Низвергающий в бездну - Анна Одувалова

— Ты что, скотина, не знаешь, свои обязанности? — прошипел Дерри, обращаясь к корчащемуся на земле человеку. — Мне тебя убить или покалечить? Ты, что решил стать героем, или тебе велели меня убить?

— Нет, — прохрипел посланник, — пусти, если ты меня убьешь, Сарт будет очень не доволен. Ты же знаешь, он жестоко мстит за своих людей.

— Что ты меня все Сартом пугаешь? Я ему сильнее насолить, чем уже насолил, вряд ли смогу. И поверь, твоя смерть будет лишь каплей в море. В общем, мелочь, а мне приятно. У тебя замечательный кончик носа. А давай его отрежем? Не хочешь? Вижу, что не хочешь. — Дерри нагнулся и ударил посланника в солнечное сплетение. Мужчина скорчился на земле, а Лайтнинг развернулся и пошагал прочь, бросив напоследок:

— Скажи Сарту, пусть отстанет от меня по-хорошему. Я без боя не сдамся, а в бою, я утащу за собой всех его лучших людей. Ты понял?

Посланник кивнул и осторожно, стараясь не поворачиваться к Дерри спиной, скрылся в деревьях. Лайтнинг постоял немного, вглядываясь в темноту, а когда в деревьях послышался лошадиный храп, вздохнул с облегчением и повернулся к кустам, в которых сидела Анет.

— Давай, вылезай, — бросил он притаившейся девушке. — В разведку тебя лучше не брать, сопишь сильно громко. Пошли к костру у тебя, наверное, ноги затекли от сидения в одной позе.

Анет обиженно запыхтела и вылезла из своего укрытия, намереваясь завалить Дерри кучей вопросов, но ксари, глаза которого слегка светились в темноте, тихо произнес:

— Без комментариев.

— Ну, а…

— Иди спать. Завтра Стик разбудит ни свет ни заря. Все равно, я на твои вопросы отвечать не буду. Так что даже не пытайся.

Утро, как и предсказывал Дерри, началось рано. Огромное Арм-Дамашское солнце еще только показалось на горизонте, а их маленький лагерь уже пришел в оживление. Анет лениво открыла глаза, и потянулась. Стикур спешил с котелком воды, Дир перебирал какие-то травки, а Дерри кормил лошадей. Девушка поднялась и на заплетающихся ногах отправилась к ручью умываться. Холодная проточная вода освежала, и Анет наконец-то почувствовала, что проснулась. Есть после вчерашних экспериментов с кашей не хотелось, и она решила ограничиться сухофруктами, оставшимися в кармане. Анет достала сушеное яблочко и присела на бережок. Тут у нее за спиной раздалось шуршание, и тоненький голосок прошелестел:

— Дай, дай гхырху[8] няму! Ну, дай, няму!

Анет испуганно подпрыгнула и увидела рядом с собой маленькое, не больше кошки существо. Оно сидело на задних лапках, скрестив передние на груди. Мохнатая розовая шерстка топорщилась, глаза — бусинки жадно косились на яблоко.

— Ну че, те жалко, что ли? — существо пошевелило длинным носиком и облизнулось.

— Ты кто? — Удивленно спросила Анет.

— Яблоко дашь, скажу, — зверюшка осторожно переползла по ближе, протягивая лапки к сухофрукту. Анет не стала жадничать и дала угощение. Зверек, жмурясь от удовольствия, зачавкал. — Гхырх я. Не видишь, что ли? А у тебя еще няма есть? — Анет машинально потянулась в карман и вытащила курагу. Существо моментально схватило предложенное угощение и засунуло его в рот, но тут же сморщилось и выплюнуло на землю, сказав. — Фу, дрянь. Ну, что яблочка нет, что ли? — изумленная девушка послушно достала яблоко и протянула гхырху.

— Ты говорить умеешь!?

— Не-а, — прочавкал зверь, — это ты умеешь слушать. — Гхырх облизал губки, аккуратно вылизал лапки и по-хозяйски забрался к Анет на плечо со словами, — человека покормила гхырха, человека теперь хозяйка. Хозяйка кормит гхырха, гхырх любит хозяйку.

— Ты что! Ну-ка слезь! Ты теперь на мне ездить, что ли будешь?

— Да, ты же хозяйка, — невозмутимо ответил гхырх. — Ну не прогоняй меня! Не прогоняй, дай няму!

