Звезда заводской многотиражки 2 (СИ) - Фишер Саша

Это было короткое письмо, адресованное Эдику. Почерк незнакомый, да и с чего бы?

«Эдик, здравствуй! Хочу попросить о небольшом одолжении. У вас недавно работает новый журналист, И.М. Пожалуйста, разузнай о нем побольше? О его семье, о прошлом, что он любит, что не любит и т.д. Это не для меня, это для подруги, ты ее не знаешь, а сама она обращаться стесняется. Ну и напиши еще, что ты о нем думаешь.

Жду ответа, как соловей лета.

Н».

Конверта не было. Прямо-таки шпионские игры! Мне стало даже весело. Интересно, Эдичка написал ответ? И кто в принципе и по какому поводу мной интересовался?

— А где у нас, кстати, Эдик? — спросил я. — Вроде уже прийти должен...

— Его сегодня не будет, он сегодня в профилактории, пишет про новые процедуры, — задумчиво ответила Даша, все еще не спуская глаз с моего забракованного творения. — Нет, ну правда, Вань... Почему ты выбросил фельетон? Он же отличный!

— Можешь забрать себе, если хочешь, — махнул рукой я. — Отправишь в «Молодежную правду» или «Комсомолку», гонорар на булавки потратишь.

— Ты что?! Это же нечестно! Твоя статья, я не буду ее присваивать! — Даша смяла листочек и бросила его в корзину. — Просто понять хочу, зачем ты ее выбросил.

— Это все из-за колеи, — ответил я, перемещаясь за свой стол. Уже когда сел на стул понял, что письмо все еще держу в руке. — Понимаешь, иногда у меня возникает ощущение, что я иду по проторенной лыжне. Слишком легко и гладко. И тогда мне начинает не нравится моя работа.

— Это ты к завтрашней поездке на лыжную базу готовишься? — усмехнулась Даша.

— Ох ты ж... Я чуть не забыл! — я хлопнул себя по лбу. — Надо же какую-то одежду что ли подходящую... спортивный костюм или что-то такое...

— Слушай, я тебя давно спросить хотела, но у нас все время кто-то в редакции был, — Даша примостила свой изящный задик на краешке моего стола. — А что происходит между тобой и Игорем? Вы же братья. Но как будто друг друга сторонитесь что ли... Я его один раз про тебя спросила, но он так рыкнул, что больше не рискую.

— Так сложилось, Дашенька, — я натянуто улыбнулся. — Не сложились у меня отношения с семьей. Я поэтому в Москву и уехал, чтобы дистанцию поддерживать.

— А... А не можешь рассказать мне про Игоря? — осторожно спросила Даша, заглядывая мне в глаза.

— Тебя что-то беспокоит? — спросил я и снова посмотрел на записку, которую стащил у Эдика. Надо бы вернуть, нехорошо, все-таки я рылся в чужом столе... С другой стороны, у нас в редакции как-то неоднозначно сложилось понятие «свое пространство». Технически у каждого было рабочее место, на практике каждый мог его занять в любой момент и, если не взять оттуда что угодно, то по крайней мере, посмотреть, что у тебя где лежит, и какие заметки ты ведешь. С одной стороны — так себе уважение к личному пространству, с другой — не хочешь, чтобы про тебя узнали что-то компрометирующее, не храни это на работе. Значит Эдик не считал эту записку чем-то особенно секретным, раз бросил в ящик с мелочами. И вообще не факт, что удостоил его вниманием. У него и так сейчас проблем хватает.

— Даже не знаю, — вздохнула Даша. — Он такой хороший парень, подарки мне делает замечательные, билеты может куда угодно достать. Но иногда мне рядом с ним как будто страшно что ли... Вот например вчера мы ходили в «Лакомку» вечером... Ничего такого особенного, чай, пирожное. И я начала рассказывать, как проводила интервью с Малиниым из цеха вулканизации...

— Рационализатор? Рыжий такой, глаз еще косит? — уточнил я.

— Ага, — кивнула Даша. — Веселый парень, хохмач такой... Ну я шутку пересказала и засмеялась. А Игорь аж побледнел весь. Прошипел что-то очень злое и глазами зыркнул жутко. Будто Малинина этого уже заранее ненавидит.

— Он ревнивый очень, — хмыкнул я. — Всегда таким был.

— Нет, Вань, ревность — это другое, — вздохнула Даша. — Когда тебя ревнуют, это даже приятно. А тут — страшно. Причем не за себя, а как будто я хорошего человека подставила. И что если с ним вдруг случится что-то плохое, я буду думать, что это я виновата. Зачем вообще затеяла этот разговор? Могла бы и помолчать...

