Засадить своё семя - Дженика Сноу

это ясно, хотя меня и гложет желание держаться подальше. — Усыновление, лечение, если это бесплодие…

— Я знаю, — произносит она и смотрит на меня. — Просто дай мне немного пространства, ладно? — она улыбается, но выглядит напряжённой и слабой. — Мне просто нужно побыть одной прямо сейчас.

И как бы мне ни было тяжело встать и оставить её там, я сделаю для Джинни всё, даже если это будет как нож по сердцу.

18

Вирджиния

— Джинни, нам нужно поговорить, — произносит Карсон.

Я смотрю в зеркало в ванной и вижу его в отражении. Он дал мне необходимое пространство, хотя и на короткое время. Карсон не из тех, кто стоит в стороне. Это одна из вещей, которые мне в нём нравятся. Он упрямый человек, но знает, чего хочет, и всегда хочет решить проблему.

Но некоторые вещи просто невозможно исправить.

Он стоит у двери ванной. Он надел джинсы, но не потрудился их застегнуть, ноги босые. На нём нет рубашки, а волосы растрёпаны. Он прекрасен, абсолютно прекрасен. У него могла быть любая женщина, которую он хотел, и он выбрал меня. Но это было раньше, когда он думал, что я смогу родить ему детей. С каждым месяцем надежда внутри меня угасает. Карсон никогда ничего не говорил; он никогда не заставляет меня расстраиваться из-за того, что я ещё не забеременела, но я знаю.

Если я этого не сделала раньше, то теперь я точно знаю. Когда у меня месяц не было менструации, и я сделала домашний тест на беременность… Его глаза загорелись. Он был так счастлив. Он закричал, поднял меня на руки и… Боже. Сейчас даже думать об этом дне больно. Я чувствую себя полной неудачницей. Я чувствую, что подвожу Карсона. Хуже того. Я чувствую, что стою на пути к тому, чего он хочет больше всего на свете. Семья.

Несбыточные мечты. Я могла бы проклясть эту маленькую палочку для беременных за то, что она дала мне надежду. За то, что подарила нам надежду.

— Не думаю, что есть что сказать, — шепчу я, умываясь и не желая об этом говорить. Разговоры об этом меня только расстраивали. Раньше мне было грустно, но теперь я просто… чертовски зла.

— Чёрт возьми, это не так. Тебе больно.

— Ничто из того, что ты скажешь, не улучшит ситуацию, Карсон. Не всегда можно всё исправить.

— Сладкая. Это было только…

— Прошло больше года, Карсон. Пришло время взглянуть в лицо фактам. Я не могу забеременеть.

— Ты этого не знаешь наверняка. Кроме того, если возникнут проблемы…

— Думаю, совершенно очевидно, что есть проблема, Карсон, — отвечаю я, внезапно почувствовав сильную усталость.

— Дело может быть во мне. Ты когда-нибудь думала об этом, Джинни?

— Не может быть, чтобы это был ты, Карсон. Ты слишком мужественный и…

Я прекращаю говорить, потому что у меня нет ответов. Правда в том, что это может быть он. Тот факт, что он самый мужественный мужчина, которого я когда-либо встречала, не означает, что он может наплодить целый город детей. Но, в конце концов, это не имеет значения. Будь то он или я, факт остаётся фактом: мы не можем забеременеть самостоятельно.

— Я знаю, что ты училась в колледже, но я точно не знал, что ты врач.

— Перестань умничать, — бормочу я, наконец поворачиваясь к нему лицом, потому что ясно — он не собирается этого терять. Я затягиваю халат, который надела ранее, и позволяю своим рукам играть с поясом.

— Тогда прекрати пытаться отгородиться от меня. Я знаю, ты разочарована, дорогая…

— Не пытайся притворяться, что это не так, Карсон. Я была там в тот день, когда делала тест. Ты был на седьмом небе от счастья.

— Чёрт возьми, конечно, я разочарован, — рычит он, и боль, пронзающая меня от его слов, почти невыносима.

Я опираюсь на раковину, потому что такой удар может поставить меня на колени.

— Карсон, я думаю, пришло время поговорить о расставании.

Я сейчас испытываю эмоции, говорю вещи, которые не уверена, что действительно имею в виду. Может быть, я хочу, чтобы он почувствовал ту же боль, что и я, хотя уверена, что он итак её чувствует. Он просто скрывает это гораздо лучше. Я люблю его всем сердцем, но не хочу быть причиной того, что он сдерживается.

— О чём, чёрт возьми, ты говоришь? — рычит он, и я подпрыгиваю от внезапной злости в его голосе.

— Я не могу быть той, что тебе нужно, Карсон. Я не могу дать тебе то, что тебе нужно. И ты заслуживаешь семью, большую. Я не хочу быть причиной твоего бездетного брака. Я не могу с этим справиться. — Я выдыхаю, эти слова чертовски ранят меня. Я не хочу их произносить, но хочу, чтобы они прозвучали. Я хочу, чтобы он знал, что он не застрял со мной. — Я думаю, будет лучше, если мы просто… расстанемся, — шепчу я, задыхаясь от слов, моё сердце разрывается. Я держу голову опущенной, пытаясь контролировать свои эмоции, потому что чувствую, что умираю.

— Какого чёрта, Джинни? — Карсон внезапно рычит прямо передо мной. Его руки хватают меня за бёдра так, что у меня будут синяки.

— Карсон, — выдыхаю я, гнев на его лице похож на то, чего я никогда раньше не видел от него. Моё сердце бьётся о грудь.

— Для тебя это так легко? Ты можешь выбросить меня, как вчерашний мусор? — он кричит.

— Это не так! Карсон, в этом нет ничего простого! Я тебя люблю!

— Тогда о чём, чёрт возьми, ты думаешь?

— Я думаю о тебе! Я пытаюсь дать тебе то, что ты хочешь, — последняя часть выходит из меня шепотом.

— Чёрт возьми, мне бы хотелось, чтобы ты объяснила, как ты представляешь, что бросишь меня. Ты мой чёртов мир.

— Ты хочешь ребёнка. Ты хочешь семью. Наследника, которому оставишь эту землю. Ты говорил это с тех пор, как я тебя знаю! — кричу я в ответ, гнев вытаскивает меня из страданий, как ничто другое.

— Ты, чёрт возьми, не слушаешь, когда я говорю, Джинни? Разве ты не слышала меня в прошлом году, когда я говорил тебе, что ты подарила мне мир? Пока ты есть, мне больше ничего не нужно. Ты для меня всё, Джинни. Ты всегда была такой. Я тебя люблю, — он говорит последнюю часть с таким волнением, что мне хочется плакать.

— Я тоже тебя люблю, — плачу я. — Я просто хочу, чтобы ты был счастлив.

Я думала, что у меня не осталось слёз, но ошиблась,