Остров мечты - Джози Литтон

Но все-таки она добилась своего! Она находилась на судне, плывущем в Акору, легендарное королевство! Они с Ройсом долгие годы лишь мечтали об этой таинственной стране. И вот теперь она приближается к ней.

Лихорадка очень ослабила ее, и все же Джоанна нашла в себе силы подняться (ей требовалось встать по естественной надобности). Колени у нее подгибались, но, сделав несколько шагов, она почувствовала себя увереннее.

В каюте было две двери. Осторожно приотворив ближайшую, Джоанна в изумлении воскликнула:

– Боже мой!

Она увидела кабину, облицованную черно-белой керамической плиткой. Плитки были расписаны такими же узорами, как и в каюте, а под самым потолком красовалась резная голова быка. В открытой пасти находился шланг, направленный под таким углом, что вода из него должна была попадать на человека, стоящего в кабинке. В выемку на полу, вероятно, сливалась вода. В стене же находился кран в форме половинки морской раковины. Сгорая от любопытства, Джоанна шагнула в кабинку и слегка надавила на кран. Из головы быка почти тотчас же хлынула струя воды. Джоанна вновь надавила на кран, и струя исчезла.

Какая удивительная ванна! Впрочем, она уже видела подобную конструкцию – только более примитивную, – когда они с Ройсом были в гостях у одного лондонского знакомого, человека весьма эксцентричного. К нему многие приходили, чтобы посмотреть на его изобретение, и все удивлялись, но никто не верил, что такая ванна сможет заменить обычную.

И вот теперь она видит почти. такое же устройство (только куда более сложное) на акорском корабле – было очевидно, что акорцы в некоторых отношениях превзошли англичан и всех прочих европейцев.

Джоанне захотелось испробовать эту ванну. И она уже два дня не переодевалась, так что следовало бы…

Лишь сейчас Джоанна заметила то, что ускользнуло от ее внимания, когда она пробудилась от сна при столь необычных обстоятельствах. На ней не было ни ботинок, ни брюк, ни рубашки – то есть не было той одежды, в которой она проникла на корабль. Кто-то надел на нее короткую, но чересчур широкую тунику из отличного льна.

Джоанна в ужасе замерла. Но не мог же он… Она вспомнила, как Даркурт занимался ее раной, как беспокоился о том, чтобы ей не было больно. И вспомнила, какое облегчение почувствовала, когда операция закончилась. Но что же было потом? На этот вопрос Джоанна не сумела ответить и поэтому ужасно нервничала – подобная забывчивость могла слишком дорого ей обойтись.

Немного помедлив, она сбросила тунику и легонько надавила на кран. Вода хлынула ей на голову, и Джоанна почувствовала себя… как-то странно. Однако почти тотчас же пришла к выводу, что эти необычные ощущения ей даже нравятся – во всяком случае, вода отвлекала от ненужных мыслей. Зажмурившись и запрокинув голову, Джоанна подставила лицо под струю, льющуюся из пасти быка. Правда, стоять под струей воды, отставив в сторону одну руку (чтобы повязка не намокла), было довольно нелепо – но что делать?

Джоанна повернулась и, приоткрыв глаза, увидела мыло – оно лежало в изящной деревянной мыльнице, прикрепленной к стене рядом с керамической раковиной. В мыльнице было два куска – одно пахло лимоном, а запах другого оказался незнакомым, но очень приятным; и тут же стояла небольшая бутылочка с жидким мылом, тоже обладавшим удивительно свежим ароматом. Джоанна решила воспользоваться также и этим мылом – чтобы вымыть голову. Удивительно, но вода была пресная – вероятно, она находилась в специальных емкостях на палубе, а в каюту поступала по трубам. «Так что зря расходовать воду не следует», – решила Джоанна.

Помывшись, она вышла из кабинки и потянулась к куску льна, лежавшему на табурете у входа. Вытерлась, обмотала голову другим куском, а затем завернулась в полотенце, пропустив его под мышками и завязав на узел на груди. После этого Джоанна вернулась в каюту в надежде отыскать там свою одежду.

Вещей она не нашла, зато увидела свой дорожный узелок, он лежал на полу возле кровати. Все содержимое, кроме ножа, было на месте. Обнаружив, что нож исчез, Джоанна задумалась: что бы это могло означать?..

Внезапно дверь распахнулась. Но мужчина, вошедший в каюту, совсем не походил на того Алекса Даркурта, которого Джоанна видела на празднике у Принни. Теперь перед ней был не элегантный лорд, а великолепный варвар, облаченный в белый льняной килт, перехваченный широким кожаным поясом. На запястьях Даркурта сверкали золотые браслеты, а чело его украшал роскошный золотой венец со сверкающим рубином посередине. Венец чуть прижимал черные как смоль волосы, падавшие на плечи. Грудь же его – на ней перекатывались мускулы – была удивительно широкой… обнаженной. Причем и грудь, и ноги, бронзовые от загара, были во многих местах покрыты белыми шрамами – следами ранений; а один шрам, на левой стороне груди, находился у самого сердца.

От увиденного у Джоанны закружилась голова, и она вдруг почувствовала, что у нее перехватило дыхание. Пытаясь успокоиться, Джоанна сделала глубокий вдох, но так и не смогла отвести взгляд от великолепной фигуры Даркурта.

Поставив на стол миску, он повернулся к девушке и проговорил:

– Очень хорошо, что вы уже проснулись. Как себя чувствуете?

Голос у него был именно такой, как запомнилось Джоанне: низкий и глубокий, напоминающий рокот водопада. Говорил Даркурт с легким акцентом, как человек, родившийся за пределами Англии. А глаза у него были ярко-голубые, и их цвет создавал удивительный контраст с загорелой кожей и черными волосами.

Несколько мгновений, показавшихся Джоанне вечностью, она могла думать лишь о том, что стоит, полуобнаженная, перед удивительно красивым мужчиной, напоминавшим героев Гомера. «Неужели это не сон? – промелькнуло у нее. – Неужели все это происходит в действительности?»

Наконец, взяв себя в руки, Джоанна проговорила:

– Спасибо за беспокойство. Я чувствую себя намного лучше. Прошу прощения за то, что вам пришлось заниматься мной. Надеюсь, вы поймете, что я была вынуждена так поступить. В сложившихся обстоятельствах у меня не было выбора.

Она также надеялась, что Даркурт не воспользуется тем выбором, который имелся у него. Джоанна очень опасалась, что капитан не пожелает брать ее в Акору и высадит на каком-нибудь побережье.

Алекс тяжко вздохнул. Джоанна же в немом восторге наблюдала, как при дыхании поднимается могучая грудь акорца. Она была так заворожена этим зрелищем, что едва не прослушала его.

– Ваши действия импульсивны, неумны и опасны, – заявил Даркурт. – Ваше присутствие на корабле создает серьезные затруднения.

– Мне действительно очень жаль, – пробормотала Джоанна; причем ей почему-то казалось, что Даркурт лишь делает вид, что сердится. – Поверьте, я постараюсь сделать все возможное, чтобы проблемы, связанные с моим пребыванием на судне, не слишком донимали вас.