НАЦИОНАЛИЗМ И ПРОМЫШЛЕННАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ - Сергей ГОРОДНИКОВ

Диктатура промышленного интереса всегда и везде устанавливалась в результате Национальной революции. Используя власть, она осуществляла такое совершенствование производственных отношений государствообразующего этноса, которое делало производство привлекательным для капиталовложений, обеспечивающим большую прибыль, чем коммерция. Стремление банков привязаться к интересам промышленного производства наблюдалось во всех странах, которые, пройдя через Национальную революцию, вступали в эпоху Национальной Реформации, эпоху становления национальных обществ с демократическим самоуправлением.

В соответствие с этой закономерностью Россия в ближайшие годы объективно обречена и на Национальную революцию и на непримиримое противостояние с западными банками, выражающими интересы мирового спекулятивно-коммерческого капитала. К подобному противостоянию приходили и режим Наполеона I во Франции, и режим Линкольна в США, и режим Гитлера в Германии, и режим Муссолини в Италии, и режим генерала Тодзио в Японии и другие режимы осуществления Национальных революций. И везде это было вначале связанно с теми колоссальными долгами, которые делались в этих странах предшествующими Национальным революциям режимами диктатуры коммерческого политического интереса, режимами обслуживания владельцев банковско-ростовщических и коммерческих капиталов, родственными тому режиму, что обеспечивает самые благоприятные условия для спекулятивного разграбления России на наших глазах.

14 марта 1996г.

Россия и западноевропейская цивилизация

Пожалуй, нет в истории общественной мысли России более запутанной и более болезненной проблемы, чем отношение русского бытия, “русской идеи” к западноевропейской цивилизации. Два главных противоборствующих лагеря, “западники” и “славянофилы”, ведут ожесточённую идеологическую и политическую войну уже не одну сотню лет, начав её ещё в ХVI веке. И хотя “западники” в конечном счёте побеждают, но ни те ни другие так и не смогли выработать рациональной, практически пригодной и убедительной методологии теоретического анализа, которая позволила бы доказывать правоту собственной позиции закономерностями развития экономики, общества и государства.

Отнюдь не случайно, что ведётся эта война разных воззрений на мир с ХVI века, то есть с века западноевропейской Реформации. Западноевропейская цивилизация как таковая зародилась как раз в шестнадцатом веке, и становление этой цивилизации напрямую связано с причинами протестантской Реформации и её следствиями. Самобытность западноевропейской цивилизации, какой она предстаёт в последние столетия, проявилась в том, что цивилизация эта возникла на основаниях мануфактурного производства, а затем стала развиваться благодаря развитию промышленного производства. Мануфактурное производство, возникая, как первое в мировой истории капиталистическое производство, потребовало особой этики становящегося наёмным труда, социологизации и рационализации производственных отношений, позволявших произвести существенные изменения в разделении труда, вывести разделение труда на качественно новый уровень развития. Столь существенное изменение производственных отношений сделало необходимым появление соответствующих им идеологических и политических отношений, которые начали изменять общественные отношения, привязывая их развитие к развитию городского производства. Социологизация духовных поисков смысла человеческого бытия, рост научно-познавательных практически направленных знаний для прямых нужд мануфактурного и промышленного производства рождали представления о будущем человечества с особым, промышленным городским мировоззрением, чего не было даже в сколько-нибудь зачаточном виде ни в одной из цивилизаций прошлого, античных и азиатских. Это собственно и послужило толчком к Реформации или, по-русски сказать, к коренному изменению средневекового христианского умозрения. Реформация была рождена новыми потребностями городской жизни, побуждавшими приспосабливать земледельческую по духу христианскую идеологию к усложняющимся особенностям буржуазно-городских производственных отношений, – и как раз потому, что эти производственные отношения неуклонно становились основной всего материального и общественного развития целого ряда стран Северной Европы. Реформация была ересью, влияние которой росло по мере расширения городского капиталистического производства, вследствие чего она добилась в кровавых войнах права на политическое существование.

Политическая роль европейского христианства сложилась в Средние века, и его священство стало первым из двух привилегированных сословий феодализма, приспособившим посредством теологии монотеистическую систему идеологического насилия для иррационального обоснования феодальных отношений, феодального крепостного права. Средневековое земледельческое христианство было органично нетерпимым к гностическому мировосприятию, к усилению городского общественного сознания, в котором возрастало стремление к рационалистическому познанию мира, к свободам выбора образа жизни каждым человеком, что подрывало привилегии церкви и феодалов. И тем более оно опасалось развития промышленного производства, которое нуждалось в решительном разрыве со средневековой схоластикой в любом её проявлении, побуждало горожан требовать политического диктата прагматического рационализма, в особенности в вопросе рациональной организации рынка труда, и утверждения в общественном сознании корпоративной этики производственных отношений. Только социологизируемая и корпоративная, рационально принимаемая конкретным обществом этика производственных отношений обеспечивала постоянный рост производительности труда на капиталистических предприятиях и таким образом обеспечивала устойчивое возрастание товарной массы для потребностей внутри конкретного же общества и для товарообмена с другими странами и народами.

Уже ожесточённый характер гражданских войн в периоды Реформаций, длившихся десятилетия и десятилетия, показал, сколь принципиальные изменения должны были произойти в общественном умозрении, чтобы оно оказалась способным соответствовать потребностям промышленного производства даже на том, мануфактурном, самом начальном этапе его развития. Победа Реформации в некоторых странах Западной Европы, затем вынужденная контрреформация, то есть принципиальная модернизация церковного католицизма - в других, вызвали принципиальные изменения западноевропейского общественного сознания, качественный скачок в организованности общественно-производственных отношениях. Эти изменения материально и культурно укрепили, сделали самобытной западноевропейскую цивилизацию, обеспечили изумляющий размах её материального, научно-технического, культурного развития и мировой экспансии.