Любовь по соседству - Элен Бронтэ

Обе леди расхохотались, и Эбигейл ответила:

– И тогда ты сама решила поторопить его и сказала, что собираешься уехать в Англию. Он испугался, что потеряет тебя, и сделал предложение. Но что было бы, если б мистер Сноуорд не попросил твоей руки? Ты бы и правда уехала?

Делия улыбнулась, показав ямочки на пухлых щеках.

– Я так сильно полюбила его, что ни за что не смогла бы уехать. Если бы он не объяснился, я бы, наверное, сама попросила его на мне жениться!

Эбби восторженно захлопала в ладоши – этот разговор подруги заводили не в первый раз, обеим нравилось вспоминать подробности помолвки миссис Сноуорд. Эбигейл восхищалась свободомыслием подруги, а Делия с удовольствием возвращалась мыслями в уютный внутренний дворик, где под мерный перезвон водяных струй дорогой Сэмюэль признался, что не может представить своей жизни без нее.

– Тебе стоит посоветовать твоей кузине быть порасторопнее, кажется, мистер Лонгсдейл не обделен вниманием женщин и вполне может увлечься какой-нибудь другой леди.

– Я еще очень мало знаю Белинду и не посмею давать ей советы такого рода, – возразила Эбби.

– Пожалуй, ты права, у нее есть мать, которая о ней позаботится, и потом, мы ведь не знаем, отвечает ли она взаимностью мистеру Лонгсдейлу, – легко согласилась Делия, мисс Эварт ее не особенно интересовала. – Ты знаешь, а ведь Лонгсдейл спрашивал о тебе, он был очень удивлен, что все так завертелось – ты приехала к Эвартам, мы с мужем привезли тебя, а он знаком и с Эвартами, и с Сэмюэлем. Поистине чудесное совпадение, не находишь?

Эбигейл кивнула – когда на Делию находило настроение искать во всех жизненных обстоятельствах перст судьбы, спорить с нею было бесполезно. Любое, даже самое незначительное, событие она исхитрялась трактовать как знак свыше.

– Он сказал, что ты очень хорошенькая и прекрасно поешь. Тут я с ним вполне согласилась, – прибавила миссис Сноуорд.

Ее подруга покраснела, впервые она слышала, что ее назвал хорошенькой джентльмен, не знавший ее с самого рождения, а значит, способный на беспристрастное суждение.

– Хорошо бы у него нашелся еще один друг или кузен, способный оценить твои таланты. Тогда твой отец мог бы быть спокоен за твое будущее. Почему ты все время молчишь?

Переход от одной темы к другой без всякого повода также был одним из излюбленных приемов Делии, и Эбби каждый раз не знала, на какую часть сказанного ей ответить сперва.

– Я надеюсь, до того, как какой-нибудь джентльмен сделает мне предложение, отец оставит свой приход и приедет в Англию, чтобы мы могли жить вместе, – сказала Эбби.

Подруга промолчала, но ее светлые брови чуть сдвинулись – от своего деда она лучше, чем Эбигейл, была осведомлена о состоянии дел преподобного Тиндалла.

– Я бы на твоем месте не стала ждать приезда отца, чтобы влюбиться, – мягко заметила Делия и тут же заговорила о другом. – Я надеюсь, твоя тетушка позаботится о том, чтобы твой гардероб достойно обрамлял твою красоту.

– Тетя обещала отвезти меня в магазины, – согласилась Эбби. – Через несколько дней мы уезжаем в поместье Эвартов, там к ним часто будут приезжать друзья, и я не должна опозорить кузину неряшливым видом...

– Это она так сказала? – возмутилась Делия.

– Нет-нет, Бел ничего не говорила о моих платьях, напротив, ей понравились мои кружева и шляпки, – поторопилась Эбби успокоить гнев подруги. – У меня только недостает теплой одежды, в Риме она мне не требовалась, но тетя поможет мне подобрать недостающее.

– Вот и прекрасно! Когда осенью мы все вернемся из наших поездок, я с удовольствием проедусь с тобой по магазинам, – оживилась Делия. – Мне жаль расставаться с тобой теперь, но все мои родственники непременно должны увидеть мистера Сноуорда.

– Я знаю, знаю. Тебе не надо огорчаться, я буду писать тебе обо всем, что происходит в поместье Эвартов.

– И если кто-нибудь посмеет тебя обидеть... – угрожающе заявила миссис Сноуорд. – Только напиши мне, и я сама приеду восстанавливать справедливость и карать виновных!

Эбби улыбнулась – Делия обожала «восстанавливать справедливость», будь то ошибка экономки, наказавшей не ту служанку, или непомерно высокая цена на атласные ленты в лавке на площади Санджовезе.

– Конечно же, ты обо всем узнаешь первой, – постаралась Эбби убедить подругу. – Но я уверена, никто не станет обижать меня нарочно.

– Ты очень милая девушка, моя дорогая, и заслуживаешь только самого лучшего отношения, но кто знает... молодые леди бывают завистливыми, их матери – желчными, а джентльмены иногда позволяют себе недостойное обращение с девушкой. Будь настороже и не поддавайся льстивым уверениям!

Материнские увещевания миссис Сноуорд Эбби выслушала, как и всегда, с самым серьезным и послушным видом. Когда Делия сочла свою миссию выполненной, наступила пора пить чай и рассматривать платья, которые приготовила Делия для поездки к своим родственникам.

8

Эбби отложила книгу, поплотнее запахнула шаль и подняла оконную раму. Из беседки, стоявшей посередине маленького озера, или, скорее, пруда, раздавался смех Белинды и ее друзей. Дождливый июнь не радовал глаз сочной зеленью и обилием цветов, но молодежь не страдала от отсутствия солнца, пусть и не все увеселения были доступны в плохую погоду, оставалось столько возможностей для изысканного безделья, что никто и не думал скучать.

После жаркого Рима Эбигейл находила английское лето отвратительным, постоянно мерзла и жаловалась на сырость в своем дневнике. Если и следующие два месяца выдадутся такими же, она превратится в русалку, мучимую насморком.

Вот и сегодня простуда не позволила ей выйти на прогулку. Признаться, Эбби только радовалась этому, ведь доктор, немедленно приглашенный миссис Эварт осмотреть ее племянницу и убедить остальное семейство, что болезнь девушки не заразна, посоветовал растопить камин в комнате мисс Тиндалл и «хорошенько высушить бедняжку».

Эбби была весьма благодарна прозорливому врачу и наслаждалась теплом и уютом своей маленькой спальни в левом крыле обширного здания. Виды за окном привлекали ее внимание. Дом стоял на склоне холма, и Эбби часто смотрела на парк и видимые за ним луга, немного пугаясь этих просторов, подавляющих ее воображение, привыкшее к тесным грязноватым улицам великого города, где она родилась и о чем не собиралась забывать.

«И как это здешние леди не боятся гулять едва ли не в одиночестве по этим полям и рощам? – думала Эбби. – Неужели здесь нет разбойников или просто дурных людей, способных ради нескольких монет причинить вред своему ближнему? Я ни за что не осмелюсь выйти за ограду парка, а Бел и ее подруги часами бродят из одного поместья в другое, ради забавы рвут невзрачные полевые цветы и считают, что длительные прогулки полезны для их здоровья».