Омский горячий твой (СИ) - Дюран Хельга

– Я не помешал? – тактично поинтересовался Валера.

Что мне ему ответить?

ЁБАНОЕ ВСЁ!!!

Я хотел разорвать его на куски! На мелкие такие кусочки!   Стереть его в пыль! Выволочь из машины и раскатать по асфальту!

Алена уже съебалась и ее не вернуть. Момент был упущен. Я крепко зажмурился и несколько раз глубоко вздохнул. Потом застегнул ширинку и открыл глаза.

– Подай мне сигареты, – просто попросил я Валеру.

Вообще я не курил. Баловаться начал на войне. Осталась привычка. Бывали моменты, когда желание затянуться вонючим, горьким дымом было сильнее меня, как, например, сейчас.

Валера вынул из бардачка початую пачку «Парламента» и щелкнул прикуривателем. Я прикурил сигарету и вывалился из салона на свежий воздух. Валера знал, что в такие моменты лучше ко мне не лезть.

Надо выбросить эту девчонку из головы. Она отнимала слишком много моего внимания и сил. Мне надоел постоянный стояк, отключающий разум.

Сейчас нужно думать о деле Колесникова, а я вместо этого думаю, как развести несговорчивую девочку на секс.

Пусть Алена катится к черту со своими принципами! У меня принципов не было, поэтому, пока курил, я смирился с поражением.  Не трахнул и не трахнул. Что с того? Я болезненно переносил проигрыши в суде, но жив же до сих пор? И это переживу. В конце концов, есть другие бабы.

– Едем к Алисе, – буркнул я, снова садясь в машину. – Там меня высадишь и свободен.

– Ты уверен? – удивился Валера.

– Ты оглох что ли? Или у тебя от этой телки мозги потекли? – заорал я на Валеру.

– Не называй ее телкой! – грубо одернул меня парень, заводя мотор.

Валера не заслужил такого отношения. Он просто попался мне под горячую руку. Я не должен был на нем срываться. Да, блядь! Вот до чего довела меня эта АЛЁНА! Я не узнавал сам себя. Терял самообладание на ровном месте. Нужно с этим заканчивать, пока я не свихнулся.

– Валера извини, что наорал, – искренне извинился я. – Я не знаю, что на меня нашло. – Валера ничего не ответил, только понимающе кивнул.

– Не клеится? – через некоторое время, подождав, пока я остыну, спросил Валера.

– Забей! – буркнул я. – Расскажи лучше, что там у вас?

– Я походу влюбился! – с улыбкой ответил Валера. – На следующей неделе сделаю Юльке предложение. Дашь аванс? Кольцо хочу купить.

Еще один умом тронулся. Это заразно. Мы на той самой автомойке вирус подцепили какой-то.

– Да ты чего, ёбу дался? –  Я все понимал, что мужик потерял голову от знойной блонди, но зачем так резко хомут на себя набрасывать? Нужно вправить ему мозги. – Хочешь в стрптиз поедем? Я башляю! Сбросим напряжение? Потом подумаешь с пустыми яйцами.

– Нет. Не хочу с другими кувыркаться. Нечестно это.

– Ты хоть оприходуй ее что ли, вдруг она бревно. Попробовать не хочешь для начала?

– Не, там пробников нет, Глебас! Девочка она еще! Не буду портить.

– Чи-и-иво-о? Это она тебе сказала? А ты повелся?

– Да мне все равно! Я женюсь и точка! А если не врет? Как представлю, как ее распечатывать буду в брачную ночь, аж невмоготу!

– Да-а-а, – только и смог протянуть я. Слов не было.

– У тебя были целочки?

– Нет. Я малолеток не ебу, это 134 статья УКРФ.

– У меня были, – Валера плотоядно хмыкнул и облизнулся. –  После свадьбы уже никуда не денется! Буду всю ночь вертеть мою сладенькую! Ты не представляешь, что это за блаженство в нежные тугие складочки вбиваться. Туда, где еще ни один хер до тебя не побывал. Они даже пахнут по-другому. Как ангелы пахнут...

– Да заткнись ты уже, блядь! – зарычал я на Валеру, чувствуя, как мой член снова дает о себе знать.

– Ты из-за Аленки такой бешеный?

– Да, – упавшим голосом ответил я. – Сказала, что даст только после свадьбы.

– Мне кажется, что она тоже еще целочка, так что ты бы лучше в покое ее оставил. Я тебе сразу сказал, не твой формат.

