригласили для того, чтобы отблагодарить за находку, но понял, что ошибся.

Они немного поели, выпили по бокалу шампанского и тут Стилейн, поставив бокал на стол, сказал неожиданную для Алекса фразу:

— Эл! Ээ… Я не умею складно говорить, и думаю ээ… возможно уже не научусь. Но все же мы с Фло решили, что буду говорить я, от лица нас обоих.

Алекс! Мы сделали с Флоренцией вывод, что ты относишься к той же категории людей, что и мы. Дело в том, что каждый из нас в свое время сделал определенные выборы, которые впоследствии (не совсем плавно конечно) привели нас к нынешнему положению. А оно в свою очередь заключается в том, что мы счастливы! Даже не спрашивая пока тебя ни о чем, я могу предположить, что тебе уже знакомо это ощущение. Ведь очевидно, что и ты стоял перед глобальными выборами в своей жизни не раз.

Алекс не отрываясь, смотрел на Стилейна, который продолжал:

— Но то, что тебе, возможно, показалось глобальным выбором, на самом деле просто конечный выбор в цепочке предыдущих, равных по значению. Просто он сделан уже совершенно осознанно, в отличие от многих выборов до этого.

Такие осознанные выборы способны делать только те люди, которые непрерывно думают и пытаются понять свое предназначение и положение в этом мире.

Каждый однажды задает себе впервые вопрос: «Что делать дальше и для чего он пришел на нашу Землю?» Мы с Флоренцией — не исключение. Нам понадобились многие годы, для того, чтобы что-то осмыслить. Мы развивались параллельно. Встречались, делились друг с другом своими наблюдениями, и результат состоялся! Мы занимаемся любимым делом, при этом занимаем то положение в нашем обществе, которое сами для себя задумали очень давно.

Фло взяла бокал с шампанским со стола, отпила глоток и кивнула, подтверждая слова Джорджа.

— Единственное,