Путь демона - Алексей Глушановский

Увлеченный своими исследованиями, он не сразу обратил внимание, что обстановка на поле боя изменилась. Воины Аталетты, до того увлеченно рубившие своих куда менее опытных и умелых противников, внезапно замедлили темп наступления, тревожно посматривая куда-то вверх. Сторонники Крегхиста наоборот, усилили натиск и с радостными криками:

— Орхис! Светоносный откликнулся на наши мольбы, послав своих слуг! Орхис с нами! — стали постепенно теснить его войско.

Из медитации его вывел только яростный свет, внезапно заливший все поле боя, и мощнейший удар по поддерживаемому им щиту, разом выпивший едва ли не треть его резерва. Колдуны подобный удар нанести были просто не в силах!

Подняв голову он обомлел. Над вражеским станом, там, где располагался переносной алтарь Орхиса, разворачивалась огромная, сияющая нестерпимым для глаз светом, воронка разрыва реальности. И оттуда, из этой воронки, вырывались какие-то светлые полупрозрачные сгустки. Внутри них слабо просматривались искаженные невыносимой мукой лица. Вот, один из таких сгустков долетел до его войска и соприкоснулся со щитом. Мгновенье, и сгусток исчез, а на защиту Олега снова обрушился чудовищный удар чистой силы.

Ему вспомнился разговор с Элиасом Альфрани, произошедший вскоре после того как Олегу удалось освободить Ариолу буквально с алтаря Орхиса. Его тогда очень интересовало, а зачем вообще этому богу требуются жертвы, да еще притом обязательно обладающие магической силой.

Ректор тогда, подумав, ответил, что достоверно неизвестно, но существует гипотеза, что этот бог, каким-то образом научился поглощать магическую силу жертв, увеличивая тем самым свое могущество, и обрекая души погибших магов на вечное рабство в своих чертогах. Сейчас Олег видел доказательство этой гипотезы.

Меж тем, отступление все ускорялось, теперь больше напоминая бегство, боевой порядок нарушился, и замерший Олег, неожиданно для самого себя оказался на переднем крае. Какой-то ополченец, неумело замахнулся на него мечем, и ему пришлось парировать неловкий удар. Это привело его в ярость. Нет, не так — в ЯРОСТЬ!!!

Кованный из дрянного железа меч ополченца распался двумя оплавленными половинками, столкнувшись со вспыхнувшим мечем духа, а когтистая и чешуйчатая лапа демона, легко пробив неказистый доспех, вырвала из его груди трепещущее сердце.

— Назад, ублюдки! — Взревел демон, с наслаждением выпивая душу бедолаги. — В атаку, или я вас сам сожру! И было в его голосе нечто такое, что бегущие войска на мгновенье замерли, а затем развернулись к ликующему противнику, бросаясь в бой с яростью отчаяния.

Далеко на холме, Аталетта, увидев это, в ужасе стиснула платок:

— Что он делает? Зачем он превратился? Он же не намерен сражаться с самим Орхисом? — в забытье повторяла она. — Я же просила его скрывать свою суть! Как теперь быть???

— По-моему, он просто спасает наши шкуры, милочка. — Холодно возразила ей Вереена, наблюдая разворачивающуюся перед ней битву.

Рабы Орхиса летели теперь из открытого жрецами прорыва сплошным потоком и бессильно разбивались о выставленный Олегом щит, получавший непрерывную подпитку энергией пожираемых демоном душ. Армия реставрации остановилась, а затем, сплотив ряды, вновь перешла в атаку, следуя за бьющимся в первых рядах высоким крылатым демоном с огненным мечем в когтистых лапах.

Я наслаждался. В этом бою мы с Истоком были едины, и его ярость сохраняла мою стабильность, а моя сила, которую я черпал, выпивая души все подбегающих врагов, поддерживала его магию. Нет, это еще не полное слияние: на него нужно ясно выраженное и сформулированное согласие, но нечто очень и очень на него похожее. Да и до слияния, по всему видать, осталось уже недолго. Наконец-то можно не скрываться, не щадить, не бояться разоблачения. И 'ветер ада', исторгнутый мной, пил и пил человеческие души, все увеличивая и увеличивая мои силы, а Первый, Второй, Третий и Шестой легионы уже подходили к рубежу прорыва. Четвертый и Пятый немного задерживались, но это не суть важно. Для полного уничтожения всех, кто осмелился мне противостоять, вполне хватило бы и одного легиона.

Еще бы! Этот их божок, похоже, совершеннейший придурок. Надо же, додуматься, бросить на меня в атаку ДУШИ убитых магов! Он бы еще шоколадками меня закидать попробовал! Пожалуй и то толку было бы больше. Думаю, мои воины будут очень довольны! За время своей деятельности Орхис накопил много душ. Вот мои воины позабавятся-то… Быстрое уничтожение душ врагов доступно только Высшим демонам, недаром нас называют 'Пожирателями'. Но вот отловить бесхозную, не имеющую тело душу, и медленно, со вкусом вытягивать из нее энергию, на это способен даже самый слабый, самый забитый имп. Да и та пища, что пока еще, по какому-то недоразумению, облачена в человеческую плоть и мельтешит передо мной, размахивая острыми палками, весьма недурна на вкус!

Что это с прорывом? Энергонасыщенность возрастает? Неужели этот Светоносный придурок решил явиться лично? А как же законы призывания? Впрочем, о чем это я… Дуракам закон не писан! Правда, до сих пор я был уверен, что к законам природы эта пословица не относится. Ну что ж: век живи — век учись. Буду теперь знать, что когда дурак обладает божественной силой, то и законы природы ему не помеха.

Однако, что же делать? Драться с богом до полного слияния настоятельно не рекомендует инстинкт самосохранения. Он почему-то твердо уверен, что жизнь хороша, и умирать мне еще слишком рано, и я с ним, в принципе, согласен. В очередной раз предлагаю Истоку слиться и отдаю приказ Подчиняющим поторапливаться. После слияния, да при поддержке всех моих легионов, шансы против этого недоделка у меня бы были.

Что? Опять отказ? Исток, включай мозги! Мы же сдо… погибнем! У тебя идея? Хм… а ведь и впрямь, может сработать. Энергии, хвала этим фанатикам, так и прущим под меч, хватает. Ну что ж, принимай командование.

Первым очередное изменение обстановки заметил Бер. Весьма изумленный неожиданным преображением своего друга и собутыльника, он, тем не менее, продолжая старательно исполнять роль главнокомандующего и внимательно следил за полем боя, благоразумно оставив магико-божественные заморочки на долю тех, кто в них разбирался.

— Они что там все, с ума сошли от своего Орхиса? — пробормотал Бер, отдавая приказание стоящему в резерве отряду тяжелой кавалерии вступить в бой и поддержать начавший вновь отступать основной отряд.

И действительно. Начавшееся было после преображения Олега в демона отступление орхисситского войска — умирать не хотелось никому, а противопоставить ударам разъяренного демона у последователей Крэгхиста было нечего — три выпущенных в него эльфийские стрелы он легко срубил на подлете, а больше их, по-видимому, и не имелось — прекратилось.