Выборы в истории Российского государства в IX – начале XIX века - Ирина Минникес

Во-вторых, особенностью процедуры выборов архиепископа было обращение к «божьему» суду. Исходя из этого, в летописных источниках можно выделить описание двух разновидностей вечевого этапа – обычное вече и вече с жеребьевкой.

Первая разновидность вечевого этапа в большей степени отвечала современному пониманию выборов. Основным этапом и окончательным судьей в вопросе о кандидатуре было вече, и ключевая стадия этапа представляла собой чисто вечевое решение. Примером можно считать выборы владыки в 1324 г., когда «Новогородцы сотвориша вече по старинному своему обычаю, и избраша себе в архиепископы Моисея, архимадрита Юрьевскаго, аще митрополит благословит; и посадиша его на дворе владычне».[250] В другой летописи это вече хотя прямо и не названо, оно явно имело место, о чем говорит обычная для веча терминология: «Тогда же сдумавше Новгородци…».[251] То же самое можно сказать и о выборах 1329 г., когда новгородцы «избраша себе попа Григорьа Козмодамьяньскаго с Холопьи улицы, и постригоша его во иноческий чин, и възведше на сени на владычен двор…».[252]

Несмотря на тщательность в перечислении событий – избрали, постригли в иночество (это необязательно, если избранный уже имел монашеский сан) и возвели на владычный двор – о жеребьевке в описании не упоминается.

В соответствии со второй разновидностью вечевого этапа выборов владыки окончательное решение принималось посредством жеребьевки между одобренными вечем кандидатами. Судя по всему, так обстояло дело, например, в 1193 г.: после смерти Гавриила «Новгородци же с князем Ярославом и с игоумены и с Софъяны и с попы здо[у]маша; онии хотяху Митрофана поставити, а инии Мантоурья, а дроузии Гречина; и бысть распря в них. И положиша на святеи тряпезе 3 жребиа и послаша с вечья слепца, да на котораго Бог дасть; и выняся Божиею благодатию Мантоурью. И послаша по него, и приведоша из Роуси, и посадиша в епископьи…»,[253] и в 1230 г., когда «избраша трех иноков, и метнуша жребий, и выняся жребий Спиридону…».[254]

Процедура «вынесения» жребия была более или менее постоянной.

Выборы 1193, 1229, 1388 и 1415 гг., судя по описаниям летописца, включали возложение на «светеи трапезе» Софийского собора трех жребиев с именами кандидатов. По окончанию службы за жребиями посылался в первом случае «слепец», во втором «княжичиц» Ростислав, в последних – «протопоп Измаило» и «Василей протопоп старой», т. е. люди, которых нельзя заподозрить в обмане. Так, в 1415 г. «…Но//вгородци… сдумав на Ярославли дворе и сташа вечем оу святеи Софеи, положиша жеребии на престоле, имена написав: Самсона чернеца от святаго Спаса с Хутина, Михаилу игумена святаго Михаила с Сковоротке, Лва игумена святеи Богородици с Колмова. И по отпетии святыя службы Василии протопоп старый прежде вынесе на вече Лвов жребии, по сем Михаилов, на престоле остася Самсонов; и посадник Ондреи Ивановичъ и тысяцкой Олександр Игнатьевичъ с Новгородци возведоша Самсона в дом святеи Софеи честно на сени, месяца авгоуста 11 день…».[255] «Избранным богом» обычно считался тот, чей жребий оставался на престоле, но это правило сложилось не сразу. Судя по описанию событий в 1193 г. жребий Мантурия был первым вынесен на вече, и именно Мантурий был возведен на владычество.

Некоторые авторы считают, что способ избрания с помощью жеребьевки был результатом споров: «…в 1193 г. возникли разногласия. Решать их путем конфликтов или соглашений сочли несоответствующим сану главы церкви. Тогда была найдена оригинальная форма, позволившая сочетать вечевые принципы с какой-то видимостью проявления воли божьей… Этот способ применялся в случае выдвижения разных кандидатур и в дальнейшем».[256] По мнению Л. Владимирова, этот вариант применялся всегда, когда намечался раскол в симпатиях вечников: «…в случае разногласий и борьбы партий каждая сторона представляла своего избранника, но всего неболее трех, и между ними бросался жребий».[257] Но такое толкование событий не выдерживает критики: кандидатов при любом раскладе политических сил было не «неболее», а именно три. Постоянство этой цифры опровергает тезис о случайном стечении обстоятельств, вызванном борьбой группировок в городе.