– Что ты за дурачина-то? – не выдержал я. – Никакие они не целки! Две деревенщины, которые цену себе набивают! Вот увидишь, что я прав, когда в брачную ночь свою круто обломаешься! Только обещай не плакать, потому что я не буду тебе сочувствовать, я буду ржать над тобой. Всю ночь буду ржать, зная, что тебя эта блондиночка вокруг носа обвила.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Да мне похер! Пусть хоть роту солдат обслужила! Я же сказал, что влюбился. Но если я прав, Глебас, а я хером чую, что прав, я буду тогда смеяться над тобой, что тебе Аленка не дает. Только я днем буду смеяться, потому что ночами я со своей малышки слезать не собираюсь.

Мне стало не до смеха. А что если Алена и, правда, девственница, и все дело в этом? Да не-е-е, девственницы не ходят в кино без трусов, не целуются так сладко в туалете и не елозят на мужиках на заднем сидении.

– Я же вижу, что она тебя зацепила, – нарушил мои размышления Валера. – Смотри, Глеб, проебешь девчонку. У Алисы и проебешь.

– Я ради сомнительного перепихона, в отличие от тебя, жениться не собираюсь!

– Я не только ради этого. Я по-любви.

– Да как можно влюбиться на первом свидании?

– Можно, Глеб. Первый раз такое испытываю. Ни о ком, кроме нее думать не могу. Так чего тянуть-то? Мучить и себя и ее.

– Слава Богу, я не влюблен.

– Ну, тут бы я поспорил. Я тебя не первый год знаю, ты еще не из-за одной девчонки так не кипятился. Свистишь, как чайник через каждые полчаса. Кипятком ссать не начал еще, а, Глеб?

– Кто я? Ничего я  не кипятился. Расстроился немного и все. Столько усилий коту под хвост!

– И не расстраивался, – добавил Валера.

21. Алена

Когда я пришла домой, Юлька чахла, как Кощей, над своим букетом. Она уже переоделась и собиралась в душ.

– Ты чего такая? – взволнованно спросила она, видя, как меня колотит.

– Да ничего, – отмахнулась я, даже не зная, как рассказать о том, что случилось между нами.

– Это все Глеб? Он что опять к тебе приставал?

Я сняла пальто, плюхнулась на кровать рядом с Юлькой и мечтательно вздохнула. Мои мысли были только о том, как Глеб своими пальцами заставил меня бурно кончить.

Иногда, перед сном, я играла сама с собой. Это же было не игрой, это было с настоящим мужчиной! Что же будет, если мы займемся любовью по-настоящему? Я, наверное, умру от наслаждения?

– Я жду вообще-то! – вернула Юля меня в реальность. – Начни с того, где вы шлялись так долго во время фильма.

Заливаясь краской и улыбаясь, как идиотка, я рассказало обо всем, что случилось между мной и Глебом сегодня.

– Твой дровосек действительно горячий парень! – воскликнула Юлька, выслушав меня. – А у нас все было более чем пристойно, – грустно сказала она. – Дальше поцелуев дело не зашло. Целуется Валерка очень страстно, у меня аж коленки подгибались, но потом он спросил, много ли у меня было мужиков. Представляешь? Разве такое спрашивают?

– А ты что?

– Я сказала ни одного! И спросила, хочет ли он быть первым.

– Ты что ему сама предложилась? А он что?

– А он улыбнулся так хитро и сказал, что всю жизнь искал такую, как я, а потом ушел. Вот что бы это значило?

– Поживем, увидим. Я теперь вообще не знаю, как с Глебом себя вести. Если еще раз такое повторится, я не выдержу и пересплю с ним. Юлька, я влюбилась в него, а он просто хочет со мной позабавиться, что мне делать?

– В руках себя держать! Вот что делать! Глеб не такой, как Валера, он быстро с тебя трусишки стащит!

Сегодня даже не нужно было стаскивать, я и так была без них. Я не могла держать себя в руках. Глеб был прав, когда сказал, что я хочу того же что и он. Вместе с удовольствием и радостью, я испытывала дикий стыд за то, что позволила Глебу ТАКОЕ. Теперь он думает, что я шлюха.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Надо было сказать Глебу, что я малолетка. Может быть и не было бы ничего...

Обязательно поставлю его в известность о своем возрасте в следующий раз. Будет ли он этот следующий раз? Глеб никогда не согласиться ждать моего совершеннолетия, чтобы мы поженились. Да и жениться он врядли захочет. Зачем ему это надо? Это надо мне. Видно, не судьба нам быть вместе...