Тепло твоих рук - Роуз Эллин

Глава 6

— Из-за нас вы потратили целый день на Звездочку, и нам с Энни хотелось бы угостить вас обедом.

Брент, опершись на перекладину загородки, наблюдал, как Стив и Энни намыливали шампунем шею и холку смирно стоявшей старой кобылы. Энни в больших рабочих сапогах Келли держала в руках шланг, но оставалась совершенно сухой, тогда как Стив, в обрезанных джинсах и парусиновых туфлях на толстой каучуковой подошве, был почти таким же мокрым, как лошадь.

— Обедом? Это мне по душе. Я не часто готовлю, поэтому с удовольствием принимаю приглашение.

— Великолепно. Я поеду домой и займусь мясом. Если хотите, возьмите с собой ковбоя, — поколебавшись, предложил Брент и увидел, как его дочь направила струю воды на конюшего Келли.

— Не сомневаюсь, Стив не отказался бы, но его ждут жена и дочь, — ответила Келли.

— А-а, ну что ж, я приготовлю жареные ребрышки, если не возражаете. — Брент заметно повеселел.

С чего он взял, будто она и Стив… Мысль показалась Келли совершенно нелепой, однако она не совсем понимала, обрадована или возмущена тем, что Брент предъявляет на нее права. Келли очень влекло к этому человеку, а его поцелуи так взволновали ее, что она просыпалась по ночам и думала о том, чем все это кончится. Келли сознавала, что дело обстояло бы гораздо проще, если бы касалось только их двоих, но Брент был отцом Энни.

— Разве я могу сказать «нет»? Если вы не против, Энни закончит работу со Звездочкой, потом помоется здесь, и мы приедем. Что-нибудь привезти? — спросила Келли и обрадовалась, когда Брент отрицательно покачал головой. — Хорошо. Я неплохо справляюсь с замороженными обедами, но то совсем другое дело, а предлагать свою стряпню ни в чем не повинным людям не рискну. Что? — Келли вспыхнула под проницательным взглядом Брента.

— Убежден, мы еще многое приготовим вместе, — подмигнул ей Брент.

— Увидимся через час-полтора. — Помахав ему, Келли снова посмотрела, как Энни поливает из шланга спину Звездочки.

Брент совсем не походил на других знакомых Келли, и она не знала, хорошо это или плохо. Келли так давно ни с кем не встречалась, что уже разучилась флиртовать, и вот теперь Брент заставляет ее краснеть, как пятнадцатилетнюю девчонку. Сказав себе, что должна заняться делами, пока Энни моет лошадь, Келли направилась в кабинет взглянуть на бумаги.

По дороге Энни без умолку с восторгом рассказывала Келли то про свою лошадь, то про кулинарные способности отца, то вдруг интересовалась ее мнением о том, в каком возрасте начинать пользоваться косметикой, и, к радости Келли, видимо, не ожидала от нее ответа, поскольку тут же перескакивала на другую тему. И Келли задумалась над сложившейся ситуацией. Как бы сильно ни тянуло ее к Бренту, она не собиралась заводить с ним ничего не сулящие отношения, ибо слишком привязалась к Энни и опасалась невольно повредить ей.

Келли припарковала свой пыльный грузовик позади сверкающего автомобиля Брента и спросила себя, зачем приехала сюда, делая вид, будто что-то связывает ее с Брентом Логаном и его дочерью? Ради их общего блага Келли следовало бы мчаться на своем вездеходе куда-нибудь подальше от Брента и Энни. Но прежде чем она, пробормотав извинения, снова юркнула в грузовик, Энни потянула ее к входной двери.

В доме царили порядок, очевидно, никем не нарушаемый, и прохлада, особенно приятная в жаркий июльский день. Откуда-то доносилась тихая музыка, как показалось Келли, этюд Шопена.

— Да, это Шопен, — поморщилась Энни, когда Келли поделилась с ней своей догадкой. — В прошлом году мне пришлось исполнять эту дурацкую пьесу на фортепианном концерте.

— Я хотела бы научиться играть на пианино, — призналась Келли, следуя за Энни в кухню, — и эта пьеса чудесная, а не дурацкая.

— Научиться нетрудно, и я могу показать вам кое-что прямо сейчас, — предложила Энни.

— Надеюсь, вы любите спагетти с песто? — Брент измельчал в блендере ярко-зеленые листья базилика для соуса.

— Чеснок и кедровые орешки? Это заманчиво. — Келли наблюдала, как он добавляет другие составляющие.

— А еще свежий базилик и пармезан. О, синьорина, — Брент покрутил воображаемые усы, — это есть лишь первый блюдо. Подождите, и увидите, что я еще приготовил.

— Жду с нетерпением. — Келли было не по себе, но она оттаяла под теплым взглядом Брента, и у нее внутри разлилось приятное тепло. Поэтому Келли решила остаться на обед, но вести себя осмотрительно. Что же в этом мужчине вызывает у нее головокружение и наполняет томлением по чему-то загадочному и возможному только с ним? Взглянув на порозовевшее лицо Брента, Келли почувствовала исходящую от него энергию и поняла, что ей лучше пойти с Энни осмотреть дом.

В маленькой комнате Энни она убедилась, что девочка не преувеличивала: розовое покрывало на постели еле виднелось под несметным количеством плющевых игрушек, которые выиграл для нее Брент.

— Летом я почти не пользуюсь компьютером, — Энни кивнула в угол на небольшой дубовый письменный стол, покрытый пылью, — но когда начнутся занятия, мне придется печатать домашние работы. Папа заставляет, говорит, что компьютеры очень важны.

— Он прав. С компьютером мне проще вести дела в конюшнях, а у Стива есть научные компьютерные программы, которыми он пользуется в университете.

— Ветеринары пользуются компьютерами? — удивилась Энни.

— Конечно.

Рассматривая висящие на стенах плакаты с лошадьми и моментальные фотографии Энни в конюшне, Келли обнаружила, что Брент запечатлел на нескольких снимках и ее, когда она улыбалась Энни, сидящей верхом на Санни. «Быть может, — подумала Келли, — все не так уж нереально, ведь Энни совсем не такая, какой была я в ее возрасте». Но приятное воспоминание о том, как она кричала на отца Энни, заставило Келли отвернуться от фотографий и поскорее выйти из бело-розовой комнаты.

Энни открыла дверь в комнату отца, и Келли увидела широкую кровать, застеленную синим покрывалом без единой морщинки, и тяжеловесную мебель: огромный комод, ореховый ночной столик с латунной лампой и кресло, обитое темным твидом. От этой унылой, давящей обстановки у Келли сжалось сердце, и стойло Красавицы показалось ей более подходящим местом для страстных объятий, чем стерильный мрак спальни Брента.

Потом Энни повела гостью вниз, в гостиную, где светлая мебель выглядела так, словно на ней никогда не сидели. Девочка села за рояль и, заглушая стереодинамики, заиграла бетховенское «К Элизе» в джазовом переложении. Забавляясь бравурным исполнением классической пьесы, Келли осматривала комнату. На стенах висели абстрактные картины — пятна персикового и слоновой кости цветов, изображавшие, вероятно, что-то высокохудожественное, недоступное ее грубому вкусу, а также несколько снимков Энни, запечатленной в разные годы, — одна или вместе с Брентом.