Я, они и тьма - Анна Зимина

хотя, наверное, не найдется во всей империи человека, который бы был без ума от Дерека Ват Йета.

Малека трясло от злости, когда он, с пинка открыв дверь в библиотеку, набирал книги о темных. Он знал, что если не сдаст этот … экзамен, то из числа посвященных его выкинут быстрее, чем он успеет сказать «Темная».

А посвященным быть хотелось, и даже очень.

Малек, хоть и был сыном самого императора, знал, что его высокое положение действует всего лишь десять лет. Его отец, император Пеор Вартари Тиройор (фамилия императора при восшествии на престол менялась сообразно названию империи), был довольно умным человеком. Да другого боги бы и не выбрали. И он с самого начала готовил Малека. Императоры, послужившие 10 лет стране, сменялись один за другим, но они сами и их дети часто оставались на высоких государственных должностях, если имели заслуги за время правления. Вот и Малека отец старательно приучал к политическим делам, строго-настрого приказав быть неотлучно при Дереке Ват Йете.

Пеор Тиройор был счастлив получить назначение. Он верой и правдой служил казначеем империи почти четыре десятка лет, обладал парой приятных даров, которые помогали ему в его непростом деле. На престоле он получил власть, благодаря которой Тирой становился богаче с каждым днем. Он был императором-экономистом, императором-счетоводом, но у его сына, к сожалению, не было нужной жилки, чтобы провести его по своим стопам.

Честно сказать, у Малека вообще не было жилок. Реформы? Мимо. Военное дело? Слишком труслив. Разведчик? Слишком груб и несдержан. Посол? Ну, позорится не хотелось. А вот магическая безопасность под приглядом Дерека Ват Йета, где и делать-то особо ничего не надо, то, что нужно. Правда, попасть к нему было очень непросто, но все получилось.

У Малека был слабый дар видеть магическую ауру, ее потоки — это и помогло оказаться ему рядом с Ват Йетом.

С ним Малеку было непросто. К сожалению, его гордыня была непомерно раздута — он думал о себе намного лучше, чем был на самом деле. Получать щелчки по самолюбию было болезненно и неприятно.

Но все же, скрипя зубами от раздражения, книги Малек перечитал — знал, что Дерек Ват Йет будет принимать экзамен, даже если взорвется дворец. Удивительно, но Малек увлекся и читал весь день напролет — чтение неожиданно захватило его. Так интересно… Вот бы увидеть магическую ауру темных. Интересно, какая она?

Малек валялся на кушетке в библиотеке, листая страницы, когда его разыскала магическая птица. Она ткнула клювом в стекло, открывая окно, и тяжело завалилась на пол.

Малек хмыкнул. Железные птицы, начиненные магией под завязку, были неплохими посыльными, но все же имели ряд минусов: часто ломались, умели больно клеваться и порой неподконтрольно себя вели.

В груди медной сойки была записка от Дерека Ват Йета. Он переносил время и место экзамена — во второй час от рассвета и у него дома.

Малек скривился. Тащиться куда-то из дворца ему очень не хотелось. Но еще больше ему не хотелось вылететь с его места.

***

Сав тоже злился — экзамен! Позорище! Как будто он не глава мощной государственной правовой организации, а мальчишка-школяр! А с другой стороны, попробуй поспорить с самым могущественным человеком империи. К тому же, в глубине души Сав понимал, что Дерек Ват Йет прав. Он повел себя неправильно с самого начала… Счастье, что девчонка себя контролировала и быстро успокоилась, иначе быть беде.

Когда Дерек Ват Йет с темной уехали, Сав довольно быстро выкинул их из головы — проблемы нарастали, как снежный ком. Два мошенника, семь воров, одному из которых едва исполнилось десять, один убийца (прикончил своего соседа за задушенную его псом курицу), еще с два десятка правонарушителей — и все это за сутки. Хорошо хоть, что к Саву не шли с совсем уж глупыми преступлениями.

Кроме того, подрыв магазина тканей не давал покоя. Он опросил кучу свидетелей, сам копался в прогоревшем дотла магазине. Но — ничего. Он знал только, что магазин подорвали намеренно, знал и то, что люди, которые погибли, не были никак и ни с чем связаны. И то, чем взорвали… Такого Савар не знал.

До того момента, как к нему в окно с рассветом не постучалась странная железная птица — слишком уж маленькая и неказистая сойка с непропорционально маленькими крыльями. Она настойчиво била в стекло и опускалась вниз, едва удерживаясь на лету.

Как только щелкнул механизм на ее грудке, птица рассыпалась на винтики и металлические пластины. Вместе с механизмами исчезла и магия, которая удерживала ее в воздухе.

На ладонь Сава скользнула неприметная бумажонка всего с двумя предложениями: «Взрыв — дело рук Дигона. Будь осторожен».

Бумажка вспыхнула и истаяла, не оставив и пепла.

Сав же выругался. Неужели и правда?.. Тогда надо как можно быстрее поспешить к Ват Йету. Если это и правда королевство Дигон, то… То быть войне?

Глава 7

Дверь Малеку открыла миленькая девушка. Светловолосая, маленького росточка, очень хорошенькая. Малек, несмотря на то, что встал за час до рассвета, мысленно облизнулся. Служаночка у Ват Йета что надо! Понятно, почему зануда Ват Йет не смотрит на придворных красоток, если под боком живет такая крошка.

Правда, как прислуга она себя не вела. Распустил ее Дерек, распустил…

— Проходи, — хмуро кивнула она, — ты на экзамен?

Малек опешил. За шесть лет правления его отца он привык к особому к себе отношению, и такая фамильярность от служанки… Он даже не знал, как реагировать. Посмотрел на нее особым зрением, думая о том, что она может быть классным магом. Но — нет. Аура как аура. Обычный человек.

Миленькая и нагленькая служаночка тем временем развернулась и пошла вперед.

— Чай есть, могу предложить, а кофе не дам. Там мне на одну чашку, — сказала девчонка, широко зевнув на ходу.

Малек больше не выдержал такого пренебрежения — схватил наглую девчонку за руку, резко развернул к себе.

— Ты как разговарива…

Договорить он не смог. В светлых глазах девчонки полыхнуло черным. Мягкое дряблое щупальце полумрака вытекло из ее запястья и угрожающе качнулось, а потом впилось в кисть парня.

Малек заорал, опустил руку девушки и отступил к двери.

Девчонка зло смотрела на него, нахмурив брови. Тьма уже рассеялась, будто ее и не было.

— Еще раз грабли протянешь — пожалеешь. Понял?

— Да пошла ты! — огрызнулся Малек, нянча руку, которой коснулась тьма.

Темная! Да какая! Малек, конечно, только что прочитал о них все,