Итальянские гастроли. (не) Долгое счастье? - Полина Максимова

Сергей косо посмотрел на Джанкарло, но промолчал, позже он сказал мне:

— Зато я был первым!

Нам предстояла долгая дорога, сначала автобусом до Вилла Сан Джованни, в провинции Реджо Калабрия порядка 400 км, откуда каждые полчаса отправляются паромы в Мессину и едут примерно 20 минут. Мы сделали первую остановку через 2 часа, а потом Джанкарло Карена с кем-то говорил по телефону, подошел к нам и сказал:

— Через полтора часа мы будем проезжать хороший ресторан, я уже договорился о том, чтобы нас покормили обедом в честь дня рождения Эмилии. Это будет моим подарком.

Мы не знали, что ему ответить. Я пыталась отговорить его, но он был непреклонен.

— Я уже договорился. Нас ждут. Отказы не принимаются, — властным тоном сказал Джанкарло.

Михал Михалыч прореагировал таким образом:

— Я езжу на гастроли более тридцати лет и не помню, чтобы когда-нибудь импресарио накормил коллектив в составе 120 человек за свой счет. Это впервые за мою долгую артистическую карьеру. Эмилия, вы, наверное, приворожили нашего импресарио, я обратил внимание, что он на вас смотрит как-то не так, а по-особенному.

— Да нет, это просто особенность характера итальянских мужчин, которые очень любят женщин. А славянки в этом ряду стоят на первом месте. Когда итальянцы женятся на наших девушках, они считают это своей заслугой и очень этим гордятся, показывая фотографии своих русских жен, — ответила я.

Через полчаса мы остановились, честно говоря, я не очень хорошо помню название ресторана, но нас уже ждал огромный длинный стол, где стояли приборы, много бутылок вина и минеральной воды. Меня посадили в центре стола. Справа от меня сел Михал Михалыч, а слева — Джанкарло Карена. Сергею пришлось довольствоваться местом напротив. Я видела, как он злится, потому что ему хотелось сидеть рядом со мной, но та позиция, которую он выбрал, была еще лучше, так как я могла наблюдать за ним и смотреть в его прекрасные голубые глаза и любоваться.

Нам моментально принесли сначала пасту трех или четырех видов: спагетти, макароны, тальярини и тальятелле (две разновидности тонкой лапши), Потом появилась лазанья, это все были закуски по итальянским стандартам, а потом официанты спрашивали, что приготовить на горячее: рыбу или мясо. Большинство, конечно, заказали мясо. Вино лилось рекой, было много тостов, официанты очень быстро бегали, и нас обслужили за полтора часа, а в конце был огромный праздничный торт, который уже невозможно было съесть, но нам его упаковали в две больших коробки, которые мы отнесли в холодильники автобусов.

Обычно я ездила в автобусе с Михал Михалычем, а Сергей — в другом. После обеда Сергей подошел к Михал Михалычу и попросил его, чтобы он разрешил мне пересесть в его автобус, так как, якобы у него было много вопросов, которые он хотел со мной обсудить. Михал Михалыч не возражал.

Когда я зашла в автобус, артисты встретили меня аплодисментами. Я села в автобусе на первом сидении справа, рядом с Сергеем.

20

Большую часть дороги от Лечче до ресторана, где мы обедали, мы ехали по равнине, но через 10 минут после того, как мы отъехали от ресторана, стали подниматься по узкому серпантину вверх, на высоту более 2000 метров. Я вообще-то, не робкого десятка, но когда мы стали ехать на такой высоте, где дорога представляла собой туннели и виадуки, меня охватил такой страх, что я просто визжала. Мы вылетали из туннеля и взмывали вверх, проносясь со свистом по виадуку. Я крепко ухватила Сергея за руку и кричала от ужаса, он же шутил все время и говорил:

— Эмилия Александровна, ну как же вам не стыдно, вы же не ребенок, а взрослая женщина. Ну что вы так боитесь, ведь совсем не страшно, а даже наоборот, адреналинчику добавляет.

— Какой ужас, если бы я знала, то никогда бы не поехала по этой дороге, — кричала я и тряслась от страха.

Я боялась, что автобус может сорваться в пропасть, так как виадуки были узкими, большой автобус раскачивался из стороны в сторону, артисты подскакивали, чтобы посмотреть вниз, там внизу люди казались муравьями, а потом водитель, которого звали Бенито, также как Муссолини, попросил всех сесть на место и не бегать по автобусу.

Этот кошмар длился минут 40, а потом мы стали спускаться вниз к паромной переправе, и я немного успокоилась. Это же надо пережить такой стресс, да еще в день рождения, такое не забудешь никогда, у меня сердце просто останавливалась. Сергей шептал мне на ушко:

— Ну, все, малыш, все кончилось, я рядом. Мы уже проехали этот опасный кусок дороги, сейчас все будет спокойно.

Мы загрузились вместе с автобусами на паром, а потом поднялись на верхнюю палубу. Дело в том, что во время переезда на пароме нельзя оставаться в транспортном средстве. Паром оказался просторным, там было несколько баров и кафе. Я попросила Сергея взять мне мартини или еще лучше кампари, так как он покрепче, потому что не могла прийти в себя от этого стресса.

Сергей взял два бокала кампари, я залпом выпила все сразу. Он посмотрел на меня и сказал:

— Ну, ты даешь! Хорошо, что тебя никто не видит, а то бы подумали, что ты любительница крепких напитков.

Не успел он закончить фразу, как будто из-под земли появился Джанкарло Карена, он ехал вместе с нами на своей машине, и сказал:

— Как вам наши итальянские дороги? — спросил Джанкарло, глядя на пустой бокал, который стоял на столике.

— О, ужас! Я до сих пор трясусь от страха, Неужели мы будем возвращаться по той же дороге? — спросила я.

— Естественно, другой дороги нет. Между прочим, она была построена по приказу Бенито Муссолини, перед войной. Тогда это был гениальный проект инженерной мысли, — сказал Джанкарло.

— Гениальный настолько, что мороз по коже, — ответила я.

—