Притворная дама его величества - Хельга Блум

о том, что мне к лицу, а что нет, какие оттенки подчеркивают мою внешность, а какие нет.

Выходит, что в королевском дворце все же есть люди со вкусом. Интересно, почему же тогда мои комнаты обставлены так, словно их интерьер создавал человек, не различающий цветов? Чье же воспаленное воображение породило эту ужасающую смесь оранжевого и фиолетового, приправленную кошмарным бордо и громоздкой мебелью? Неужели моя предшественница считала это красивым?

Покончив с переодеванием, я попросила камеристку проводить меня к кухням.

- Но, донна Верне.. – запротестовала Лилибет и ее светло-голубые глаза расширились от ужаса.

- Разве его величество не сказал, что я могу ходить куда пожелаю? Я желаю увидеть, где готовятся восхитительные блюда, которые подаются на королевский стол. Мне также необходимо переговорить с главным поваром. У меня очень слабый желудок, не выносящий тяжелой пищи, - твердо припечатала я.***

Королевская кухня бурлила и кипела. Сновали туда-сюда поварята, судомойки мыли посуду, повара и кухарки резали и жарили, варили и парили. Начищенные до блеска кастрюли и сковороды шипели на огне.

Каждый был занят своим делом. Высокий худощавый мужчина в розовом переднике нежно мурлыкал что-то воздушному бисквиту, украшая его фруктами. Казалось, этот человек пребывал в каком-то своем мире, не обращая внимания на толчею и шум вокруг. Молодой парень жарил на вертеле кур, то и дело украдкой протягивая краюшку, чтобы собрать на хлеб немного жира. Суровая женщина с пронзительным взглядом, занимавшаяся какими-то овощами, ловила его за этим и щедро отвешивала ему подзатыльники.

Лилибет, приведшая меня сюда, куда-то исчезла, растворившись в шумной атмосфере кухни.

- Равняйсь! – отчеканил чей-то тихий, но строгий голос. – Смиррр-на!

Кухня тут же замерла. Перестали звенеть ложки, остановилось движение ножей, опустила тряпку судомойка, повар, занимавшийся бисквитом, отложил фрукты в сторону, поваренок, жарящий кур, выпрямил плечи, принял серьезный вид и бесшумно провернул вертел. Смешливый юный поваренок, хохочущий со своей товаркой за чисткой овощей, мгновенно вытянулся во фрунт.

- Кто явился ко мне в кухню? – сурово вопросил голос откуда-то из глубины помещения.

Я шагнула вперед.

- Добрый вечер! Я бы не отказалась от чашки кофе на сон грядущий.

Навстречу мне из подрагивающего от жары воздуха выплыла крохотная фигурка. Женщина, представшая передо мной, ростом была едва ли более пяти футов**. Возможно, пять футов и два дюйма***. Худощавого сложения, её, кажется, мог бы снести даже порыв ветра, позволь она ему такую вольность. По ее лицу, однако, было видно, что ни ветру, ни кому-либо еще, подобную фамильярность она бы не простила.

- И для этого вы явились в мою кухню и переполошили моих поваров? – она окинула меня пронизывающим взглядом, оглядывая все, начиная от выбившихся из прически прядей и заканчивая удобными, но не слишком модными туфлями, на которые мне с таким трудом удалось уговорить Алистера.

Женщина стояла, держа руки за спиной. Её белоснежная одежда практически светилась в ярком освещении, создаваемом магическими светильниками. Ни единой пряди волос не торчало из-под кипенно-белой шляпы клош****. На поясе её, посверкивая, висела солидная связка ключей.

- Возвращайтесь к работе, - такое чувство, словно приказ она отдала одним лишь выразительным движением темной брови, а вербализация нужна была исключительно для вида.

Кухня молниеносно вернулась к прежнему ритму. Пауза длилась меньше минуты. И вновь воцарился хаос, но теперь я знала, что хаос четко контролируется этой крохотной женщиной в белом.

- Кэрри, осторожнее с подливкой, аромат слишком интенсивный. Убавь огонь, иначе готовое блюдо будет пресным, - бросила она в сторону и румяная высокая девушка тут же бросилась исполнять поручение. - Итак, была какая-то причина для того, чтобы явиться сюда и пугать моих работников? – ухитряясь каким-то неведомым образом смотреть на меня сверху вниз, поинтересовалась она. Темно-серые глаза готовы были уловить малейший признак слабости незваной гостьи. Строго поджатые губы выражали пока еще молчаливое неодобрение. Она словно бы давала мне последний шанс оправдаться, прежде чем от меня останется только горстка пепла, ибо испепелять взглядом эта женщина явно умела.

Так, сейчас главное не дать слабину. Я сильная, я умная. Я, в конце концов, королевская фаворитка. Я грею постель королю и имею право распоряжаться здесь всем, чем пожелаю.

- Ах, прошу прощения, ни в коем случае не намеревалась вам мешать, - сладким, словно медовые пирожные, которыми сейчас занимается пожилая длинноносая кухарка, голосом сказала я. – Просто мне показалось, что уместно будет заглянуть и увидеть, где творится магия. А заодно сообщить, что я не выношу жирной пищи, - скроив самую простодушную рожицу, на которую только способна, я приторно-любезно улыбнулась и похлопала длинными ресницами.

Не переставая улыбаться, я цепким взглядом прощупывала кухню. Итак, дверей здесь достаточно. Вон та дальняя дверь с зарешеченным окошком ведет во двор. Мог ли через нее войти кто-нибудь и подсыпать яд в королевский пирог? Лестница, по которой я спустилась, просматривается со всех сторон, посторонний едва ли проскочит, пока этот цербер в шляпке сторожит вход, но лакеи, слуги и служанки.. Подкупить могли любого из них.

Ладно, что еще может представлять опасность для моего работодателя.

За большой плитой в дальнем углу виднеется еще пара дверей. Скорее всего, кладовые. Для меня они бесполезны. Травить окорока и сыры смысла нет. Такая еда может попасться любому. При дворе полно стервятников и всем им нужна пища. Здесь питается огромный штат слуг всех рангов, стражники, гости короны, придворные дамы и господа. Нет, добавлять яд в еду, которая может достаться кому угодно – бессмысленная идея. Наш злоумышленник слишком умен для этого. Он знал, что тот пирог приготовлен специально для короля. Едва ли это был первый встречный. Человек, прокравшийся в кухню с улицы, не может знать, какое именно блюдо предназначено для его величества.

Осторожно спрятав руку в складках платья, я пустила заранее подготовленный крохотный магический импульс. Если здесь недавно колдовали, мне не помешает это узнать.

Моя собеседница в белом, между тем, скрестила руки на груди и спокойно ответила:

- Так не носите никуда жирную пищу, и не будет проблем. Разве такой благородной донне, как вы нужно что-нибудь носить? Для этого у вас есть уйма слуг, - едва заметное пренебрежение проскользнуло в её голосе. – А теперь, если уважаемая донна позволит, мы все вернемся к своей работе. Сомневаюсь, что его величеству понравится сгоревший ужин.

- Разумеется, - высокомерно задрав подбородок, отчеканила я. Маячок вернулся ни с чем. Не знаю, что творится на королевских кухнях, но колдовства здесь точно нет.