Блаженны миротворцы - Максим Далин

В общем, Гедону была показана такая подробная козья морда, что Чиеола перестала казаться гедонцам самой большой в Галактике проблемой. Обитающие на Гедоне двуногие без перьев задолбались объяснять ближним и дальним соседям, что они — разумные существа: в это никто особенно не верил.

Их планы очищения Галактики от нелюдей увяли и скукожились, не успев расцвесть — гедонцам дали почувствовать на собственной шкуре, каково быть для всех изгоем и выродком. Я слышал, что диктатор объединённого Гедона застрелился — но его согражданам предстояло жить дальше и расхлёбывать кашу, которую они дружно заварили под его чутким руководством.

Мой астероид, на котором похоронена Дилайна, теперь находится в системе звезды Чиеолы. Это мемориал Чиеолы и наше с Гелиорой священное место: рядом с могилой Дилайны поставили чиеолийский обелиск с именами трёх её мужей. Вокруг Дилайны цветут розовые колокольчики с Йтен, а обелиск опушил чиеолийский багровый и жёлтый мох. Наш камешек имеет в чиеолийском небесном атласе собственное имя: его зовут Сердце Союза. Его орбита неприкосновенна, и сам он охраняется. Мы теперь бываем там с малютками. Чиеолийцы бывают тоже — они оставляют цветы по-нашему, по-человечески, и прядки посредниковой шёрстки, обвязанные ниточками с женской одежды — по-своему: мачта с маячком вся в этих цветных пушинках и ниточках.

Снурри никак не может мне простить, что я дал чиеолийцам разрешение на одну вещь, а его не спросил: теперь у них в Столице Мира, напротив здания Совета Матерей, памятник стоит. Кусок гедонской рубки, вырубленный из красной скалы — и мы все, каменные и прекрасные. Мы с Гелиорой и Посредником, изображаем семейный портрет, Снурри, Эльдар и мохнарики с бластерами — вроде как охраняют нас от зла, Кехотч бдит в пустую оптику. Доблестные бойцы за мир. Смех и грех.

Но Снурри ещё помнит, как убеждал меня опасаться Гелиоры. Ему до сих пор стыдно — видишь, даже слушать не стал.

Мы все видели, как Посредник выносил гелиориных девочек. Дочери стаи, я бы сказал: жили у Посредника на боках, в полупрозрачных пузырях, прямо за железами с выделениями. В один прекрасный день эти пузыри ровненько разошлись посередине, будто кто «молнию» расстегнул — и мы с Гелиорой их вынули, маленьких и серебряных. Размером они были меньше, чем человеческие новорождённые дети, но шустрее — и могли самостоятельно питаться. Как там у них устроено: мама — это опыт, Посредник — это пища, а папа — это защита. Нормальное чиеолийское семейство.

Они уже совсем большие, наши девочки… Когда мы возили Посредника на экспериментальную станцию, а потом у него появились детёныши, малютки были просто в восторге. Огорчились, когда пришлось их отдать — но вместе с нами не может жить десять Посредников.

Никто из наших больше не верит в суперпаразитов, которые откладывают зародыши во всех подряд. Но Мейна большая, а Галактика — ещё больше.

И желающие делить всех её обитателей на правильных и неправильных, всё никак не переведутся окончательно.

К сожалению.