Заговор Катилины - Бен Джонсон

От тех, кто запятнал себя злодейством,

Развратом, безрассудством, мотовством.

Во-первых, это ветераны Суллы,

Кому близ Фезул земли роздал он.

Они, разбогатев в годину смуты,

Давно все, что имели, расточили

И потому теперь от Катилины

Ждут новых конфискаций и проскрипций.

Считается, что эти люди смелы,

Но страх они вам не должны внушать:

Былая доблесть в них давно угасла,

А если и жива, они сравниться

Ни духом, ни числом не могут с вами.

Затем идут все те, кто не на граждан,

А на зверей разнузданных похож;

Кто, промотав свое, чужого алчет;

Кто от вина размяк, от яств распух,

Ослаб от еженощного распутства;

Кто Катилину в Риме окружал;

Кто с ним не захотел и здесь расстаться;

Кто - в том ручаюсь - молодость свою

Не закалял в трудах военной службы,

Оружием владеть не обучался,

Верхом не ездил и в палатках не жил;

Кто сведущ лишь в разврате, танцах, пенье,

Азартных играх, пьянстве и еде;

Кто на словах опасней, чем на деле.

И, наконец, там собрались подонки

Мошенники, наемные убийцы,

Прелюбодеи, воры, шулера,

Короче, грязь, которую туда

Клоаки всей Италии извергли,

Чтоб этих закоснелых негодяев

Одним ударом покарали мы.

Ужель перед лицом таких врагов

Не схватимся мы гневно за оружье

И эту нечисть не сотрем во прах,

Чтоб кровь злодеев испарилась в воздух

И выпала затем росой в пустынях,

Где бродят лишь чудовища, которых

Рождает солнцем разогретый ил? *

Когда же день победа увенчает,

Любой из нас, кому придется пасть

(Затем что между нами есть, счастливцы,

Чей жребий - жизнь за родину отдать

И чьих имен потомство не забудет),

В обители блаженных вознесется,

Чтобы взирать оттуда, как в аду

Мятежники, тенями став, томятся

И бродит бледный призрак Катилины.

Я все сказал. Пускай орлы взметнутся.*

Смелей вперед! Бессмертные за Рим!

Все

За нас отец наш Марс и сам Юпитер!

Уходят.

СЦЕНА ВТОРАЯ

Рим. Улица около храма Согласия.

Входят Цезарь и Красс.

Цезарь

Со времени отъезда Катилины

Лентул меня тревожит.

Красс

На обоих

Давно рукой махнул я.

Цезарь

Для чего

Вручить ты хочешь консулу их письма,

В которых шлют они тебе совет

Покинуть спешно Рим?

Красс

А вдруг сам консул

Велел подбросить мне посланья эти?

Я должен все возможности предвидеть,

Чтоб оградить себя.

Цезарь

Такая мера

Мне кажется не лишней. Я и сам

Ему донес о некоторых тайнах

Из тех, какие без меня он знал.

Красс

Чтоб вихрь, корабль республики кренящий;

С ног нас не сбил, найти опору нужно.

Примкнем к тому, кто верх берет.

Цезарь

И будем

Служить ему усердней, чем Катон.

Но все ж я попытаюсь хоть для вида

Вступиться за бунтовщиков.

Красс

Напрасно.

Зачем спасать того, кто побежден?

Уходят.

СЦЕНА ТРЕТЬЯ

Комната в доме Цицерона.

Входят Цицерон, Квинт Цицерон и Катон.

Цицерон

Брат Квинт, я никогда не соглашусь

В угоду чьей-то личной неприязни

На жизнь согражданина покуситься.

Коль мне докажут, что преступен Цезарь,

Его предам суду я, - но не раньше.

Пусть помнят Квинт Катул и Кай Пизон,*

Что консул обвинять не станет ложно

Людей за то, что им они враги.

Квинт Цицерон

Не ложно, а ссылаясь на признанья,

Которые аллоброги, а также

Вольтурций могут сделать.

Цицерон

Нет, не стану

Я домогаться этого и если

Узнаю, что другие домогались,

То и тебя не пощажу, мой брат.

Катон

Мой добрый Марк, ты так велик душой,

Как если бы с богами вместе вырос!

Цицерон

Вели схватить Лентула и всех прочих,

Хоть горько мне отдать такой приказ.

Уходят.

СЦЕНА ЧЕТВЕРТАЯ

Храм Согласия. Входят ликторы, Цицерон, держащий в руках письма, Катон, Квинт Цицерон,

Цезарь, Красс, Силан и сенаторы.

Цицерон

Пусть с Римом и сенатом неизменно

Пребудет счастье! Вас, отцы, прошу я

Вскрыть эти письма и самим решить,

Имел ли право я поднять тревогу

И не должны ль за рвение мое

Меня вы порицать.

Входят преторы Помтиний и Флакк.

А где оружье,

Что в доме у Цетега вы изъяли?

Преторы

(одновременно)

Лежит за дверью храма.