— Слушай, Даш... — начал я, но в этот момент в дверь уверенно постучали. И сразу же, не дожидаясь нашего ответа, дверь распахнулась.

— Игорь?! — Дашу как ветром сдуло с моего стола. Только что она расслабленно сидела так, что я мог с удовольствием любоваться изящным изгибом ее талии, затянутой в трикотажное платье, и вот она уже стоит в другом конце редакции.

— Привет, Дашутка, — никакой инфернальности в голосе Игоря не было и в помине. Он приобнял девушку, чмокнул ее в щеку и повернулся ко мне. — Иван, можно тебя на пару слов?

— Меня? — я удивленно приподнял бровь.

— А ты что, видишь здесь кого-то другого? — он широко улыбнулся. — Пойдем, выйдем, дело есть!

— Пойдем, — я поднялся, мысленно перебирая в голове, что именно ему могло от меня сейчас понадобиться. Узнал про мои ночной визит к Ане? И что? Вроде бы их пока что ничего не связывает...

Игорь прикрыл дверь и упер кулак в стену рядом с моей головой.

— Мама просила с тобой поговорить, — сказал он тихо. — Ты так и не зашел, она переживает. Понимает, что после того, что у вас с отцом случилось, ты не очень-то стремишься домой. Но это некрасиво как-то, не находишь? Приехал, и даже не позвонил ни разу.

— Закрутился как-то, есть такое, — пожал плечами я и мысленно выдохнул. Дела семейные, никаких темных тайн, угроз и шантажа. И то хлеб.

— Ты вот что, бросай эту ерунду всю, — Игорь посмотрел на меня, прищурившись. — И на Новый год чтобы домой пришел, понял? Мать порадуешь, с отцом помиришься.

— А если у меня планы? — я склонил голову на бок. Планов у меня пока что никаких не было, но и к семье идти иррационально не хотелось. Все-таки, это люди, которые знают Ивана Мельникова с самого рождения. Могут заподозрить неладное, и... Что именно «и», я придумать не мог. Но вчерашняя беседа с двумя психиатрами, которые меня, фактически, раскололи, заставляла как-то серьезнее относиться к возможным последствиям своих необдуманных действий и слов.

— Да плевать я хотел на твои планы! — по буквам произнес Игорь, глядя мне в глаза. — Ты придешь на Новый год, понял? И будешь вести себя как хороший сын, а не как всегда.

— А как я себя всегда веду? — криво ухмыльнулся я.

— Как чистоплюй в белом пальто, — фыркнул Игорь. — Ты не заговаривай мне зубы давай! Я все сказал. Ты услышал. Мать тебя ждет.

— А если не приду, то что? — спросил я.

— То будешь дураком, вот что, — Игорь почти дружески хлопнул меня по плечу. — Семья — это самое главное. Семьи надо держаться. А не за принципы свои дурацкие. Ладно, бывай, Ванята. Надеюсь, ты меня правильно понял.

Игорь быстрым шагом удалился по коридору. Я смотрел ему вслед, пока он не свернул на лестницу. Потом вернулся в редакцию.

— Что он тебе сказал? — побледневшая Даша бросилась ко мне.

— Дашенька, все хорошо, — я приобнял девушку за талию и легонько прижал к себе. — Он же мой брат. Позвал Новый год с семьей праздновать.

— И больше ничего? — девушка отстранилась и с прищуром посмотрела на меня.

— Ничего, — я честно смотрел в ответ. Красотка она все-таки. Интересно, что с ней случится? Жену Игоря Мельникова в будущем звали вовсе не Даша. Видимо, скоро они разбегутся...

— Честно? — продолжала наседать Даша.

— Мамой клянусь! — с кавказским акцентом заявил я в очередной попытке разрядить обстановку. — Ты мне лучше вот что скажи...

Я подошел к своему столу и взял с нее письмо от неизвестной «Н» Эдику. Протянул Даше.

— В столе у Эдика лежало, случайно увидел, — чуть виновато объяснил я. — Но пройти мимо не смог. Не знаешь, случайно, что это еще за «Н»?

— Хм... Знаю, — губы Даши растянулись в ироничной улыбке. Вызывающе уставилась на меня.

— Ну? — нетерпеливо спросил я. — И кто же?

— А ты, значит, по чужим столам шаришься? — голос Даши зазвучал игриво. — А может ты шпион, а?