Анет, зверек забавлял, и перспектива взять его с собой, казалась приемлемой. Она строго посмотрела на гхырха, скорчила задумчивую мину, делая вид, что решает, и произнесла:

— Ну, даже не знаю. Ты сильно много жрешь. Но если умеришь свой аппетит, то так и быть, оставайся.

— Ура! Грырх любит хозяйку!

— Гхырх — это имя или вид? — поинтересовалась Анет.

— У гхырха нет имени, — зверек был очень расстроен.

— Так. — Анет призадумалась, — Как бы мне тебя назвать? Дома у меня есть подружка — Зюзюка, тоже с виду розовая и пушистая, а на самом деле наглая и пожрать любит, скучаю я по ней сильно. Симпатичного блондина обсудить, и то не с кем. Так что, будешь Зюзюкой! Только она девочка, а ты мальчик, но это я думаю мелочи, — зверек радостно запрыгал и запищал.

— Гхырх довольный у гхырха есть имя. Дай няму.

Анет вздохнула, сунула Зюзюке яблоко и отправилась на поляну.

— Где ты это подобрала? — устало спросил Стик. Ну, неужели, ты не можешь отойти хотя бы на метр и не найти там неприятности? Зачем тебе гхырх?

— Ты имеешь в виду Зюзюку? — невинно спросила девушка тоненьким ласковым голоском. — Тебе, что жалко, что ли, что со мной поедет маленькая зверюшка? Или от тебя убудет? Что, он объест тебя на сто грамм яблок в день? — Голос девушки подозрительно задрожал. Она готовилась зареветь, потому что знала, что слезы — это самое верное средство в том случае, если тебе что-то хочется, но тебе этого не дают.

— Маленькое существо, говоришь! — Стикур по своему обыкновению начал орать. — Да, ты хоть знаешь, до каких размеров он вырастает?

— Зюзюка? — строго спросила Анет. Гхырх потупил глазки, закрыл лапками мордочку и несчастным тоном произнес, указывая носом на лошадь.

— Ну, вон с ту скотину буду. Только, я красивши. Смотри, какая у меня шерстка блестящая. И цвет редкий очень.

— Ты не мог сказать мне об этом раньше? — тихо застонала Анет. — И за какое время ты достигаешь такого размера?

— Ну, за полгода дорасту, — Зюзюка задумался. — А если в папочку пошел, то и того раньше. Наш папа вырос до своего размера за три месяца, что вошло в гхырские легенды. Очень папа быстро вырос.

— Ты с ним можешь говорить? — Удивленно выдохнул Дир. — Такое бывает раз в тысячу лет. Я не преувеличиваю. Стикки, ты только подумай! Редко кому удается стать истинным хозяином гхырху. Слушай, Анет тебе повезло. Вообще-то, гхырхи ужасные, прожорливые создания. Целью их жизни является, стремление прицепится к человеку. Стоит бедолаге их покормить, как они привязываются на всю оставшуюся жизнь и прогнать их нет уже никакой возможности. Их самая большая страсть в жизни — это еда. Они готовы жевать бесконечно. Это ладно прокормить гхырха пока он маленький, а когда эта зверюга вымахает с лошадь? Вкусы в еде у них то же весьма своеобразны. Я знал одного несчастного, у которого эта тварь жрала только Арм-Дамашскую халву. А все почему, потому что сам ей при первом знакомстве пожертвовал кусочек попробовать. Потом всю жизнь мучился. Эту сладость не каждый король себе позволить может. А что делать? Все равно приходилось кормить, и он кормил. Сам не ел, воровал, но кормил. А попробуй, не покорми. Взрослые гхырхи с хозяевами не церемонятся. Могут укусить, расцарапать, но никогда не отстанут. Любовь у них вечная. Но бывают случаи, когда человек слышит гхырха, наука так и не разобралась почему, но факт остается фактом. В этом случае все меняется. Нет, жрет эта скотина столько же, и характер лучше не становится. Но, ты можешь с ним говорить, а значит, в твоих силах попросить его, о чем-либо. Зюзюка может стать тебе очень хорошим помощником и защитником. Помни еще о том, что на небольших расстояниях, он улавливает твои мысленные приказы. А чуять тебя, и идти по твоему следу, он может, даже если вас разделяют сотни километров. Так что, я поздравляю тебя с первым удачным приобретением на Арм-Дамаше.