По мнению других авторов, такой порядок характерен для всех выборов владыки. По определению В. И. Лебедева, «назначалось обычно три кандидата»;[258] С. Ф. Платонов считал, что «вскоре установился порядок выбора епископа из 3 кандидатов (назначаемых вечем)».[259] Действительно, летопись событий относящихся к XV в. упоминает жеребьевку как постоянный элемент выборов владыки: в 1415 г. «…у святей Софии положиша (три) жребии на престоле «; в 1421 г. «…возведен бысть по жребию в дом святыя Со//фея Феодосеи игумен святыя Троица»; в 1423 г. «Послаша Новгородци Феодосиа в его манастырь, Омельяна возведоша по жребию…»; в 1429 г. «…възведен бы[сть] по жребию священноинок Еуфимии с Лисичьи горке на сени в дом святеи Софеи…».[260] Но разрыв между 1193 г. и приведенными выше датами весьма велик. Это не позволяет точно определить, с какого времени жеребьевка превратилась в неотъемлемую часть вечевого этапа выборов владыки. Можно отметить лишь, что описание выборов владыки в 1388 г. дается в таком ключе, что жеребьевка представлена как нововведение: по уходу владыки Алексея «…посадник же Есиф Захарьич с моужи стареишими биша емоу челом, и много молиша и всем Новым городом о том, што бы ещо побыл в дому святеи Софьи: «дондеже изведаем, кто будет митрофолит Рускои земли». Он же не послуша их и отречеся… глагола им: «дети! На мене ся не надеите, а вас благословляю, добываите собе владыкы». Новгородци же рекоша: «кого, отче, благословиши нам на свое место святителем?" Алексеи же благослови и рек: «изберите собе моужи достоины, да положите 3 жеребьа на святеи трапезе, в имена написавшее; да которыи Бог даст нам, того вам благословлю». И волею Божиею, а по святителеву благословению, много гадав посадник и тысячки и все Новьгород, и игумены и Попове, и сътвориша тако, не изволиша бо собе от человека избрание сътворити, но от Бога приятии извещение… И избраша 3 игумены и сътвориша 3 жребьа… И посадник Михаил Даниловичь сам жребья печатал, и положиша на престоле в Святеи Софьи, оутвердивше слово таково: «егоже въсхощет святыи Софеи Премудрость Божиа своему престолу служебника имети, того жде жребеи да оставить на престоле своем"».[261] С другой стороны, изложение порядка выборов более раннего периода все-таки чередует применение жеребьевки с более традиционным способом выборов. В частности, новгородцы при выборах в 1324 г. «сотвориша вече по старинному своему обычаю, и избраша себе во архиепископы Моисея…».[262]

Противоречивость фактов свидетельствует о факультативном характере данной стадии. Наличие или отсутствие жеребьевки отнюдь не означало наличия или отсутствия выборных начал в процедуре замещения архиепископского поста. Описание выборов 1388 и 1415 гг. прямо указывает, что жеребьевка – неотъемлемая часть вечевого этапа: во время жеребьевки посадник «ереем повелеша сбором литургию пети, а Новгородци стояше вечем* оу святеи Софьи. И по отпетии святыя слоужбы протопоп Измаило, взем с престола, изнесе на вече* жребеи…»;[263] «Но//вгородци сдумав на Ярославли дворе и сташа вечем* оу святеи Софеи, положиша жеребии на престоле»,[264] и именно вечу предъявляли жребий избранника: «преже вынесе на вече* Львов жеребей».[265]

Следует отметить, что саму по себе жеребьевку нельзя относить к «тайным формам голосования», как обозначили ее В. Н. и А. В. Беленовские,[266] поскольку проводилась она фактически уже после выяснения мнения вечников. Таким образом, жеребьевка являлась факультативной стадией, дополнявшей голосование на вече.

Еще одной факультативной ступенью вечевого этапа являлось благословение нового владыки его предшественником.

В 1274 г. архиепископ Далмат предложил в свои преемники несколько кандидатов. После одобрения населением одного из них, Климента, «благослови его архиепископ Далмат своею рукою».[267] Архиепископ Феоктист в 1307 г. также «благослови… в себе место в Новегороде епископом быти духовнаго своего отца Давида».[268] Аналогичным образом поступали и многие другие владыки, оставлявшие свое место.

Благословение правопреемника не являлось обязательным элементом процедуры. Довольно часто новый архиепископ принимал пост намного позднее смерти или ухода своего предшественника. В частности, архиепископа Мартирия смерть застигла по дороге к князю Всеволоду «по сыне» (1200 г.). В этой ситуации нечего и говорить о благословлении преемника прежде бывшим владыкой.