Инна Гулая и Геннадий Шпаликов - Лиана Полухина

«Долгая счастливая жизнь» отличается от других кинопроизведений Шпаликова тем, что в этой картине, рассказывающей о том, как два человека, жаждущие любви, оказываются неспособными к ней (если быть точным, герой испугался своего чувства), угадывается драма самого Шпаликова.

Геолог Виктор и молодая работница Лена, живущая в небольшом городке, встретились случайно, но каждый из них увидел в другом свою судьбу.

«Мне кого-нибудь не надо — я тебя нашел, — говорит Виктор Лене. — Все мы, в конце концов, ищем человека, женщину, это очень серьезно и очень важно. И в общем редко кому удается. Но я знал, что я найду человека, найду женщину, с которой можно пройти всю жизнь».

А Лена делится с близким ей человеком, бабушкой, своей мечтой: «Я хочу ему и себе счастья. Долгого счастья. Меньшего мне не надо… А не слишком ли многого я хочу? Нет! В самый раз».

Но герои расстаются, едва успев хоть чуть-чуть узнать друг друга. Долгая счастливая жизнь оказалась для них миражом.

В фильме нет строгого сюжета, четкого рисунка характеров. Здесь важна смена состояний героев. Здесь душа переговаривается с душой, отношения между героями строятся на сердечных влечениях и отталкиваниях. Виктор и Лена рассказывают друг другу о себе, но рассказ Виктора полон недомолвок, и его жизнь, и что он за человек, так и остается тайной для Лены…

По выходе фильма на экраны появились рецензии, большей частью оценивающие его критически.

Критикам пришлась не по вкусу прежде всего неопределенность героя — то ли он провинциальный Дон Жуан, то ли влюбчивый юноша, то ли «вечный жених», присматривающий себе спутницу жизни и боящийся продешевить… Да и образ героини нечетко прописан…

Рецензенты напрочь не восприняли стилистику фильма. Хорошо еще, что они не заметили несоответствия содержания фильма его названию, ведь, по сути, ни о какой долгой и счастливой жизни в нем речи не идет.

Шпаликову не важна была строгая обусловленность характеров героев, четкая мотивация их поведения. Вряд ли он и на этот раз мог ответить на вопрос, о чем фильм «Долгая счастливая жизнь». Потому что он, как и всё у Шпаликова, обращен в глубины человеческого духа. Фильм — о людях, сложных отношениях между ними, о ликах любви, о неисповедимых прихотях души, говоря словами поэта. И надо настроиться на волну фильма, чтобы понять его.

Тем, кто настроился на эту волну, фильм понравился.

В чем все были единодушны — это в высокой оценке игры Инны Гулая.

— Инна там гениальная! — восхищался Шпаликов.

Он возлагал на фильм большие надежды. Но «Долгую счастливую жизнь» зритель не принял.

Армен Медведев был свидетелем, как Шпаликова буквально убила реакция на фильм просвещенной публики в ленинградском Доме кино.

«Я видел, что он выпил и сидел жутко расстроенный, — пишет А.Медведев в своей книге „Территория кино“. — Зал проголосовал ногами против его фильма „Долгая счастливая жизнь“. А для меня эта картина связана с его лирикой. Блистательная картина, совершенно обойденная вниманием, никак не реабилитированная: формально вроде бы она вышла в прокат и просто не понравилась творческой общественности. А это было новое кино, которое принес на экран Геннадий».

Непризнанная в родной стране, «Долгая счастливая жизнь» была замечена мировым кинематографом и удостоена премии на международном фестивале авторского кино в Бергамо.

В начале семейной жизни обоих — и Геннадия, и Инну — раздражала постоянная занятость: она мешала им всегда быть вместе. Шпаликов, к тому же, ревновал жену ко всем и ко всему, в том числе к ее успеху, даже запрещал сниматься в фильмах. Инна была с характером и не желала подчиняться запретам. На этой почве возникали размолвки.

Теперь о постоянной занятости можно было забыть. Фильмом «Долгая счастливая жизнь» они фактически попрощались с кино.

Для супругов наступило затишье. Инна пополнила ряды невостребованных актрис. За десять лет она снялась всего лишь в нескольких эпизодических ролях.

Шпаликов работал много, но все его сценарии, за исключением трех-четырех, отклонялись. Хронически не хватало денег.

Существует заблуждение, что режиссеры, сценаристы, киноактеры, а также писатели и художники — очень богатые люди (имею в виду время, о котором пишу). Тех, кто так думает, гипнотизирует размер гонорара, который человек свободной профессии получает по завершении работы.

Богато жила очень небольшая часть творческой интеллигенции: известные деятели искусства и литературы, имеющие почетные звания, отмеченные премиями и высокими государственными наградами, обласканные власть имущими, пользующиеся особыми льготами и привилегиями.

Вся остальная творческая интеллигенция жила очень скромно. А те пресловутые нули в их гонорарах украшали бы зарплату любого человека, получай он ее раз в год-полтора.

Гонорары за фильмы расходились быстро — на раздачу долгов, на жизнь до следующего фильма. Надо было, к тому же, дать в долг коллеге, который находится в простое, что-то отложить на отдых… А там опять идти на поклон к киноначальству, чтобы дать заявку на новый договор. Но удастся ли его заключить — большой вопрос.

В письме С. А. Милькиной-Швейцер, жене и бессменному помощнику кинорежиссера М. Швейцера, Шпаликов напишет:

«Долги входят в нашу замечательную профессию — тут ничего не придумаешь, а долги отдавать, конечно, надо. Но, Соня, не умею я зарабатывать. Работать умею. Все-таки в 35 лет столько наработать может очень выносливый человек… Но все-таки есть предел работоспособности в условиях полной неработоспособности, т. е. все шло к тому, чтоб я ничего не делал, а я работал и работаю. Но, честно говоря, так дальше не получится. Что делать? Жалко мне и Инку, и Дашу, и вообще всех, кроме себя».

Если говорить о славе, то сценаристу (актеры — особая статья), даже при успехе фильма, ее достается меньше всех. Мы знаем режиссеров известных фильмов, а вот авторов сценария назвать можем не всегда. Юрий Нагибин написал сценарий нескольких замечательных фильмов, в том числе «Председателя». За исполнение в нем главной роли Егора Трубникова Михаил Ульянов вполне заслуженно получил Ленинскую премию. А сценарист, совершенно незаслуженно, — увесистую критику, а ни о какой награде, естественно, и речи не было.

Геннадий Шпаликов в общем-то был равнодушен к внешнему проявлению славы. На весах его моральных ценностей творчество всегда перевешивало материальные блага. Он был известен прежде всего как незаурядный сценарист. Но немногие при его жизни знали о том, что он увлекался поэзией и сам писал стихи. Некоторые из них стали песнями и звучат в кинофильмах. «Палуба» — в «Коллегах», «Бывает все на свете хорошо» — в «Я шагаю по Москве». В «Военно-полевом романе» положено на музыку стихотворение «Городок провинциальный». В «Рабочем поселке» Петр Тодоровский поет песню Шпаликова «Спой ты мне про войну».