Цицерон

Приготовьтесь

Внести его, как только вам прикажут

Вольтурция ввести, и не давайте

Задержанным друг с другом говорить.

Преторы уходят.

Что вы прочли, отцы? Достойно ль это

Хотя б вниманья, если уж не страха?

Цезарь

Я в ужасе!

Красс

Я потрясен!

Катон

Читайте.

Силан

Как носит этих извергов земля!

Цицерон

Хотя невероятность их злодейств

Сомненья часто в вас, отцы, вселяла,

Я с той поры как Катилину выгнал

(Не страшно больше мне, что это слово

Кого-нибудь обидеть может, ибо

В ответе я за вещи пострашней

За то, что он живым ушел из Рима,

А те, кто должен был, как мне казалось,

С ним вместе удалиться, не ушли),

Все дни и ночи тратить стал на то,

Чтоб разгадать намеренья безумцев

И чтобы - раз вы мне не доверяли

Дать случай у возможность вам увидеть

Воочью доказательства измены

И этим вас заставить защищаться.

Так и случилось. Вот печати их,

Вот почерк. Все они под стражу взяты.

Хвала богам бессмертным! Эй, ввести

Аллоброгов с Вольтурцием сюда.

Возвращаются преторы, вводя Вольтурция и аллоброгских послов.

Вот те, кому они вручили письма.

Вольтурций

Отцы, клянусь, я ничего не знаю.

Я ехал в Галлию... Я сожалею...

Цицерон

Вольтурций, не дрожи. Во всем сознайся,

И - слово консула даю - ты будешь

Прощен сенатом.

Вольтурций

Да, я знаю все,

Но в заговор был втянут лишь недавно.

Цезарь

Не бойся ничего и говори.

Ведь консул и сенат тебе сказали,

Что будешь ты помилован.

Вольтурций

(запинаясь от страха)

Я послан

Был с письмами Лентулом к Катилине,

И на словах мне передать велели,

Чтоб он ничьей - будь то рабы иль слуги

Подмогой не гнушался, чтоб войска

Вел поскорей на Рим, где все готово,

И все пути из города закрыл

Тем, кто спасаться будет от пожара.

Все это и аллоброги слыхали.

Первый посол

Отцы, он не солгал. Нам дали письма

И поклялись, что вольность нам вернут,

Коль мы снабдим мятежников конями.

Стража вносит оружие.

Цицерон

Вот вам, отцы, другое подтвержденье

Оружие Цетега.

Красс

Неужели

Все это он один хранил?

Цицерон

Здесь нет

И сотой доли найденного нами.

Ввести злодея. Осмотрев оружье,

Теперь на оружейника посмотрим.

Стража вводит Цетега.

Ну, милый мой храбрец, с какою целью

Всем этим ты запасся?

Цетег

Если б ты

В дни Суллы задал мне вопрос подобный,

Я бы ответил: чтобы резать глотки.

Сейчас скажу не так: чтоб развлекаться.

Приятно мне взглянуть на добрый меч,

Рукой клинок отточенный потрогать,

Шлем или панцирь на чурбан надеть

И проломить их сталь одним ударом.

Цицерон

Узнал ты эти письма? Вот на чем

Ты голову сломил. Чей это почерк?

Цетег выхватывает письма у Цицерона и рвет их.

Схватить его и письма отобрать!

Изменник разум потерял от страха.

Цетег

Не помню я ни как, ни что писал.

Дурак Лентул продиктовал мне что-то,

Под чем я, как дурак, поставил подпись.

Цицерон

Пускай войдут Статилий и Лентул

И опознают почерк.

Стража вводит Статилия и Публия Лентула.

Дать им письма.

Статилий

Я сознаюсь во всем.

Цицерон

Скажи нам, Публий,

Чья на письме печать стоит?

Лентул

Моя.

Цицерон

А кто изображен на ней?

Лентул

Мой дед.

Цицерон

Он был достойным, честным человеком,

Любил сограждан и служил отчизне.

Зачем же внука он, немой свидетель,

Не отвратил от мыслей, гнусных, как...

Лентул

Как что, речистый Цицерон?

Цицерон

Как ты,

Затем что в мире нет гнуснее твари.

Взгляни сюда.

(Указывает на аллоброгских послов.)

Ужели эти лица

Твоей вины, наглец, не подтверждают?

Лентул

Кто эти люди? Я не знаю их.

Первый посол

Нет, Публий, знаешь. Мы с тобой встречались

У Брута в доме.

Вольтурций

Под вечер вчера.

Лентул

Вот новости! Да кто вас звал туда?

Первый посол

Ты сам. Нам дали при свиданье письма

Статилий, ты, Цетег, Габиний Цимбр

И прочие за вычетом Лонгина,

Который отказался написать,

Затем что собирался вслед за нами

В страну аллоброгов явиться лично

И получить обещанных коней.

Цицерон

Он, как мне доложили, к Катилине

Успел бежать.